Религер. Последний довод - Денис Бурмистров

– Что за чушь про несколько Даров у одной Искры? Такое невозможно!

– Говорят, что Калина нашла какой-то способ усилить и размножить свои способности. Я пока точно не выяснил как.

– Если это правда, то недолго Калине осталось под крылом исилитов.

– Она почти уже и не под крылом. Вот еще что странно – в последнее время какое-то нездоровое волнение в городе. Незарегистрированные Поединки без заявленного победителя, стрельба.

Егор поморщился.

– Активно стали давить на слабые конфессии, уже многие вычеркнуты из игры, – продолжил Роман, переворачивая страницу газеты. – Помнишь, я говорил, что последнее время тусовал с маринцами? Все, нету их больше. Искру позавчера растерзали на Поединке.

– Кто?

– Доминион заявил, что победа поступила от гностициан.

– Интересно.

– Еще как. Что-то делается в городе, Феникс. Что-то нехорошее.

Волков промолчал, размышляя.

– А еще я слышал, что Старшие всех конфессий собираются на внеплановый Сход. Пока не выяснил зачем.

– Молодец, – похвалил информатора Егор. – Действительно, стоящие новости. Ты за Калиной внимание не ослабляй, чую, от нее волна пойдет.

К перилам набережной вышел крепкого телосложения мужчина в куртке-«бомбере». Долгим взглядом окинул спуск к воде, дорожку вдоль пирса, «поплавок». Несколько секунд разглядывал посетителей кафе, но с такого расстояния сложно определить кого именно. Отвернулся, отошел от перил, скрывшись из виду.

Волков не любил крепких ребят с внимательным взглядом. Обычно они и так уверены в себе, чтобы обращать на что-то внимание. Но уж если обращают, значит ой как неспроста.

– Эти пчелы делают неправильный мед, – хмуро сказал Волков. – Кажется, дождь собирается.

Он заметил, как напрягся Ильин, как чуть заметно дрогнула газета в его руке.

– Где? – переспросил он.

– На берегу. Может, показалось, но…

– Не показалось, – сокрушенно ответил Роман, досадливо цокая языком.

Из глубины сада появилось четверо похожих друг на друга коротко стриженых парней. Они молча, деловито, спустились по ступеням к пирсу. Целенаправленно взошли на понтон. Направились в сторону религера и Романа.

Религеров обучали драться при помощи Дара. Искры-наставники в закрытых Школах вкладывали знания в головы новоиспеченных воинов веры, эти знания срабатывали на уровне инстинктов, как программа. Но Дар не обеспечивал создание из обычного человека, иной раз далекого от спорта, супербойца. По-сути наставники просто передавали собственные знания новичку, они не могли обучить тому, чего не знали сами. Одно время ряды религеров массово полнились борцами и боксерами – сказывался контингент спортсменов, неожиданно обретших соответствующие способности. Со временем, самые сообразительные набрались опыта, стали более универсальными, «заточенными» под уличные бои и Поединки. Самых лучших наставников берегли, но также часто переманивали, одалживали.

Наставник Волкова, сухой мужичок в неизменной армейской «песчанке», всю свою жизнь посвятил ножам. Он, бесспорно, умел драться и без них, но ножи были страстью. К тому же, соответствовали задачам религеров – их можно носить скрытно, они доступны и более чем смертоносны. Но в обращении с ножами постоянно требовалось поддерживать себя в форме, быть максимально внимательным. Холодная сталь плевала на то, чью именно плоть пронзала, очень часто жертвами ножей становились их же хозяева.

Ножами легко убивать, легко калечить и угрожать. При настоящем ножевом бое кровь будет с обеих сторон, невзирая на опыт и подготовку – нож всегда возьмет свое. У безоружного человека ровным счетом нет ни единого шанса против обученного человека с ножом.

Именно поэтому Егор никогда не вытаскивал ножи без причины. Складные ножи с убранными лезвиями и без того удобно использовать, наносить ощутимые удары и тычки, болезненные, но не смертельные. Однако, в раскрытом состоянии ножи требовали крови.

Увидеть свет лезвиям Волков позволял только на Поединках. Он не любил убивать, калечить и угрожать.

Несмотря на то, что Роман Ильин утратил свой Дар, приобретенные при обучении знания никуда не делись, дополнились новыми приемами, необходимыми для выживания в среде подозрительных и фанатичных людей, готовых в любой момент убить тебя. Поэтому момент, когда из рукава Ильина волшебным образом возникнет шило, был вопросом времени. И этот момент нужно успеть использовать, потому что неизвестно что за гости такие пожаловали.

«Похоже, по мою душу, стервецы», – оценил варианты Волков. – «Это кто же вы такие?».

И был немного озадачен, когда гости остановились у стола Ильина, окружив того полукольцом.

– Ну что, стукачек, – один из парней положил руку на спинку стула Романа, нагнулся к нему. – Попался?

– Мужчины, вы меня с кем-то путаете, – хладнокровно ответил Ильин, выпрямляясь.

За что был награжден звонким щелчком по затылку.

– Пойдем-ка, потолкуем.

Перед Волковым неожиданно возникла официантка с подносом. Казалось, происходящее за соседним столиком ее вовсе не волнует.

На подносе стояли запотевшая стопка, полная до краев, и одноразовый стаканчик с темно-красным соком. В голове религера моментально возник план.

– Позвольте помочь! – воскликнул он, вставая.

От резкого удара пластиковый столик подскочил и боднул женщину в грудь. Та отпрянула, инстинктивно отводя руку с подносом назад. Его-то «неосторожным» движением и подправил Волков, легонько стукнув снизу.

Официантка сдавленно крякнула, пытаясь сохранить утерянное равновесие, попятилась. Водка, вперемешку с томатным соком выплеснулась на нагнувшегося к Роману парня, попала на голову и плечо.

– Твою ж мать! – громогласно рявкнула официантка.

– Какого хре… Ох! – начал было возмущаться облитый бугай, но тут выхваченное из рукава шило Ильина пробило его кожаную куртку и по рукоять погрузилось в живот.

– Ааа! – заголосил раненный, отступая назад.

– Сука! – его товарищ еле успел отскочить от сделавшего второй выпад Романа.

Егор длинным шагом обтек матерящуюся официантку. И, не дав неизвестным бойцам придти в себя после выходки «легкой жертвы», религер жестко ударил ближайшего носком ботинка в колено.

Промахнулся. Парень в последний момент каким-то образом смог отдернуть ногу, удар лишь мазнул штанину по касательной. Отскочил, качнувшись в боксерской стойке. Бешено уставился на нового противника.

Не давая опомнится, Волков ринулся в атаку, все еще не решаясь доставать ножи. Одно дело укол шилом, совсем другое – раны от хорошим клинков. Посему, пока что он надеялся решить вопрос «на кулачках».

Завязалась драка. Полетели столы и стулья, орала официантка. Работяги в комбинезонах поспешно покидали кафе, лишь студент остался сидеть, пялясь сквозь стекла очков на происходящее.