Месть Змеи - Кертис Джоблинг

Понемногу мертвый стурмландец начал двигаться. Вначале вздрогнули и зашевелились ноги разведчика, затем по всему телу пробежала дрожь. Принялись судорожно сгибаться и разгибаться пальцы на руках. Труп медленно приподнялся, словно на невидимых нитях, и сел на полу. Черная свеча Гектора осветила бледное лицо с ввалившимися щеками, из пробитого горла вытекла темная струйка. Внезапно труп открыл глаза, в которых Гектор увидел уже знакомые ему голубые огоньки.

За спиной Гектора громко ахнули Оникс и Флинт, их беззаботное настроение как рукой сняло. Теперь их внимание было приковано к медленно поднявшемуся с земли магистру. Гектор раскрыл залитую черным воском левую ладонь и согнул ее.

– Встань, – повторил Гектор. Труп вновь зашевелился, поднялся на ноги и встал, пошатываясь, словно новорожденный ягненок.

Голова мертвого стурмландца повернулась в одну сторону, затем в другую, неуклюже дергаясь при этом. Горящие синим светом глаза мертвеца прищурились, заметив беса-Винсента, и труп зашипел, словно кошка при виде собаки. Затем взгляд мертвеца остановился на Гекторе. Рот стурмландца приоткрылся, стал виден темный язык и испачканные кровью зубы – кровавый ручеек потек изо рта, пятная грязный плащ.

– Где я? – прошептал мертвец, с трудом произнося слова.

Гектор какое-то время рассматривал стурмландца – тот был совсем молодым парнем, не старше самого магистра. Чей-то сын, а может быть, и муж, чью жизнь оборвала пронзившая горло стрела. Война – грязное дело, независимо от того, на чьей стороне сражался этот несчастный, душу которого она похитила. Теперь, набив руку, Гектор даже получал удовольствие от общения с мертвыми. Были мертвецы, с которыми следовало держаться осторожно, – например, Ванкаскан или Вега, предавшие Гектора, когда были еще живы, но этот северянин не принадлежал к их числу. Это просто труп незнакомца, которого необходимо допросить, а затем отпустить его несчастную душу на волю.

– Не бойся, – сказал Гектор, выдавливая из себя улыбку. – Ты в безопасности. Я просто задам тебе несколько вопросов, и ты должен будешь ответить на них. После этого ты возвратишься в покой, в свой долгий сон.

– Долгий сон? – выдохнул труп, и его горящие синие глаза неожиданно расширились.

– Да, – вздохнул магистр, сочувственно пожимая плечами. Челюсть мертвеца задрожала, казалось, что он вот-вот заплачет. Гектор обернулся и посмотрел на Оникса, но уже не сочувствующим, а холодным, уверенным взглядом. – У вас были к нему вопросы, милорд?

Оникс поднялся с кресла, подошел ближе, следом за ним приблизился и Ворон. Лорд-пантера склонил голову набок, изучая труп. Мертвец тоже склонил свою голову, повторяя, словно в призрачном зеркале, движения Оникса.

– Поразительно, – произнес лорд-кот, и на сей раз его глубокий голос прозвучал на удивление тихо и мягко.

Гектор немного подождал, глядя на всех троих. Верлорды и воскресший мертвец уставились друг на друга, а магистр наблюдал за ними, стараясь не слишком явно гордиться собой. В мерцающем свете свечи Гектор заметил выступивший над бровью Флинта пот – Ворон, как завороженный, не мог оторвать своих глаз от воскресшего разведчика.

«После этого они не будут сомневаться в твоих силах, братец», – хихикнул бес.

– О чем я должен спросить его? – прошептал Гектор, наклонившись к уху Оникса.

Лорд-пантера вышел из оцепенения и сказал, обращаясь к магистру, но при этом не сводя глаз с мертвеца:

– Сколько с ним было людей?

