Барон страданий - Амврелий

Правда все же исправить ситуацию было совершенно просто. Вместо того, чтобы отправлять волны безразборно в разные направления, из которых вылетали шипы, он начал рубить сугубо одну часть, заставляя ее разноситься в тысячу раз быстрее, чем она регенерировала. И хоть, как результат, на него снова полетела орда дальнобойных атак Фейна, само щупальце резко оторвалось и выбросилось куда-то в сторону еще до того, как достигло Баронов.

А ушло всего чуть больше восьми секунд.

Тратить оставшееся время на подавления шипов же даже не понадобилось, Хати обрушил на всё лишь пару сотен атак, подавив те десятки тысяч снарядов, и в конце концов…взбесился еще сильнее. Да, Хати хоть и вышел из сору, однако по одному его виду было понятно, что такие противники его бесили.

— Масштабность этих ебнутых сил, как у сильнейших фруктов… — Стоя посреди сожжённого начисто леса, рядом с местом, где то самое оторванное щупальце начало попросту исчезать, Хати то и дело преисполнялся негативом. Неприязнь росла на протяжении долгого времени, пока…не раздался голос стоящего не так далеко Кумабити.

— Почему ты так относишься к фруктам…если у тебя самого сил столько, что ты легко с ними справляешься? — А непонимающий, и в то же время явно напряженный после всей этой ситуации Кумабити заставил Хати тут же нахмуриться.

— Получают эти силы они слишком легко…я тренировался и учился всю жизнь. А из всех, кого я знаю, возможно только Фейн владеет своими силами парочку лет, но и он до боли силен… — Окинув Кумабити тяжелым взглядом, Хати в конце концов осмотрел и Баронов, которые с легким напряжением держались друг за друга, и в конце концов осмотрелся вокруг. Не было больше ни глаза, ни щупальца. Вообще никого, как и деревьев, в радиусе пятидесяти метров, — Все, что им достаточно, чтобы продолжать держаться на ровне с таким, как я, так это пробудить сам фрукт, и заниматься потом волей с телом…сейчас видимо не покажется. Вместо него…

В конце концов после небольшого размышления покачав головой, Хати ослабил руки, перестав наматывать на них ветер, и просто…уставился куда-то в сторону леса. Начал он пялиться сугубо в одну точку, словно во что-то всматривался, из-за чего начавшие приходить в себя Бароны точно так же сосредоточились. Правда особого напряжения пристальный взгляд Хатимана не вызывал.

Все хоть и сжали слегка оружие, но подумали в основном о девушке в броне, которая должна была заинтересоваться произошедшим. Однако все напряглись, как только увидели со стороны леса группу теней. Людей, которые напряженно шли в их сторону

— Он не отстанет от нас? — Задался вопросом Фрейден, как только сжал нодати, уже готовясь замахнуться…однако вместо монстров, которых все ожидали увидеть, им предстали люди. Группа из более чем двадцати людей, каждый из которых держал в руках холодное оружие, выглядя при этом максимально сосредоточенно. Правда только же они встретились взглядами с Баронами, и с Хатиманом в частности…как всякая сосредоточенность пропала, а сами и вовсе замерли от удивления, — …Вы кто?

Но только же Фрейден задал вопрос, как Хатиман, а также все незнакомые люди тут же нахмурились. Казалось, атмосфера потяжелела ровно так же, как и когда они встретили существ Фейна. А потому достаточно быстро каждый смотрящий на это представление Барон догадался кое о чем плохом. Возможно эти незнакомые люди были врагами Хатимана. Еще одними.

— Опять вы, — Тяжелым тоном проговорил Хати, пока лишь один единственный человек среди всей толпы не выглядел как-то негативно настроенным, и казался просто смущенным, — Будешь опять мешаться, Криф?

И только после вопроса, стоящий впереди всей группы человек с серебряными волосами показал до боли высокомерную улыбку. А из стоящих же рядом с Хатиманом Баронов лишь один единственный Оскар раскрыл свои глаза, как только узнал гостей. Лишь благодаря тому, что он часто засиживался в газетах, и часто читал все новости, он узнал одних из самых буйных личностей первой половины Гранд Лайна, которые не упускали ни один бой.

— Серебряные пираты, — Прошептал Оскар, чем сразу же заставил задергаться уши всех Баронов, — Они всегда в неприятности встревают, и разносят в сражениях с пиратами или дозором целые улицы.

— Встретить тебя вот откровенно не ожидал. Да и ты поменялся…волосы побагровели, и…вокруг тебя теперь облака? Фрукт? — Криф целиком окинул Хатимана внимательным взглядом, оценив каждое облако, которое прилегало к Хати, и заставляло его слегка летать.

— …

— Ну и ладно. Все равно забавно, что ты продолжаешь думать, будто только ты можешь сражаться с Фейном, — Наклонив голову, он сразу убрал катану в ножны, и двинулся вперед без всякой предосторожности. Тем не менее надменности со взгляда он не убрал, — В прошлый раз я разрешил его забрать тебе, но ты отпустил. А сейчас…я видел насколько большую дрянь он смог вызвать. Думаю, сейчас Фейна незачем делить? Он для каждого создаст по противнику.

Тон, слова, а также сам взгляд с действиями так откровенно и говорили о том, что этот человек сейчас провоцировал Хатимана. Ему было не страшно. Даже с тем условием, что он видел огромное щупальце, и видел, что с ним расправились, ему было словно…плевать. И подойдя на расстояние в три метра, он остановился с весьма вызывающим взглядом, тогда как все его люди, встали прямо за его спиной.

И тяжело вздохнувший от раздражения Хати осмотрел его людей таким же тяжелым взглядом, как и самого капитана. Задержал он правда взгляд лишь на трех людей. На правой руке Крифа Санче, который свою катану в ножны так и не убирал. На том, кто выглядел наименее агрессивном — Хейсе, который не так давно был новичком в команде, а также чуть ли не лучшим мечником. Ну и на друге самого Хейса, имени которого он не знал, но который имел навыки мечника немногим хуже, чем у друга.

Все, на ком он задержал взгляд, когда-то давно имели неплохие навыки. Напади они скопом, могли бы даже одолеть Хатимана. И на деле, даже сейчас он смотрел на них не спустя рукава. Они были сильнее Фрейдена, им было плевать на то, что показал не так давно Фейн, и при всем этом Хати знал одну вещь. Они не абсолютные ебанаты, которые к тому же поставили своими целями именно сражение, расценивать уровень противника они умели.

Тем не менее