Есть только ты - Ульяна Гром

- И понимая мою боль, вернёте домой?

Он покачал головой с тоскою в изумрудных глазах, вздохнул и печально прошептал:

- Прости, моя девочка! Не могу, и теперь даже не из-за Дариуса. Теперь и я не смогу тебя отпустить. Ты нужна мне, нужна ему. 

- Ладно, я представляю примерно для чего нужна Дариусу, - от этого знания мои щеки покраснели. - Но зачем я вам, не могу даже представить! И что нужно мне, это вам не интересно? Не хотите узнать? 

- Мы и так знаем... но это единственное, что дать тебе не в силах даже император Антариума. Тебя отпустить невозможно, детей твоих перенести сюда тоже. Слишком много жизней и поколений зависит от вашего дома и будущих его наследников. И неужели ты действительно не понимаешь для чего мне нужна? Даже не догадываешься? 

- Предположения у меня, конечно, есть, но какие-то фантастические. Ладно, бессмысленный разговор. Всё потом. Пойду я, устала. - и последовала за появившейся в дверях горничной. 

- Вечером жду тебя за ужином в большом обеденном зале, - донеслось мне властное в спину. Так и хотелось не оборачиваясь, показать ему неприличный жест. А что, бегающей по саду обнаженной леди, можно все!

Шла и злилась. Не пустим, не можем, любим! Тьфу на вас! Жила себе, горя не знала. Среднестатистическая домохозяйка с двумя детьми и безразличным мужем. И ничего. Живут люди и похуже. В сто раз. Вот ведь превратности судьбы. 

Провели меня в просторную довольно милую комнату с красивыми большими окнами, выходящими на густой, раскидистый лес. Судя по всему, он рос с противоположной стороны от сада, потому что видела я его впервые. Кровать стояла в центре комнаты на небольшом возвышении, с красивыми резными столбиками и воздушным белоснежным балдахином. Красиво, однако. Постарался император. В большой светлой ванной комнате у окна расположилась круглая купель на львиных золотых ножках. Вот это да! В отдельной комнате, с множеством полок и вешалок, уже были развешены мои платья разложены вещи. Быстро искупалась, оделась в теплый халат до самых пят и тут увидела его. На комоде у стены лежало заветное зеркальце. Наконец-то! Как же я соскучилась! Схватив его в руки, юркнула под теплое одеяло, дотронулась до поверхности и прикрыла глаза полные слёз. 

Изображение расплывалось и капли застучали о зеркальную гладь. Лео катался по двору на маленьком трёхколёсном велосипеде, разгоняясь от самого верха, отчаянно поворачивал за угол дома и несся дальше мимо ели прямо на газон. Майкл катался тут же, рядом с братом на самокате. Надо же, не прошло увлечение этим своеобразным транспортом. Наоборот, он научился новым трюкам, иногда очень даже опасным и рискованным. У меня сердце каждый раз замирало во время очередного финта. Я безумно была рада их видеть. Мои милые, мои родные, мои любимые... Так и заснула со слезами на щеках и с зеркалом в обнимку. Я бы и днём и ночью не выпускала его из рук, если бы это старинное приспособление не требовало времени на подпитку и восстановление для дальнейшей трансляции столь отдаленных событий во времени и пространстве. 

И снова мне приснилась коварная и сладкоголосая Даноли, что пела свои загадочные и необычные песни. Такие умиротворяющие, затягивающие словно в омут спокойствия и забвения. И снова совершенно не хотелось просыпаться и возвращаться в реальность, так и тянуло обратно в мир грёз без печали и горя, без тоски по детям и боли от разлуки.

Так я и проспала до самого вечера, а ведь ещё нужно идти на этот обязательный ужин. Но поговорить с императором необходимо и с его дочерьми тоже. И разобраться наконец несправедливостью, что творится в этом пристанище ленивых портних, ущемленных в выборе и правах дочерей и безразличных, бесчувственных отцов. 

Пришлось всё же и вставать... и собираться... и идти...