Шерловая искра - Кира Страйк

И поймала себя на том, что, глядя на молодого человека, мне всегда теперь хотелось улыбаться. Может быть потому, что его взгляд ни разу (по меньшей мере, в моём присутствии) не омрачился унынием или, не дай бог, злостью? Даже их перепалки с доктором выглядели скорее уморительно, чем как-то всерьёз сердито. И в наших спорах горячность ридгона вспыхивала лишь азартом и немного детским желанием непременно доказать свою правоту.

— Славный парень. — мысленно подытожила я, — Представить трудно, что он в недалёком прошлом с оружием в руках…

А в лагере тем временем образовалась некоторая возня. Ну понятно, Ульмо поднял кипешь по поводу самодеятельности Рона. Вот и Мелькора, смотрю, привлекли. Тот выслушал обоих и мановением руки прекратил дискуссии, велев доктору умерить рвение, а проще говоря — угомониться. Вот она, сила веры в действии.

Удовлетворённо отметив, как младший со счастливой физиономией направляется в мои же кусты, папа подошёл и присел на место, где только что сидел Ронан.

— Достойного человека вырастили. Держится молодцом — не хандрит, не капризничает. Похоже, он у вас никогда духом не падает. — заговорила я, — Маленько, правда, легко закипает иногда.

— Мой сын — солдат. — с глубинной родительской гордостью произнёс Мелькор, — И жена ему досталась… стойкая. — он широко растянул губы и одной рукой обнял меня за плечи, — А что касается остального… Так тут твоей мудрости на двоих хватит.

Вернувшись с водных процедур ещё как будто немного поздоровевшим, Ронан припал передо мной на колено и спрятал на секунду лицо в мои ладони.

— Тина, ты — моё спасение. Если бы не эта своевременная подсказка, наш предводитель пиявок и повелитель склянок так и морил бы меня своей заботой, продолжая держать в чёрном теле до самого дома.

— Хорошо, сын? — ласково спросил Мелькор.

— Ещё как! Хоть кровь разогнал и отмылся на совесть. Э-ге-гей! — гикнул, поднимаясь на ноги, «больной» и направился в свою «палату» на колёсах, откуда уже вовсю семафорил вышеупомянутый Пилюлькин, намекая, что пора принимать настой перед завтраком.

— Тина, похоже, ты опять нашла прекрасную идею для поправки состояния Рона. — благодарно сказал старший ридгон.

— Удивляюсь, почему не подумала об этом раньше. Ведь восстановление тонуса ослабевших мышц полезнее и легче всего начинать именно в воде. — сумничала я, — Она же вес тела держит, помогает облегчить нагрузку. Плавание вообще прекрасно восстанавливает физическую силу. Главное, как и в любом деле — без фанатизма. Если сделать эти тренировки регулярными — мы с вами быстро приведём парня в форму.

Оба моих защитника хоть и были мужиками титулованными и совсем не бедными, спартанские условия путешествия воспринимали очень спокойно. Сказывался опыт военно-полевой жизни. Более того, мне кажется, вот эти ночёвки под открытым небом были им более приятны, чем остановки на многолюдных постоялых дворах и в тавернах, встречавшихся на пути.

Мелькор каждый раз добросовестно интересовался, не устала ли я от походного быта и не желаю ли, чтобы обоз встал на отдых в «приличном месте», но мне и так было очень хорошо. Не знаю, водятся ли в местных гостиничных номерах клопы, проверять не тянуло. Как и ужинать в душных помещениях в общей столовской атмосфере. Не сочтите за капризы. Просто, видимо, ещё никак не могла надышаться воздухом свободы. Да и такого царского ложа, какое имелось у меня, не сможет обеспечить ни один средневековый «люкс».

Один единственный раз мы заночевали в первой попавшейся приблудной харчевне, когда обоз в дороге неожиданно накрыло дождём. И то не потому, что я сахарная и боялась растаять в своей бронебойной карете — больше испугалась за книги. Чернила — это вам не современная типография. А ну как отсыреют, мои драгоценные, попортятся — я ж себе не прощу гибель столь раритетных изданий.

В общем, данный опыт показал, что предположения относительно доисторического гостиничного комфорта оказались верны, и больше на постоялый двор я не просилась. Благо, что погода позволяла. К утру на ясный небосклон выползло солнышко, подсушило лужи, и мы с облегчением покинули придорожный «отель».

*Автор Леонид Чернышов.