Николас Бюлоф - рыцарь-дракон с тысячью лиц - Дмитрий Смекалин

Город Бренн Николасу в целом понравился. Немного удивило, что он не имел крепостной стены. Вообще. Хотя, если подумать, не так уж эти стены и нужны — кэры-то летать умеют, так что стены только для людей преграда. Разве что таможенный пост у ворот ставить удобно, так в Остфалии таможенные сборы вообще не взимаются, король Отто — сторонник свободы торговли и перемещения.

Старых домов в Бренне было очень мало. А те, что уцелели, были изрядно перестроены и мало выделялись на общем фоне. А вот стиль у города был: прямые широкие улицы, дома примерно одной высоты в три-четыре этажа, построены из кирпича, оштукатурены и покрашены в мышиный цвет. Кроме ярких белых пилястров в полкирпича (единственного украшения стен) и обрамлений окон и дверей (назвать кирпичную кладку вокруг них наличниками язык не поворачивается). Некоторые архитектурные изыски имелись только у общественных зданий и дворцов крупнейших аристократов. Но и там только белые барельефы добавлялись да окна могли быть причудливой формы. Зато по углам каждого дома присутствовали таблички с названием улицы и его номера на ней. Удобно! И фонари по всему городу улицы освещали, а не только в кварталах аристократии.

Своего посольства у Лердена в Бренне не было, но кто-то из местных аристократов уступил князю на время конференции свой особняк. В нем вся делегация и разместилась. Экипажами, в которых приехали, весь двор забили, еле проход к зданию оставили. Лошадей в конюшне в стойла по две ставить пришлось. Некоторых из свиты тоже по двое в комнату поселили. А слугам так и вовсе кровати в два яруса ставили. Впрочем, подселить кого-нибудь к кэрам даже не заикались, ходило предание, что когда-то фон Гербер кого-то за такое предложение во дворе сосульками к стене прибил, и пока те растаяли, бедный дворецкий чуть кровью не истек.

Приглядевшись магическим зрением, Николас обнаружил, что весь дом, помимо защитных и различных бытовых заклинаний, обеспечивающих в нем температурный режим и вентиляцию (богато живут!), оплетен старательно спрятанными заклинаниями прослушки. Вообще все комнаты! Тщательно же король Отто к конференции готовился! Правда, из особняка выходили только три нити передачи и тянулись до соседнего дома. Видимо, в нем маги-слухачи и сидели. Получалось, дежурили одновременно только три мага, хотя, возможно, больше и необязательно. Вряд ли одновременно во всех комнатах важные разговоры вестись будут, а бюджет все-таки не резиновый! Все равно король средств очень много потратил, не поскупился! Николас к нему даже уважение почувствовал, серьезный дядя!

В принципе пережечь нити связи у прослушки было для него несложно. А надо ли? Теплых чувств к князю Лердена Николас не питал, на службе у него не состоял. Так зачем? В своей комнате, понятно, развеял, пусть знают, где кэр живет! А в остальных — слушайте на здоровье, если вам так интересно. Надо бы и себе отводочек сделать, может пригодиться. Только не от комнат тянуть, а прямо от нитей связи к магам-слухачам. Пусть уж они сами по особняку в поисках интересных разговоров рыскают, а он послушает, что они нашли.

По приезде в Бренн князь Лердснский был удостоен краткой аудиенции у короля Отто. Или (по его собственной трактовке) нанес визит вежливости хозяевам. Ни сердечностью, ни продолжительностью встреча двух монархов не отличалась — так, формальные приветствия по протоколу, пожелание успехов работе конференции и все. Даже фуршета не было, что Николаса немного разочаровало. Все, что для него там было интересного, это возможность посмотреть вблизи на короля Отто, которого он раньше знал только по портретам в газетах. Король Вестфалии оказался внешне типичным солдафоном, причем даже не генералом, а так, из среднего командного состава. Лет сорока на вид, но для мага это не показатель. Крупный мужчина с бычьей шеей, ежиком коротко стриженных редких волос пепельного цвета и такой же щеткой усов, большими карими глазами навыкате и жестко сжатыми губами. Такого в наличии мыслей в голове заподозрить очень сложно, а уж тем более увидеть в нем хитрого и жесткого политика. С виду — сама простота и грубая сила. Князь Бурхард рядом с ним казался жалким задохликом.