Последний довод королей - Джо Аберкромби

Другие группы восставших, мелкие и беспорядочные, были разбросаны на довольно большом расстоянии друг от друга по всей окружающей территории, и каждая из них жила по собственным законам. Люди, которых посылали за фуражом, едой и питьем, обчистили всю округу. Эта расползающаяся черная масса на зеленых полях напоминала Джезалю орду черных муравьев, облепивших груду очисток от яблока. Он не имел представления, сколько их там было, но с дальнего расстояния можно было прикинуть, что не меньше сорока тысяч.

В деревне на краю долины, позади основных сил восставших, полыхал огонь. Костры это или горящие дома, сказать было трудно, но Джезаль опасался второго. Три высоких столба черного дыма поднимались и плыли над округой, придавая воздуху слабый и тревожный привкус пожарища.

На командном пункте должна царить атмосфера бесстрашия, вдохновляющая подчиненных. — Джезаль, конечно, помнил об этом. Но глядя на уходящее вниз и вдаль поле, он не мог не думать об огромном множестве людей на противоположном его конце, отчаянно и пугающе устремленных к цели. Он не мог удержаться и время от времени бросал взгляды на собственных воинов. Их жидкие ряды выглядели весьма неуверенно. Джезаль морщился и неловко дергал воротник своего мундира. Эта чертова штука по-прежнему теснила его.

— Как вы хотите расположить войска, сэр? — спросил Джезаля его адъютант майор Опкер, бросив на командира взгляд, одновременно снисходительный и заискивающий.

— Расположить войска? А, ну да…

Джезаль напряг мозги, чтобы придумать хоть что-то подходящее. Как профессиональный военный, он давно пришел к выводу: если на самом верху есть опытный и решительный командир, а внизу — опытные и решительные солдаты, то тем, кто находится между ними, можно вообще ничего не знать и не делать. Эта стратегия обеспечила ему теплое место на службе на несколько мирных лет, но теперь ее недостатки раскрылись со всей очевидностью. Если каким-то чудом один из «середняков» оказывается на посту командира со всей полнотой власти, система полностью рушится.

— Расположить войска… — снова повторил он с оттенком недовольства в голосе и нахмурил бровь, стараясь сделать вид, что он вполне владеет вопросом. На самом деле он имел весьма отдаленное представление о том, что все это значит. — Пехоту поставить двойным порядком, — рискнул сказать он, вспомнив отрывок какой-то истории, которую рассказывал ему Коллем Вест. — Вот за тем ограждением.

И он резко указал жезлом на местность. В чем он преуспел, так это в использовании жезла, так как много репетировал перед зеркалом.

— Полковник хочет сказать, что пехоту надо поставить перед ограждением, — мягко вставил Байяз. — Она должна расположиться двойным порядком с каждой стороны вон того указателя. Легкая кавалерия за деревьями вот здесь, тяжелая — в боевом порядке клином на дальнем фланге, где ровная местность. — Он с легкостью оперировал военными терминами. — Лучники одинарным порядком встанут за изгородью, где смогут укрыться от противника. И это позволит им вести навесной огонь с высот. — Он подмигнул Джезалю. — Отличная стратегия, полковник, позволю себе заметить.

— Конечно, — ухмыльнулся Опкер и отправился передавать приказания.

Заложив одну руку за спину, Джезаль крепко сжал жезл, а другой нервно потер подбородок. Несомненно, быть командиром это нечто большее, чем слышать обращение «сэр» со всех сторон. Ему стоит почитать пару книжек, когда он вернется в Адую. Если вернется, конечно.

Три небольших пятна отделились от общей черной массы восставших в долине и направились к ним, взбираясь на холм. Прикрыв глаза рукой, Джезаль смог рассмотреть кусок белой тряпки, развевавшийся над ними. Флаг парламентеров. Рука Байяза легла ему на плечо и крепко сжала, что было довольно неприятно.

— Не волнуйся, мой мальчик. Мы отлично подготовлены для драки. Но я почти уверен, что до этого не дойдет. — Он с усмешкой взглянул на людей внизу. — Абсолютно уверен.

Джезалю очень хотелось бы сказать то же самое.

Человек по прозвищу Дубильщик — знаменитый демагог, предатель и подстрекатель к мятежу — выглядел на редкость незначительно. Он тихо сидел на складном стуле в палатке Джезаля: неприметное лицо, копна давно не мытых волнистых волос, средний рост, сюртук обыденного покроя и цвета. Его усмешка говорила о том, что он отлично знает: у него есть поддержка.

— Меня прозвали Дубильщиком, — произнес он. — И я уполномочен говорить от лица тех, кто притеснен и унижен, кого используют и обманывают. Они собрались там, в долине. Со мной двое моих сподвижников в нашем, без сомнения, патриотическом деле. Два моих генерала, можно сказать. Добрый человек Худ, — он кивнул на дородного детину, сидевшего сбоку от него, с красным лицом и окладистой бородой, насупленного и мрачного, — и Коттер Хольст.

Он мотнул головой в другую сторону — на какого-то скользкого типа с длинным шрамом на щеке и мутными глазами.

— Весьма польщен, — произнес Джезаль. По его мнению, оба генерала больше смахивали на грабителей с большой дороги. — Я полковник Луфар.

— Я знаю. Видел, как вы выиграли турнир. Отлично владеете оружием, мой друг.

— О, ну да… — Джезаль растерялся от неожиданности. — Благодарю. Это мой адъютант майор Опкер, а это… Байяз, первый из магов.

Добрый человек Хит недоверчиво фыркнул, но Дубильщик только задумчиво прикусил губу.

— Хорошо. И вы явились сюда, чтобы сражаться, или для того, чтобы вести переговоры?

— Мы пришли либо для того, либо для другого.

Джезаль постарался произнести как можно внушительнее:

— Закрытый совет, признавая ваши действия возмутительными, пришел к выводу, что у вас, возможно, имеются и некие законные требования…

Хит снова громко фыркнул.

— А что еще остается этим негодяям?

Джезаль почувствовал, что почва уходит у него из-под ног.

— Ну да… Они дали мне указание предложить вам некоторые уступки…

Он взял документ, подготовленный Хоффом, — серьезного вида бумагу со старательно выписанными титулами и печатью величиной с блюдце.

— Но я должен предупредить вас. — Джезаль старался, чтобы его голос звучал уверенно. — Если вы откажетесь, мы готовы сражаться, а мои люди — это наилучшим образом подготовленные и вооруженные солдаты короля. Каждый из них стоит двадцати ваших оборванцев.

Здоровенный фермер угрожающе усмехнулся.

— Лорд Финстер думал так же, а наши оборванцы прогнали его под зад коленом от одного конца его поместья до другого. Болтаться бы ему в петле, если бы его лошадка не оказалась так резва. А у вас быстрая лошадь, полковник?

Дубильщик тронул товарища за плечо.

— Спокойствие, мой сердитый друг. Мы вполне можем согласиться, если нам предложат подходящие условия. Почему бы вам не показать нам, что у вас там, полковник? А мы решим, есть ли повод для угроз.

Джезаль протянул им увесистый документ. Хит сердито выхватил его из рук полковника, резко раскрыл и начал читать. Бумага шуршала по мере того, как ее разворачивали. Чем дальше Хит читал, тем мрачнее становился.