Пещерная тактика - Алексей Переяславцев

Паранойя отнюдь не замолчала в результате ухода людей. Она, злодейка, нашептывала, что завтра этот тип может прийти, к тому же не один. Придется еще раз следить.

Не пришел. Вероятно, не захотел таскать дровишки. А вот девушка появилась. От нее требовалось не только соглашение на поставку, но информация. Но осторожненько…

— Доброго тебе утра, Мирута.

Девчонка аж подскочила. Хотя должна была предвидеть, что я захочу с ней поговорить.

— Я хочу еще кое‑что у тебя купить.

Рука, в тот момент завязывавшая узел, резко остановилась.

— Я хочу купить у тебя матерчатую сумку — такую, чтобы мне надеть на шею. Нужно грубое, прочное полотно.

Молчание. Потом:

— Я не знаю, есть ли у нас материя на такое.

— Спроси у отца или матери. Но не у того родственника, что ты в прошлый раз взяла с собой. Когда будешь спрашивать, учти: я цены знаю.

— Хорошо.

Собеседница быстренько развязала веревку и обмерила мою шею. Потом выбрала подходящую хворостину и обломила ее до нужной длины. Но информацию еще предстояло получить:

— Кто тебе тот человек?

— Дядя Бакор. Младший брат отца.

— Он работает в кузнице?

— Ну, подручным. Меха качать, прибрать там. Молотом он не стучит. Дедушка оставил папе и дяде наследство. Папа выбрал кузницу, а дядя стал купцом. А потом папа взял дядю Бакора в кузницу помощником.

Все ясно, купец получился аховый. Вероятнее всего, прогорел и пошел в услужение к старшему брату. Завидует, конечно же.

— И еще один заказ хочу тебе дать.

Ушки полезли на макушку.

— Кожаный мешочек, вот такой, — я показал когтями, — с завязками. Но швы должны быть плотными.

Мирута преисполнилась энтузиазма.

— Я помню, у нас были обрезки кожи. Могу сама сшить.

— Что ты хочешь за такой мешочек?

— Дрова всегда нужны. Восемь вязанок.

— Могу предложить кое‑что лучше. Но скажи: у тебя в доме пила есть?

Кивок.

— И ты можешь ей работать?

— Ну конечно.

— Тогда подведи лошадь с телегой к опушке. Я принесу туда сухой ствол. Распилишь сама.

— За сегодняшний вечер не успею. Послезавтра?

— Хорошо.

Сухие стволы подходящего размера — то есть такого, который я бы мог утащить с помощью телемагии — я уже приметил. Осталось лишь выворотить один и поднести к опушке. И подгадать точно в назначенный срок — иначе древесу может утащить посторонний. Кстати, будет время подновить пятнышки.

* * *

(в деревенской кузнице)

— Ну, сорока, что ты опять на хвосте принесла?

— Пап, он еще хочет купить!

Почему‑то отец мгновенно угадал личность продавца.

— Что на этот раз?

— Кожаный мешочек с завязками. Вот такой…

Последовал жест пальцами.

— …и предлагает за это телегу дров. Хочу сказать, он притащит сухой ствол к опушке, а уж распилить его — наше дело.

— Ишь ты! Пожалуй, дам тебе в помощь Пика. Нечего ему с утра до вечера лодыря гонять, пора поработать.

— Так это не все! Он еще кое — чего хочет, но тут с мамой надо поговорить.

— Чего же, интересно?

— Сумку. Холщовую сумку.

— А мама тут при чем? Сама, что ль, сшить не можешь?

— И сшила бы — так полотно надобно. Я даже не знаю, сколько у нас есть и для чего.

— Я скажу и без мамы: можешь взять мою старую сумку. Она малость рваная и грязная, но дырки ты можешь зашить. Мне с такой в городе появляться не след, а твоему… покупателю пойдет.

Дочь хихикнула, представив себе дракона с сумкой, гуляющего по городским улицам. Но вслух она высказалась вполне здраво:

— Еще может понадобиться переделка под размер.

— Так и ты и мерку сняла?

Девица откровенно расхохоталась:

— Он ее на шее носить собирается. Ну, я и померила.

Кузнец тоже посмеялся, но скоро снова обрел серьезность: