Акция «Ближний Восток» - Олег Шелонин

Омар материализовался в убежище Иблиса не в самый удачный момент. Добровольный узник завтракал. Он засветил материализовавшемуся в подземной камере джинну прямо в глаз, хотя целился в муху. Омара распластало по стене.

— Совсем в своей одиночке спятил? — взвизгнул Омар.

— Чего приперся? — Иблис был голодный и очень злой.

— Помочь тебе хотел, — сердито буркнул Омар, ощупывая набухающий глаз. — Как-никак родственник повелителя нашего. Хоть и седьмая вода на киселе, но все же. Про Папу кое-что узнал…

Жаба насторожилась.

— …крутой мужик! Люцифера в бараний рог скрутил, Кощея тоже. Смерть у него в подружках ходит.

Иблис начал менять колер.

— В первый раз вижу белую жабу, — удивился Омар. — Ладно, слушай дальше. Как Папа ни крут, нашел я на него управу. Есть у него слабое звено!

— Какое? — выдавил из себя Иблис.

— Дети. Ты ничего не слышишь?

— Нет.

— Это потому, что я дверку в соседнее помещение еще не прорубил. Короче, охраняй их как зеницу ока. Чтоб ни один волос с головы не упал. Жизнь твоя теперь от их жизней зависит. Папа тебя за них на запчасти разберет. Играй с ними, забавляйся, чтоб они все в счастье были. Понял?

— Понял. А Папа точно придет?

— Обязательно. Это я тебе гарантирую. Сначала он по верху пошуршит, а потом к тебе наведается. Стрелку вытащит, вид прежний вернет, детей заберет. Все будет нормально!

— Не будет. Ой не будет! — затосковал Иблис.

— Почему?

— Я ифритов своих на него спустил.

— Обалдел? Отзывай срочно.

— Не могу, — жалобно квакнул Иблис, — стрела магию из меня вытягивает!

— Тьфу! Такое дело испоганил… Ладно, я с этим разберусь. Твоя задача — дети!

Омар намагичил в каменной стене дверь и испарился, что-то сердито бурча себе под нос. Сквозь щель до Иблиса донеслись детские голоса.

— Ой, сколько игрушков! Давай в куклы играть.

— Не, в куклы не интересно. Давай в войну.

Иблису стало жутко интересно посмотреть на детей знаменитого Папы, и он осторожно сунул голову в дверь.

— Уй, — обрадовалась Аленка, — лягушка белая.

Комната, наколдованная Омаром для детей, была усыпана игрушками. В центре стоял стол, заваленный снедью, рядом на полу сидела маленькая девчушка, лет четырех, от которой тянуло такой мощной магией, что Иблис невольно поежился. От мальчугана, стоящего рядом, магией и не пахло, зато тянуло другой силой. Илюша был достойный сын своего отца. На столе сидела маленькая наглая толстая мышь с короной между ушей, скрученной из медной проволоки, и нахально трескала козий сыр.

— Лягушки белые не бывают, — авторитетно заявил крепыш.

— А ты сам посмотри.

Мальчуган оглянулся, в упор посмотрел на Иблиса. Глаза его загорелись.

— Слышь, Аленка, ты когда-нибудь на охоте была?

— Не-а.

— А жаба была. Видишь, стрелка из зада торчит? Давай ей поможем?

— Давай, а как?

— Загоним и добьем, чтоб не мучалась.

Илюша оторвал ножку от стола. По полу весело зазвенели осколки блюд и кувшинов. Мышь возмущенно запищала, прыгнула девочке в руки. Та начала успокаивать ее, поглаживая по раздутому животику. Иблис побелел еще больше.

— Ты думаешь, ей больно? — Аленка была сердобольная девочка.

— Еще как! Смотри!

Илюша одним прыжком настиг жабу, схватился за стрелу.

— А-а-а!!! — взвыл Иблис.

— Видишь, как мучается?

— Да, — шмыгнула носиком Аленка. — А может, вылечить попытаемся?

— Это неизлечимо, — пискнул Хрум Хрумыч, сердито глядя на Илюшу, и постучал лапкой по голове.