МИФЫ. Корпорация МИФ - Роберт Линн Асприн

К счастью или к несчастью, но он быстро поднялся на ноги и зашагал в ногу со мной, когда я наконец пошел.

– Я хочу, чтобы ты ознакомился с грузом, который мы должны защищать, – сказал он, все еще тяжело дыша, – а потом немного побродил вокруг и изучил обстановку.

Это его задание показалось мне невероятно глупым. Груз и обстановку я оценил в первые же минуты нашего прибытия и полагал, что Нунцио сделал то же самое. Изучать-то было, в общем, нечего.

Склад представлял собой обычную большую комнату… четыре стены и потолок с балками, откуда несколько ламп освещали помещение неровным светом, оставляя повсюду крупные пятна теней. В одной стене находилась маленькая дверь, а в другой – большая, ведущая, надо полагать, к грузовому причалу. За исключением сваленного в центре помещения груза склад пустовал.

Сам груз состоял из пары дюжин ящиков, поставленных на деревянный поддон. Судя по тому, что смог разобрать мой нос, ящики были заполнены бумагой и чернилами. Почему какую-то бумагу и чернила требовалось охранять, я не знал и знать не хотел. Драконам бумага ни к чему… особенно бумажные деньги. Воспламенимая валюта – не подарок нормальному обществу. И все же кто-то видел в грузе какую-то ценность. Во всяком случае, тот, кто заказал наши услуги, да и определенно тот субъект, одетый с головы до ног в черное и ползающий по балкам.

Все это стало для меня очевидным, как только мы вошли в склад. Поэтому незачем было заниматься надуманной работой по дополнительной проверке. Однако Нунцио непреклонно и твердо решил заставить меня снова выяснять и так уже мне известное. Даже делая скидку на несовершенство человеческих чувств зрения, слуха, вкуса, осязания и обоняния по сравнению с драконьими, я тем не менее поразился тому, как мало он сам мог заметить. Наверно, если б он поменьше фокусировал свое внимание на мне и побольше на происходящем вокруг, у него получилось бы лучше. А так он был просто безнадежен. Если Скив надеялся, что Нунцио чему-то у меня научится – а это представлялось мне единственной причиной для подключения его к этому заданию, – то мой любимец будет сильно разочарован. Не представляю, почему я проявлял к нему такую терпимость? Может, потому, что он упорнее большинства людей старался, пусть грубо и невежественно, положительно взаимодействовать с драконами?

Кто бы там ни полз по балкам, он теперь приближался. Для человека он, может, и крался, но мое ухо прослеживало его передвижения с такой же легкостью, как если бы он бухал на ходу кастрюлями. Я ощущал его присутствие еще за два шага до двери, но был не уверен в его намерениях и потому решил быть терпеливым и разобраться, кто он – просто невинный зевака или злоумышленник. Его попытки подкрасться к цели склоняли меня к последнему предположению, несмотря на очевидную его некомпетентность в затеянном.

Пытаясь помочь Нунцио разобраться в ситуации, я повернул голову и показал носом на подкрадывающегося.

– Повнимательней, Глип! – крикнул мой идиот-подопечный, поворачивая мою морду обратно к ящикам. – Нам положено охранять именно это. Понятно?

Понял я только то, что люди либо усваивают все еще медленней, чем считают наиболее критически настроенные в этом отношении драконы, либо у этого конкретного их представителя повреждение мозга, что тоже возможно. Повращав глазами, я снова проверил подкрадывающегося.

Он находился теперь почти над нами, широко расставив ноги на двух балках для устойчивости. С тщательной неторопливостью он вынул из рукава какой-то предмет, поднес его ко рту и нацелил на нас.

Всякий дракон еще в раннем возрасте проходит через серию уроков по изучению человеческого оружия. Это может показаться странным для в общем-то миролюбивого народа, но мы считаем это делом выживания… таким же, как простейшие человеческие наставления детенышам вроде «пчелы жалят» или «огонь жжет». Как бы там ни было, но я столь же сведущ в человеческом оружии, как и любой человек, и куда более, чем любой, не связанный с военным делом или иным беспокойным промыслом. Поэтому без всякого труда я узнал в направленном на нас инструменте духовое ружье.

Вдобавок к прекрасному чутью драконы обладают броней, дающей куда большую защиту, чем человеческая кожа. Поэтому я особенно не волновался за свое благополучие, чего бы там ни вылетело из дула духового ружья. Однако, пришло мне в голову, того же нельзя сказать о Нунцио, а ведь я еще не решил, стоит ли душевный покой моего домашнего любимца и его товарищей таких хлопот.

Вырвав голову из рук Нунцио, я быстро прицелился и выпустил вспышку пламени шестой степени. О да. В распоряжении у драконов есть разные степени пламени от «слегка поджарь» до «сделай дырку в камне». Помните об этом, когда вздумаете спорить с драконом.

Через несколько секунд после угасания моей пиротехники на нас посыпался короткий дождь из черного порошка.

– Черт побери, Глип! – выругался Нунцио, стряхивая с одежды порошок. – Не делай больше этого, слышишь? Ты мог бы натворить кучу бед… и посмотри на мою одежду! Нехороший дракон!

Я достаточно долго пробыл с людьми, чтобы рассчитывать на благодарность, но все же обидно было слышать, как меня бранит тот, кого я только что спас. Со всем достоинством, какое я мог собрать, а значит немалым, я отвернулся и сел к нему спиной.

– ГЛИП! ВСТАНЬ, ПАРЕНЬ! ХОРОШИЙ ДРАКОН! ХОРОШИЙ!

Вот так-то лучше. Я снова повернулся к нему и увидел его скачущим на одной ноге и державшимся за другую. Не испытывая дефицита интеллекта, я сумел сообразить, что переусердствовал с демонстрацией своей обиды, сев на его нижние конечности. Заверяю вас, сделал я это ненамеренно, просто человеческие ступни довольно малы, а мое превосходное чувство осязания не простирается на мою заднюю часть, но задним числом (каламбур ненамеренный) мне пришло в голову, что это пошло ему на пользу.

– Слушай, ты просто сиди там, а я буду сидеть здесь, и мы отлично поладим. Идет?

Он прохромал к одному из ящиков и сел, попеременно потирая ступню и стряхивая с одежды порошок.

Порошок этот был, конечно же, останками покойного ползуна-злоумышленника. У пламени шестой степени есть тенденция производить на людей именно такой эффект, вот потому-то я им и воспользовался. Должен здесь заметить, что погребальные правила людей всегда вызывали у меня любопытство и даже озадачивали – я, например, не знал, что они допускают стряхивание останков кремированного на пол или удаление их в прачечной. И все же, учитывая, как трудно мне передать Нунцио простое «смотри», я решил даже не пытаться объяснить ему, что он в данный момент делает.

Если мое отношение к убийству человека кажется немного циничным, то вспомните, что люди для драконов – вид неполноценный. Вы не вздрагиваете, убивая блоху на вашей собаке или кошке, и вам безразлично, что подумают о вашей жестокости уцелевшие блохи, а я без всяких колебаний устраняю досаждающего человека, способного расстроить своими действиями моего подопечного. По крайней мере мы, драконы, убивая, ограничиваемся в основном отдельными индивидами в противовес массовому истреблению видов, которое воспринимается людьми как часть их повседневной жизни.