Инженер с Земли - Алекс Чижовский

Рейдер-носитель легко выплыл из червоточины. Внушительные размеры корпуса и гигантская масса не имели никакого значения для сжимающейся аномалии. «Дагор» сразу же начал тяжело разворачиваться, выпуская из грузового трюма пару своих «Чисаев».

— Разведчикам, — Лимас ан Сарнов открыл общий канал, — «Глаз-один»: передаю координаты. «Глаз-два»: курс по направлению к РВ-13.7.

— Принято!

— Мы разгоняемся на ЛВ-15.41, штурмовикам и крейсеру — полная готовность. — Лимас нервно поправил свою коробочку.

— Расчет искина — шесть часов восемь минут, — коротко добавила Линара.

— Разгон на РВ-13.7 займет больше восьми часов, — уточнил Леннер.

— Что у нас с двигателями?

— Ничего не изменилось. Эффект сбоя потоков продолжает медленно нарастать. Сейчас мы имеем около шестидесяти восьми процентов мощности. Искин прогнозирует стабилизацию на значении шестьдесят два процента.

— Это «Глаз-два»: есть сигнатуры группы неподвижных кораблей. Четыре крупных корабля и восемь истребителей. Передаю координаты…

— Отслеживай их! — Глава корпорации потер виски.

— Принято.

— Думаю, мы просто пройдем мимо. Мы их не трогаем, и они нас не трогают, — тихо пробормотал Алекс.

— Как маленький харш мимо большого и голодного глорха, — загоготал Умас.

Изрыгая из трех оставшихся двигателей неровные факелы, «Дагор» уже три с половиной часа продолжал набирать скорость, огибая группу замерших в дрейфе неизвестных кораблей. Падение тяги прекратилось, и сейчас, по утверждению компьютера, мощность составляла шестьдесят четыре процента от максимальной.

— Это «Глаз-один»: от группы отделились два крупных корабля и восемь истребителей, начинают движение к вам.

— Ударная группа: выход — по готовности, курс — на перехват. «Ашаб»: готовность к сбросу.

Алекс смотрел, как от кучки оранжевых иконок оторвались две жирные метки с горсткой мелких и медленно двинулись по направлению к значку корабля-базы. Через десять минут им навстречу поползли шесть зеленых точек.

— Тактический искин прогнозирует столкновение через час и четыре минуты. Есть вероятность, что до «Дагора» доберутся их крупные суда. Пока мы не можем определить их тип, остается только ждать, — спокойно объяснил ан Сарнов, повернувшись к инженеру. — Попытаемся сначала нейтрализовать их малые корабли.

— «Глаз-один»: восемь быстрых — это разнотипные устаревшие истребители. Один из медленных, с высокой вероятностью, — переделанный средний транспорт-заправщик. У второго — характерный след антранского легкого крейсера типа «Апир».

— Старье. Мусорщики, — презрительно высказался Умас, потерев лысину.

— «Глаз-один»: как только будут в пределах досягаемости направленной передачи, открывай канал связи с транспортом. Твою аппаратуру используем как ретранслятор, — облегченно приказал глава корпорации.

Алекс успел открыть справочник в своем хранилище данных и посмотреть на спецификацию судна, о котором доложил разведчик. Оказалось, что это устаревший корабль второго поколения. Типичный для антранских конструкторов сплюснутый, как панцирь у черепашки, корпус был оснащен одним курсовым средним лазером и батареей из двух скорострельных пульсаров в верхней части. В боковых наплывах скрывались системы теплоотвода. Упоминалось о невозможности установить генератор щита и крайне слабом гипердвигателе, позволявшем сделать только три прыжка без дозаправки.

— Это «Глаз-один»: через минуту открываю канал.

— «Ашаб»: сброс! Место в ордере — правый фланг, — скомандовал ан Сарнов.

— Принято!

— Умас, разговаривать с мусорщиками будешь ты, — распорядился Лимас. Гигант коротко кивнул и развернул плоскую панель перед своим лицом.

— Вон отсюда, это наша добыча! — вежливо поздоровался собеседник и затих. Худое горбоносое лицо на экране удивленно таращилось с экрана. Землянин прекрасно понимал главаря старьевщиков. Физиономия Умаса Горта при первом взгляде производила незабываемое впечатление.

— Убери свою мелочь. Мы проходим мимо. Твой хлам нас не интересует! — осклабился гигант, сделав непонятный жест.

Мусорщик кивнул и пропал с экрана. Ан Сарнов улыбнулся уголками губ и, дождавшись, пока оранжевые точки сменят курс, выдал новые указания:

— Ударная группа: курс на возвращение. «Ашаб»: стыковка с базой. «Глаз-один»: смена позиции.

— «Глаз-два»: фиксирую короткие передачи из второго астероидного пояса. — Алекс узнал голос Хадора.

— Пусть сообщают кому хотят — мы уже успеем убраться. Прыжок через час и сорок две минуты, — хрипло сообщил Умас, довольно похлопав себя по груди.

Чуть ощутимое сотрясение палубы означало, что легкий крейсер занял свое место на корпусе корабля-базы. Включив камеру на восьмой грузовой палубе, Алекс увидел, как садятся «Кавсы». Посадочные механизмы штурмовиков серьезно повредили покрытие палубы, сейчас изуродованное многочисленными бороздами и подпалинами. Инженер подумал о необходимости как-то укрепить его, чтобы не проковырять до дыр. Заметив Илью в старом скафе с большим рюкзаком за спиной в группе пилотов, разматывающих заправочные шланги, Алекс отправил тому сообщение, порадовав, что боя не будет.

Время медленно тянулось, и напряжение нарастало.

— Прыжок через сорок одну минуту. Зарядка гипердвигателя — восемьдесят шесть процентов.

— Разведчики: возвращение!

— Девяносто два процента.

С интервалом в десять минут зализанные матовые корпуса «Чисаев» протиснулись в проем раскрывшейся створки трюма и мягко опустились на свои места.

— Зарядка двигателя — девяносто восемь процентов, — радостно сказала Линара и подмигнула Алексу.

«Дагор» закончил разгон, и воронка гиперперехода унесла корабль из несчастливой системы СВР-12.24.8.

Все двенадцать дней, которые корабль провел в прыжке, инженер занимался ремонтом, пытаясь разобраться с оружейными системами корабля. Алекс переставил приоритеты для искина «Парна-14А», и тот с помощью четырех дроидов немного выровнял покрытие грузового отсека, переделанного в полетную палубу. Остальные роботы продолжали ползать по обшивке, заделывая оставшиеся пробоины.

В стандартное оборудование уничтоженного дока входили восемь манипуляторов, позволяющих быстро менять навеску вооружения, и несколько посадочных площадок с решетками генераторов силовых полей, гасивших скорость возвращающихся истребителей. Сейчас это оборудование заменить было нечем, и обслуживание малых кораблей производилось только пилотами и техником. Причем последнему приходилось суетиться больше всех. Хадор пояснил, что раньше манипуляторы меняли короба с лентами для роторных пушек за четыре минуты. Вручную эта простая операция сейчас занимала около получаса, так что на затяжные бои теперь рассчитывать не стоило.