Печать Змеи - Константин Храбрых

«Наверное, амулеты тепла. Интересно ее привлекла иллюзия или наша компания?»

Подойдя к нам, она произнесла:

– Добрый вечер, леры адепты, прошу прощения, что помешала.

– Нисколько, иллюзия закончилась, она короткая, – улыбнулся я, поднимаясь с колен.

– Вижу, мы с вами на одном курсе. Позвольте представиться – маркиза Виалль Гар Ленсарр, можно просто Виалль. Я учусь на втором потоке курса.

– Курт, Куртиллиан ан’Драффл, это мои друзья, – я поочередно представил тех, кого знал, остальных представил спасший меня Олес.

– Вижу, вас выгнала из башни тамошняя скука? – Олес со всем своим обаянием принялся сыпать комплиментами леди Виалль. – Не желаете присоединиться?

– Почту за честь, лер Олессеан, – девушка отвесила отточенный до идеала книксен и вопросительно посмотрела на меня. – Позвольте узнать, вы сами творили данные иллюзии?

Она обвела рукой вокруг, словно показывая, что все вокруг иллюзорно.

– Нет, гости пришли сами, и они не иллюзии, а гости. – Виалль немного зарумянилась. – Иллюзии дело рук нашей серой эльфийки-модницы Тириаэлль. Она с факультета менталистики и иллюзионизма.

После чего я благополучно сдал девушку обаятельному Олесу.

Домовые тем временем подогревали вино с травами в специальном кувшинчике. Подойдя к столу, я взял наполненный кубок. У меня в голове крутились все те истории, которые я видел в родовом замке… Если реализовать в каком-нибудь глухом изолированном зале, проработать все направляющие, ветер, запахи, влажность, задумка может получиться очень…

– Курт, хорош витать в облаках! Дамы скучают! – из задумчивости меня вывел голос друга, которого облепили девушки, грозно поглядывая друг на друга.

«Кошачьего шипения не хватает только… А почему нет?»

Кошачье шипение, донесшееся откуда-то снизу, заставило девушек от неожиданности подпрыгнуть.

То, что произошло в следующий миг, для меня стало полной неожиданностью, ей-богу я не планировал ничего такого!

Нас буквально накрыло яркими искрами фейерверка, который не обжигал кожу. А вызывал легкое дуновение ветерка. А возле нашей праздничной ели таял силуэт одетого в красную шубу полноватого старика… На самом дальнем плане слышалось отдаленное эхо его смеха.

– Ой! Что это?! – удивленный вскрик одной из девушек.

– Где? – На нее тут же обратили внимание.

Она ткнула пальцем куда-то под елку. Не прошло и двадцати секунд, как народ удивленно облепил наряженную ель и удивленно доставал из-под ее ветвей слегка припорошенные новогодним снегом свертки.

– Они подписаны!

Вскоре свертки пошли по рукам, пока у меня не оказался завернутый в серую оберточную бумагу, разукрашенную веселыми черепушками.

Все-таки это очень интересная эфемерная личность! Не народ, а именно Личность, причем с большой буквы. Возникает из ниоткуда и исчезает в никуда, оставляя под елью в новогодний праздник подарки, а кому уголь…

– У меня кусок каменного угля! – одна из рыжеволосых барышень, что пригласил Олес, удивленно развернула сверток. Обиженно надув губки, она бросила подарок в сугроб.

У меня в руках находилась увесистая хрустальная поделка, выточенная из единого куска горного голубого хрусталя. Внутри нее чувствовалось тепло жизни.

«Интересно».

– Леди Виалль, вам тоже что-то лежит, правда громоздкое!

– Разворачивайте скорее! Интересно же!

– Мне? – удивленная девушка подошла к большому прямоугольному свертку.

Клочья оберточной бумаги полетели в стороны, и все удивленно уставились на небольшой резной сундучок. Звонко клацнул золоченый замок, и женская половина удивленно и, я бы отметил, завистливо ахнула.

Внутри на самом дне сундучка, на бледно-розовой подушке лежала золотая диадема с крупными, искусно ограненными кристаллами разных цветов. От диадемы ощутимо тянуло магической энергией.

– ЧТО? Но откуда? И КТО это принес?!

– А почему мне уголь, а ЭТОЙ диадема? Я тоже хочу диадему, но с красными драгоценными камнями!

«Еще одна странная черта женщин».

– Прошу меня простить, леди и господа, но вы пришли на празднование Нового года по меркам моей родины. – Я обвел их спокойным взглядом. – Данные подарки были подарены некой сущностью, оценившей ваши поступки за год и подарившей вам в честь праздника особые предметы. Магические, прекрасные, и те, которые заставляют вас задуматься, как же вы провели год.

В следующий миг я едва не был прибит вспылившей барышней, которая все надрывалась и обижалась, что ей подарили большой и бесполезный кусок угля. Олес поймал ее за талию и принялся ее успокаивать. Когда в ее глазах появились слезы, я подошел и подобрал кусок угля, который она бросила со злости в сугроб.

– Леди, не стоит обижать того, кто подарил вам столь красивый дар…

– КРАСИВЫЙ! – Она рванулась из рук Олеса, но тот держал ее крепко.

Приглашенные смотрели на меня осуждающе.

– Именно! – Я вытянул руку и щелкнул пальцем по казавшемуся твердым куску горной породы.

В следующий миг кусок стал мелкой угольной пылью осыпаться. Когда на снег упала последняя крупинка угля, у меня в руке засверкал искусно ограненный цветок асторции, вырезанной из алмаза, довольно крупного размера.

– Это одновременно и подарок, и урок!

Все завороженно смотрели на великолепный цветок.

– Даже кажущийся неказистым подарок – это в первую очередь символ внимания, а цена одной песчинки может быть выше, чем самое дорогое украшение. – Я подошел к девушке, повисшей на руках у Олеса. – С Новым годом, леди, и пусть он вам запомнится.

Я вручил девушке цветок.

«Помимо всего прочего, он великолепный шутник!»

Лишь только я один слышал довольный смех существа, живущего за счет ярких эмоций праздника, неважно, радостных или грустных, важен сам факт.