Триумф душ - Алан Дин Фостер

– Ну, тогда давай. Останови повозку, Симна, и уходи, пока есть время. – Эхомба не сердился и не повышал голоса. – Забудь о сокровищах. Их не существует. Ты их вообразил, чтобы оправдать участие в нашем походе. Теперь ты свободен от иллюзий и знаешь правду! Возвращайся на побережье. Я не стану думать о тебе плохо, если ты это сделаешь. Только глупец, как ты правильно выразился, рискует жизнью ради выдумки.

– Верно! Клянусь Гуоржохой, ты совершенно прав!

Симна потянул рычаг и свернул парус. Повозка медленно остановилась.

Алита поднял голову и сонно глянул на него.

– Что на сей раз?

У Хункапы уже был наготове ответ.

– Большая река. – Он обезоруживающе поглядел сначала на Эхомбу, потом на Симну. – Большой спор.

– Вот именно! – кивнул Симна и, закрепив рычаг, решительно принялся собирать свои вещи. Он взял также часть припасов и объявил: – Я ухожу!

Громадный кот, казалось, не проявлял интереса к происходящему. Как всегда, он считал, что поспать куда полезнее для здоровья и сон более содержательное занятие, чем скандалы, устраиваемые людишками. И все-таки он спросил:

– Почему?

Эхомба попытался объяснить ему:

– Видишь ли, Симна минуту назад узнал, что сокровищ, за которыми он стремился, не существует. Поэтому он больше не хочет попусту тратить время.

– Вот именно! – Симна мял в руках одежду. – Только дурак будет рисковать своей жизнью ни за что ни про что.

Он затянул заплечный мешок и взялся рукой за борт. Потом посмотрел на Эхомбу, который, перевесившись через колени Хункапы, в свою очередь внимательно смотрел на него.

– Ну? – спросил пастух.

– Что «ну»?

Если не считать необычной внешности, перед Симной был прежний невозмутимый и доброжелательный Эхомба.

– Я желаю тебе безопасного возвращения на побережье. Один человек, осторожно пробирающийся по этим горам, вряд ли привлечет внимание Братства скелетов. Возможно, мы еще когда-нибудь встретимся.

– Только если мне здорово не повезет. – Симна встал и уже совсем было собрался спрыгнуть на землю, но тут его осенило. – Эй! Ты, колдун, думаешь, что очень умный?

– Умный? – Эхомба помолчал. – Пожалуй. По крайней мере мой отец и мать полагали, что я не дурак. Среди своих ровесников я считался знающим пастухом.

Симна оскалился.

– Волшебник ты или нет, но вряд ли наступит такой день, когда тебе удастся одурачить Симну ибн Синда.

– Я тебя не понимаю, друг, – искренне признался пастух.

Симна развязал мешок и принялся выкладывать вещи обратно в повозку.

– Ты действительно хитрый парень, Этиоль Эхомба. Ты чуть меня не надул! – Он погрозил Этиолю пальцем. – Говоришь просто, но знаешь, как обдурить человека. Я и впрямь поверил, что никаких сокровищ там нет! Ты ловко заставил меня думать, что это я сам догадался. Но ты рано обрадовался! Я немного повременю, братец, я не похож на других простаков. Если я ухватил кусок, у меня его уже не отнимешь. Тебе не удастся так легко лишить меня моей доли. – Он снова уселся за рычаг, развернул парус, чтобы поймать ветер, и добавил: – Тебе не удастся меня обдурить, как бы ты ни старался. Симна ибн Синд никогда добровольно не откажется от своей доли сокровищ!

Эхомба вздохнул: его лишенная ребер грудь чуть вздулась и тут же опала.

– Ты самый упрямый человек, друг Симна, которого я знаю. Если ты что-то вбил себе в голову, то это уже навсегда.

– Вот и не забывай об этом, наставник телят.

Симна взялся за рычаг.

– Подожди! – Эхомба, насколько это было возможно, попытался приподняться с колен Хункапы.

– Что еще? – Симна усмехнулся. – Решил испробовать на мне очередную колдовскую штучку, чтобы лишить уверенности в себе? Не выйдет!

– Совсем нет. Кто-то к нам приближается.

Трепещущая рука с трудом указала в ту сторону, откуда они ехали.

Симна нахмурился, неохотно обернулся и принялся вглядываться в лес.

– Ничего не вижу. Если ты хочешь заставить меня выйти из повозки перед тем, как мы пересечем реку, то напрасно теряешь время. Нравится это тебе или нет, я остаюсь с вами. Мы все вместе отправляемся в Эль-Ларимар.

– Взгляни чуть севернее от дороги. Одинокий всадник. Старый приятель.

– Что значит «старый приятель»? – встревожился Симна. – У нас тут никаких приятелей нет. Мы не…

Он замер на полуслове, различив одинокого всадника, приближавшегося к ним. Эхомба оказался прав – это действительно был «старый приятель».

Скелет пастуха!

Трясясь на позвоночнике лошадиного скелета-привидения, он припал к шейным позвонкам скакуна, крепко сцепив подними руки.

– Но как?.. – Симна запнулся и бросил страдальческий взгляд на друга.

Лицо Этиоля, утонувшее в складках его бескостного тела, расплылось в добродушной улыбке.

– Если лишить кости всего остального, они будут страдать в одиночестве, – объяснил он.

– Ты знал, что он вернется к тебе! – Симна оправился от потрясения и вновь обрел свою обычную самоуверенность.

– Я знал, что он должен сделать такую попытку. И надеялся, что ему повезет. Я доверяю всему, что во мне, дружище. – Улыбка Эхомбы стала еще шире. – Сворачивай парус. Он скоро догонит нас.

– Не так уж и скоро, – заявил Хункапа. Выпрямившись, он приподнял тело Эхомбы и, глядя в сторону приближавшегося скелета, добавил: – Еще кости.

Симна вскочил на ноги и пригляделся. Среди деревьев ясно вырисовывались воины Братства – и пешие, и всадники. Они жутким шепотом завывали и улюлюкали и яростно размахивали оружием.

– Клянусь Гайпуеном, – сквозь зубы проговорил Симна, – их тут несколько сотен. – Он взглянул на Эхомбу. – Что будем делать?

– Переправляться через реку. И как можно быстрее, вот что я вам скажу. Парус, Симна, ставь скорее парус!

– Ну да!

Северянин торопливо развернул парус, потом взялся за рычаг. Повозка, набирая скорость, покатила к реке.

– Только один вопрос, братец, – сказал Симна. – А как мы будем переправляться?

– Повозка, за исключением нескольких скоб и гвоздей, вся деревянная. Она легкая и прочная. Надеюсь, она поплывет.

Экипаж продолжал набирать скорость.

– А если нет? – спросил северянин.

– Тогда поплывем сами, и я окажусь лучшим из вас пловцом.

Глухо завывая и яростно шипя, воины Братства скелетов продолжали преследовать сбежавшего новичка, а заодно и его друзей во плоти и крови. Симна то и дело оглядывался, ерзал на месте и ругательствами старался заставить повозку ехать быстрее. Один раз, не выдержав, он набрал полную грудь воздуха и что было силы дунул на парус.