Ричард Длинные Руки - маркграф - Гай Юлий Орловский

Дорога проходила через села, на меня поглядывали настороженно, как на всякого сильного человека на коне. Вон и меч за спиной, и лук, такой может ограбить, изнасиловать, обидеть до того, как прибудет стража. Я широко и дружелюбно улыбался, и все быстро успокаивались. А о том, что так далеко может забраться сам ужасный Ричард Брабантский, один и без свиты, никому не придет в голову.

По дороге я собрал с помощью амулета несколько золотых монет и даже отыскал небольшой истлевший сверток в глубоком дупле. Десяток золотых монет и с полсотни серебряных весьма и даже весьма при моей расточительности.

В ближайшем трактире вкусно поел, заодно узнал, что недавно здесь побывал сам герцог Вирланд. Набрал людей для войска, щедро заплатил, а сейчас отправился в соседнее баронство, там бездельничающих много.

Во дворе пара мужичков собирала с земли третьего, он стонал, хрипел, выплевывал выбитые зубы и что-то выкрикивал вместе с выплескивающейся изо рта кровью.

– Тяжело стало воровать? – посочувствовал я. – Может быть, зарабатывать легче?

– Ваша милость, – прохрипел он. – Я только посмотреть вашего коня…

– А-а, – сказал я, – просто научная любознательность? Ребята, проверьте, если размах усов таракана равен длине его носа – он в самом деле любознательный. Если нет… можете отдать властям. Пусть не ворует, Его Величество король Кейдан не любит конкурентов! А вы все запомните, сколько у короля ни кради – все равно своего не вернешь!

Зайчик пошел галопом, я довольно покачивался в седле, приятно как от хорошего обеда, так и сознания, что хоть по мелочи, но подгадил Кейдану.

Земли нужного мне баронства за рекой, мы с Зайчиком форсировали ее на такой скорости, что я едва-едва замочил подошвы сапог. В ближайшем селе мне сообщили, что герцог да, был, смотрел, отобрал крепких парней, аванс выдал тем, кто немедленно присоединится к войску.

Мое мнение о герцоге резко упало, но когда въехал в город, там узнал, что по его велению весь гарнизон отборных воинов во главе с отрядом рыцарей немедленно вышел из бараков и в полном вооружении быстрым маршем отправился к крепости Аманье.

– Молодец, – пробормотал я. – Рыцари, как ударная сила, мужички с топорами – вспомогательная сила для добивания… Грамотно. Да только я в других школах учился…

В шестом селе сообщили, что герцог встречался с местными лордами, о чем-то договорился и тут же отбыл обратно.

– Да что это я за опоздун такой, – сказал я с досадой. – Зайчик, нужно догнать! Мы выполнили только половину задания, которое нам дал великий и несравненный майордом, грозный, но справедливый.

Он всхрапнул и наддал, промелькнули заросли дикого шиповника, я уловил сильный пряный аромат, бросились с дороги мелкие зверьки, терзающие тушку дохлого барана. Ниже в долине пошли холмы, старые раскоряченные дубы стоят рядами вперемешку со слоистыми террасами, похожими на лепешки во множество слоев. Толстые лозы винограда опускают плети с ягодами на дорогу…

Впереди караван верблюдов, высоких даже рядом с Зайчиком. На меня и арбогастра посмотрели с доброжелательным безразличием темными равнодушными глазами. Я обогнал длинный ряд, впереди на ослике едет, загребая землю длинными ногами, смуглый блондин с цыгански-черными глазами.

Я крикнул:

– Эй, караванщик? Здесь проезжали рыцари?

Он вежливо поклонился.

– Да, ваша милость. Очень важные рыцари! Богатые и грозные. Большой отряд. Совсем недавно обогнали.

– В какую сторону?

Он вытянул руку.

– Во-о-он еще пыль не осела…

– Спасибо, – крикнул я.

Зайчик снова наддал, вскоре мы начали догонять скачущий отряд человек в двадцать. По узкой дороге вытянулись в линию и несутся во весь опор, спеша вырваться на простор и снова собраться в компактную группу. Вирланда я не рассмотрел, явно во главе, потому догнал и скакал рядом с задними, но никто не обращал внимания: дорога узкая, крутая и каменистая, все напряженно вглядываются в очередной поворот, страшась не совладать с конем на такой скорости.

Я ухватил заднего за плечо и рванул на себя. Он ударился о землю, его понесло по камням, конь без седла начал замедлять бег. Я догнал следующего, этот раскрыл рот для вопля, когда я ухватил его за плечо. Я оглушил его ударом в голову, рывок – он полетел под копыта своего же коня так же изысканно и красиво.

Начиная с третьего я для надежности глушил, как рыбу, хорошим ударом по голове и уже потом выбрасывал из седла. Так передвигался все ближе и ближе к голове колонны, пока не рассмотрел спину Вирланда.

Осталось всего пятеро, я удвоил осторожность, однако дорога все так же петляет, под ногами до и дело валуны, кони вынуждены прыгать, из стены часто торчат жуткие корни, надо успеть пригнуться, иначе сорвут голову, и я, вышвырнув из седел могущих помешать, без помех догнал Вирланда.

Он покосился на меня, когда нас осталось двое, да и то лишь потому, что я на огромном черном коне резко отличаюсь от его воинов.

Я крикнул весело:

– Как жизнь, сэр Вирланд? Хорошая погодка для прогулки?

Он даже не испугался, в глазах непонимание, посмотрел снова на дорогу впереди, догадался оглянуться. Только теперь его тряхнуло, смертельная бледность начала заливать лицо.

Я дотянулся и ухватил его коня за узду.

– Слишком уж скачет, – объяснил я, – по такой дороге можно и голову сломать… Или вам уже все равно?

Он схватился за рукоять меча, взгляд устремлен на мою руку, словно вот так можно ее отрубить и примчаться в замок с вцепившимися в узду пальцами, но тут же отдернул.

Наши кони перешли с галопа на рысь, я разжал пальцы, возвращая коню свободу.

– Что… вы… хотите? – проговорил Вирланд с трудом.