Гектор повернулся к солдату и повторил ему вопрос:

– Сколько разведчиков было в вашей группе?

Мертвый стурмландец облизнул губы, перевел взгляд на магистра.

– Еще трое, – глухо ответил мертвец. – Спрятались. Вернулись в лагерь. Сообщить герцогу Генрику.

Оникс зарычал, обнажая зубы. Гектор заметил, что клыки у Оникса стали больше, чем прежде, сейчас они скрипели и терлись друг о друга.

– Значит, Белому Медведю известно, сколько нас, – произнес Флинт.

– Думаешь, я этого не знаю, Ворон? – сказал Оникс, искоса бросая взгляд на черноволосого лорда-птицу.

– У вас есть еще вопросы, милорд? – спросил Гектор.

– Есть, магистр, – ответил лорд-кот.

Вначале последовали вопросы о численности стурмландской армии и ее вооружении, о том, где расположены части Генрика в Уайтпиксе и какие неожиданности могут поджидать бастийцев, когда они двинутся в горы. Мертвец послушно отвечал, назвал точную численность армии герцога Генрика, указал слабые места в ее обороне. Правда, таких слабых мест почти не было, Белый Медведь основательно подготовился к сражению. Самым важным являлось известие о том, что Генрик вывел почти всю свою армию из Айсгартена и рассредоточил ее на склонах Уайтпикса. В городе осталось совсем мало солдат, а с севера стурмландская столица вовсе была беззащитна. Эта информация очень пригодилась самому Гектору, он окончательно убедился в том, что его план верен.

– Вот видите! – воскликнул Гектор, глаза которого радостно загорелись. – Это великолепно! Город никто не охраняет, я проберусь в него, и ничто не сможет меня остановить. Я захвачу Айсгартен!

– Мы захватим Айсгартен, лорд Черная Рука, – поправил его Флинт, пристально наблюдая за пришедшим в возбуждение лордом-кабаном. Оникс не обратил внимания на их перепалку, его внимание по-прежнему было приковано к неуклюже дергающемуся трупу, стоящему внутри очерченного желтым порошком круга. Лицо Оникса было мрачным и удивленным.

– Разумеется, милорд, – согласился Гектор и взмахнул, извиняясь, своей черной рукой. – Я просто оговорился, вот и все. Айсгартен будет нашим, как только я проникну за его белые стены.

– Однако как именно вы собираетесь разрушить городские стены изнутри? – спросил Флинт. – Я сам мог бы слетать и сделать эту работу, если она под силу одному человеку. Но в городе все же остались солдаты, как вы собираетесь с этим справиться? Прибавьте отряды самообороны – о них наш мертвый приятель тоже упомянул. Сколько у вас телохранителей, лорд-кабан? Восемь? Не маловато ли?

– Простите, лорд Флинт, – улыбнулся Гектор, – но предоставьте мне самому заботиться о своих телохранителях. Вы недооцениваете их возможностей и опасность, которая может грозить вам самому.

Лорд-ворон хмыкнул, собирался что-то возразить, но Оникс оборвал его.

– Это существо способно чувствовать боль? – спросил лорд-пантера, глядя прищуренными глазами на труп.

Неожиданный вопрос застал Гектора врасплох.

– На духовном уровне да, милорд, но не физическую боль. Мертвое тело, насколько я понимаю, нечувствительно к боли.

– Значит, он не опасен?

– Вовсе нет, сир. Воскресшие мертвецы очень опасны. Считается, правда, что общение с Детьми Голубого пламени безопасно для магистра, только пока он находится с внешней стороны магического круга, – Гектор облизнул губы, уже понимая, куда клонится этот разговор. Его мысли вернулись к бегству из Вайрмвуда – как же давно это было! – когда они с Дрю столкнулись с мертвым шаманом Лесовиков, и тогда сеанс общения с мертвыми закончился чудовищной ошибкой. При воспоминании о том случае у Гектора до сих пор перехватывало дыхание.