Вообрази меня - Тахира Мафи

Я все еще хмурюсь, однако отвечаю:

– Я зову ее Джульетта.

– А мне кажется, она хотела, чтобы ее звали Элла, – напоминает Уинстон.

– Она в коме, черт побери. – Иан громко отхлебывает чай. – Ей по барабану, как вы ее называете.

– Не будь такой тварью, – вмешивается Брендан. – Она наш друг.

– Твой друг, – бормочет он.

– Постой… так в этом проблема? – Я выпрямляюсь. – Ты ревнуешь, потому что она никогда не считала лучшим другом тебя, Санчес?

Иан закатывает глаза и отводит взгляд.

Уинстон наблюдает за происходящим с живым интересом.

– Так, пейте чай, – велит Брендан, вгрызаясь в печенье. – Остывает.

Бросаю на него усталый взгляд, делаю дежурный глоток, и он встает в горле. Очень странный вкус. Я уже готов оттолкнуть чашку, но Брендан продолжает пристально на меня смотреть, поэтому смачно отхлебываю темную, мерзкую жидкость и лишь потом возвращаю чашку на блюдце. Сдерживаю рвотные позывы.

– Итак, – начинаю я, – голосуем: кто из присутствующих считает, что Иан бесится, потому что Джей не влюбилась в него, когда приехала в «Омегу пойнт»?

Уинстон с Бренданом, переглянувшись, медленно поднимают руки.

Иан снова закатывает глаза и бормочет под нос: «Pendejos»^[1].

– В вашей теории наблюдается маленькая несостыковочка, – замечает Иан. – У меня, тупицы, есть девушка.

Тут же как по заказу в нашу сторону с другого конца комнаты машет рукой Лили. Она сидит с Алией и какой-то незнакомой мне девушкой.

В ответ Иан тоже машет рукой.

– Не поспоришь, только ты привык к вниманию, – парирует Уинстон, потянувшись за печеньем. Он поднимает взгляд и осматривает комнату. – Девушки вон там, – добавляет он, кивая в нужную сторону, – пялятся на тебя с тех пор, как ты вошел.

– Не выдумывай! – фыркает Иан, однако не может отказать себе в удовольствии оценить быстрым взглядом упомянутых особ.

– Так и есть, – пожимает плечами Брендан. – Парень ты видный.

Уинстон захлебывается чаем.

– Так, хватит. – Иан поднимает руки в знак примирения. – Знаю, вы, ребята, считаете это забавным, но я абсолютно серьезно. В сухом остатке: Джульетта ваш друг, не мой.

Я театрально выдыхаю.

Иан смотрит на меня.

– Когда она впервые объявилась в «Омеге пойнт», я старался до нее достучаться, предложить дружбу, а она ни разу не отреагировала. Даже после того, как мы попали в плен к Андерсону… – Иан в поисках поддержки кивает на Брендана и Уинстона, – она тратила все свое драгоценное время, лишь бы выведать информацию у Уорнера. На остальных ей плевать. Зато мы постоянно ставим на карту все, чтобы ее защитить.

– Эй, это несправедливо, – качает головой Уинстон. – Она была в ужасном положении…

– Неважно, – бормочет Иан и опускает голову. – Вся ситуация – фигня какая-то.

– Так выпьем за это. – Брендан подливает себе чай. – Еще по чашечке.

Иан бубнит под нос злобное «спасибо», подносит чашку к губам. И вдруг застывает.

– Теперь еще и это… – Он приподнимает бровь. – Проблем как будто недостаточно, давайте еще с тем кретином возиться.

Иан тыкает своей чашкой туда, где вход.

Вот черт.

Уорнер.

– Она его сюда притащила, – продолжает Иан, – но ему все же хватило ума хотя бы снизить тон. – Из-за нее мы вынуждены терпеть этого засранца.

– Справедливости ради, изначально это была идея Касла, – напоминаю я.

Иан демонстрирует неприличный жест.

– Что он здесь забыл? – тихо интересуется Брендан.

Я качаю головой и неосознанно делаю еще один глоток отвратного чая.

С Уорнером я не перекинулся ни словом с того самого дня… С того дня, как на Джей напала Эммелина. С тех пор он похож на привидение. Никто его даже не видит, никто, за исключением, думаю, детей Верховных главнокомандующих.

Он вернулся к своим истокам.

Хотя, похоже, наконец-то помылся. И подозреваю, подлечил себя; впрочем, точно не скажешь, поскольку он полностью одет – наряд, наверное, позаимствовал у Хайдера. Все кожаное.

Я смотрю, как Уорнер шагает через комнату – толкая людей, мешая их разговорам, ни перед кем не извиняясь – прямиком к Соне и Саре, которые общаются с Каслом.

Ну и ладно.

Чувак больше на меня и не смотрит, даже не осознает, что я существую. Плевать. Настоящими друзьями мы так и не стали.

Во всяком случае, я себе это повторяю.

Сам не понял, как допил чай, потому что Брендан налил мне еще. Опрокидываю за пару глотков свежую жидкость и запихиваю в рот печеньку. Потом мотаю головой.

– Ладно, мы уходим от сути. – Мои слова звучат чуть громче, чем надо. – Не отвлекайтесь, пожалуйста.

– Хорошо, – кивает Уинстон. – Не отвлекаемся. А от чего?

– От новой миссии, – поясняет Иан, откидываясь на спинку стула. Он загибает пальцы. – Спасаем Адама и Джеймса. Убиваем Верховных главнокомандующих. И, наконец, отсыпаемся.

– Достойно, – реагирует Брендан. – Мне нравится.

– А знаете что? – снова я. – По-моему, я должен с ним поговорить.

– С кем поговорить? – приподнимает бровь Уинстон.

– С Уорнером, конечно. – Голова чуть в тумане. – Никто с ним не общается. Разве можно спокойно смотреть, как он мутирует в засранца? Надо с ним поговорить.

– Прекрасная идея. – Выпрямляется, улыбаясь, Иан. – Давай, действуй!

– Успокойся. – Уинстон пихает Иана обратно на спинку стула. – Иан просто хочет посмотреть, как тебя размажут.

– Очень грубо, Санчес.

Иан пожимает плечами.

– Кстати, отвлекаясь от темы… – обращается ко мне Уинстон. – Как твоя голова?

Я хмурюсь, с опаской ощупывая свой череп.

– А в чем дело?

– Наверное, пришло время признаться, что я весь вечер подливал тебе в чай виски.

– Какого черта? – Я вскакиваю слишком быстро. Плохая идея. – Зачем?

– Ты какой-то нервный был.

– Ничего я не нервный!

Друзья выразительно смотрят на меня.

– Ладно, – признаюсь я. – Да, нервный. Но не пьяный.

– Хорошо. – Уинстон смотрит на меня в упор. – Но, если хочешь пойти и поболтать с Уорнером, надо поднапрячь все оставшиеся рабочими извилины. Я бы так и сделал. Гордиться нечем, но, честно говоря, он меня пугает.