Последний инженер - Павел Шабарин

Кузнечик исправно выполнял свои обязанности — возле двери скопилась приличная куча тел выродков. Но он все чаще и чаще отвлекался на отца — тот лежал в кузове одного из грузовиков и уже был в отключке. Никто не знал, сколько еще старик протянет без полноценной медицинской помощи. Но сейчас спасать его жизнь — означало подписать смертный приговор себе. Да и к тому же Гайка ни черта не смыслила в медицине.

А выродки все прибывали. После гибели, наверное, пятидесятой твари остальные решили держаться подальше от двери, оставаясь в коридоре. Там их скопилась уже небольшая армия. Решись они прорваться внутрь все разом, их бы уже ничто не остановило. Но почему-то пока твари этого не делали.

Гайка тем временем закончила свой импровизированный элемент питания. Скрученные проволокой и изолентой, энергоячейки выглядели так, будто вот-вот взорвутся. Но это казалось лучшим, что она могла сделать в таких условиях. Согласно ее расчетам, мощности как раз должно было хватить, чтобы запустить двигатель.

Мелькнули искры, Гайка подсоединила клеммы, и машина отозвалась еле слышным гудением.

— Питер, Мышка! — закричала она, карабкаясь в кабину. — Скорее в машину!

Повторять дважды не пришлось. Оба сорвались с места и через секунду были в кузове. Не дожидаясь, пока выродки последуют за ними, Гайка нажала на кнопку «старт» и дернула рычаг движения вперед.

Машина медленно покатилась, начала набирать скорость…

— О боже, нет, нет, — прошептала Гайка, когда ее взгляд упал на приборную панель, — только не это…

Машина двигалась вперед, но с каждым метром, который она проезжала, шкала заряда батареи опускалась вниз на несколько делений. Мощности батарей хватало, но они были почти не заряжены.

В кабине раздался громкий, неприятный сигнал.

«Все системы включены. Батарея пустая» — отобразилось на приборной панели, которая тут же потухла.

— Дерьмо… — обессиленно выдохнула Гайка.

В зеркало заднего вида она видела, как в гараж хлынула толпа выродков. Это был настоящий живой поток, он быстро, буквально мгновенно, заполнил весь ангар. Тварей набежало больше сотни.

Уроды не спешили набрасываться на своих жертв. Они держались в отдалении, образуя живое кольцо вокруг машины, блокируя путь к спасению.

Гайка увидела, как из кузова медленно вылезает Кузнечик, выпуская свои длинные когти. Питер явно собирался забрать с собой так много выродков, как сможет, так почему же Гайке не последовать его примеру? Она взяла ружье, которое Артур выронил рядом с их комнатой, — в нем оставалось несколько патронов — и вышла из машины.

Толпа вокруг была просто огромной. Будто бы вмиг в ангаре поднялась песчаная буря из красных глаз, оскаленных клыков и когтистых лап. И в этой буре то и дело мелькали змеиные хвосты. За всю свою жизнь Гайка не видела столько живых существ разом. Зрелище было ошеломляющее и вселяло в душу непередаваемый ужас. Она чувствовала, как от страха белеют костяшки ее пальцев, вцепившихся в ружье.

Пятеро змеевыродков вышли вперед. Только сейчас Гайка поняла, насколько они разные. Кто-то больше походил телом на человека, кто-то имел больше змеиных черт, а кто-то вместо тонкой чешуи носил прочную броню из хитина. Все были разного роста… точнее… длины.

Самая огромная тварь, буквально закованная в хитиновый доспех, проползла дальше остальных. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что это лидер. В руках чудовище сжимало инженерный клепальный аппарат. Гайка нервно сглотнула слюну. Однажды она уже видела такой в действии, видела, как он выплевывает на огромной скорости здоровенные куски раскаленной стали. Похоже, им не оставляли никаких шансов.

— Все кончено, — произнес лидер выродков удивительно четким голосом, — отдайте девчонку и умрете без мучений.

Что-то мягкое уткнулось в бок Гайки. Та вздрогнула и вдруг поняла, что это Мышка. Она посмотрела Гайке в глаза и положила руку на ружье.

— Угрожай, — произнесла Мышка, — убить. Меня.

— Я не… — начала было Гайка, но Мышка не дала ей договорить.

— Сделай… — Она на секунду замолчала. — Убей. Если… придется.

В этот момент Анна поняла, что, несмотря на то что все ее естество вопило об обратном, она это сделает. Убьет Мышку. Если сейчас она приставит ружье к голове Мышки и начнет торговаться за свою жизнь, Кузнечик ее не поддержит. Гайка знала, что он набросится на выродков. Его отец — не жилец, а ему самому незачем жить без него. Переговоров не будет. Будет быстрое и безжалостное убийство.

Но прежде чем выродки начнут заживо разрывать ее на части, Гайка успеет спустить курок и спасти несчастную девочку от той ужасной участи, которая в другом случае была ей уготована.

— Я… — опять попыталась сказать Гайка. На этот раз громко, обращаясь к предводителю выродков.

Пол вздрогнул под ногами, по всему ангару прокатился гул. Неслышимый, но ощутимый всем телом, гул этот заглушил рычание толпы. Он исчез, но через какое-то мгновение повторился вновь. На этот раз сильнее. Все стояли на местах, никто не понимал, что происходит и что нужно делать.

В третий раз гул был уже настолько сильным, что Гайка с трудом сумела удержаться на ногах.

Затем все затихло. Наступила полнейшая тишина, в которой не было слышно ни злобного рыка тварей, ни шипения лидеров, ни даже биения собственного сердца.

Тишина оборвалась, когда вдруг пол между Гайкой и лидером выродков с чудовищным грохотом разломился. Из пролома показались две огромные когтистые стальные лапы. Под их нажимом стальной пол рвался, будто бумага. Снизу, из поврежденных коммуникаций, бил фонтан пламени и искр, и в этом фонтане снизу поднималось что-то огромное. Оно лезло наружу, расчищая себе проход.

Кто-то из выродков, не дожидаясь, пока оно окажется на поверхности, рванул к выходу. Но большинство замерло в ужасе на своих местах. Гайка, держа Мышку за руку, отошла назад, к машине. Кузнечик все еще стоял на месте. Искры падали на его одежду, прожигая в ней небольшие отверстия.

Из пролома появилась огромная змеиная голова из стали, с которой лохмотьями свисала золотистая чешуйчатая кожа. Вслед за головой последовало и тело, состоящее из сплетения механизмов. Механизмы эти находились в постоянном движении. Казалось, что в теле чудовища копошится миллион змей. Тварь громыхала своими стальными внутренностями, сотнями поршней и поднималась наружу. Когда наконец показался ее хвост, Гайка поняла, что в нем больше десяти метров длины. Из спины монстра двумя ровными рядами торчали двенадцать аккумуляторов повышенной емкости.

Так вот куда они делись.

— Я — Король-Змей! — пророкотал монстр тяжелым синтезированным голосом. — Ваш бог!

Надо ли говорить, что все происходящее было для Гайки крайне неожиданным? Но еще более неожиданным стало то, что в следующую секунду буквально все выродки, даже патриархи, повалились на пол и уткнулись в него корявыми мордами. Они явно поклонялись этому стальному монстру. Даже Мышка, видимо повинуясь стадному инстинкту, дернулась вниз, но Гайка не дала ей упасть на колени.