Падение сквозь ветер - Олег Никитин

5 июля. Вчера я попросил Клуппера, чтобы он зашел за мной, когда пойдет к своему Блоббу, и он в самом деле явился ко мне часов в восемь утра! Я еще спал, когда он принялся мне в окно стучать, так что я не возрадовался, что попросил его. Но делать было нечего, пришлось вставать. А солнце уже вовсю жарило! Когда мы через четверть часа шагали по улицам, Клуппер был недоволен и просто подпрыгивал от нетерпения. «Неужели твой Блобб так рано встает?» – спросил я его. «У него есть дочка, она за всем по хозяйству следит», – ответил он, и мы чуть ли не вприпрыжку поскакали в магазин на Подковную. Народа на улицах было – тьма, и чего им не спится? На самом деле, конечно, это только у школьников каникулы, взрослым работать приходится, вот и торопятся на службу. И мы в том числе! Прибежали мы в магазин, а там эта девчонка в дверях стоит, руки в бока уперла и глаза сощурила, а как поняла, что я вместе с Клуппером пришел, спрашивает: «А ты кто такой, мальчик? Ты зачем сюда пришел?» Я и говорю: «А что, разве магазин закрыт? Может, я хочу мыло для волос купить или негаснущие спички?» – «У тебя, наверное, и денег-то нет, а туда же. Покупатель!» – буркнула она. Какая-то странная девчонка, могла бы и повежливее быть, а то не очень-то красивая, и выступает при этом. По-моему, она даже младше нас с Клуппером (но довольно высокая), и подбородок такой тяжелый, что им можно гвозди забивать. Я думал, что Блоббова дочка не захочет меня в подсобку пустить, но она ничего не сказала и стала молча смотреть, как Клуппер набрал в таз воды и принялся отчищать с внутренних стенок бутылочек белый налет. Он образовался в них всего за одну ночь, после того, как их содержимое было израсходовано. Особенно много скопилось емкостей для смешивания растворов, десятка два, не меньше. Это мне Клуппер объяснил – они сделаны из особого сорта стекла и не поддаются никаким магическим веществам, даже слюна подкаменной змеи не оставляет на нем следов. «Зато оно очень легко разбивается, – сказала вдруг девчонка и спросила меня: – А тебя как зовут, мальчик?» Не знаю почему, но слово «мальчик» мне не понравилось, да и вообще я заметил, что стал как-то нехорошо на него реагировать после того, как с Маккафой познакомился. Я назвался и говорю: «А тебя как зовут, девочка?» Имя у нее совсем неплохое оказалось, Динника, и оно ей почему-то шло. Я чуть сгоряча не спросил, почему она именно Динника, а не Блонника, если отец у нее Блобб, но промолчал – мало ли что случилось с ее настоящим отцом, может, ей будет это неприятно. «Клуппер, ты хочешь, чтобы Мегаллин с тобой посуду мыл?» – спросила она, но он рассердился и сказал, что и сам отлично справляется. Понятно, у него многодетная семья и деньги ему со мной делить совсем неохота, да я бы и не согласился ему помогать, даже если бы меня сам Блобб попросил. Зачем отнимать хлеб у товарища? И не так уж мне эти медяшки нужны, чтобы ради них всякой гадостью руки пачкать. Потом еще бородавки и прыщи вылезут, замучаешься выводить. Недаром Динника этим не занимается, а то бы разве Блобб не приказал ей самой стекляшки вымывать? А вообще, это довольно прибыльное дело – торговать магическими средствами. Постоянно кому-то что-нибудь нужно, то порошок против крыс, то специальное мыло против мух, то еще какая-нибудь бодяга. Только позволение очень трудно получить, сперва надо поступить на платные курсы при Ордене магов – очень дорогие – потом сдать жутко строгий экзамен, и только после этого тебе разрешат держать свою лавку. Аренда, компоненты, налоги, всякие другие расходы, но все равно, как я посмотрел, обстановка у Блобба приличная. Правда, дом его собственный, как мне Клуппер говорил, а налог на землю все-таки в несколько раз меньше, чем арендная плата. Ничего интересного в магазине я так и не увидел, Блобб спрятал все свои зелья в крепкие шкафы и запер их. Оказалось, что Динника учится в Школе искусств, у них там совсем другие предметы, все больше вышивка, плетение и тому подобное. Тоже, конечно, полезное дело, не каждому по зубам, поэтому у них в основном девчонки учатся. Представляю себе, как в такой обстановке пацанам приходится! Хотя нет, даже не представляю.

21 июля. Сегодня в театре в ловушку попалась крыса, и мы с Буззом пересадили ее в клетку. Правда, это была совсем маленькая крыса, скорее детеныш, но все равно, просовывать к ней палец я бы не стал. Как назло, зачем-то явился Наггульн и хотел ее тут же прирезать, но я не дал ему, потому что решил ее дрессировать, пока она еще молодая и хорошо обучаемая. Не знаю, кстати, самец это или самка, да и какая разница, крыса – она и есть крыса. Я читал в учебнике природы, что это очень умные зверьки, вот и придумал сделать с ней цирковой номер. Только как ее заставить выполнять приказания? Перво-наперво нужно, чтобы у нее была возможность свободно двигаться. Но как выпустить ее из клетки и не дать скрыться в норе? Это вопрос! Короче, я принес клетку домой и совал ей всякие отбросы, и она все пожирает, как с голодной помойки. Я знаю, почему – организм у нее молодой, ему расти надо. Еще просунул ей в клетку плошку с водой и подливал в нее из чайника, просовывая носик между прутьев.

24 июля. Вчера целый день мастерил медную цепочку с застежкой, такую, чтобы ее можно было одним концом надеть на запястье, а на другой конец посадить зверька. Надел парусиновые перчатки, сапоги покрепче и открыл дверцу. Ну и юркая же тварь! Пока просунул ей голову в петлю, потом облился, перчатки чуть насквозь не прогрызла. Тут Бузз из театра пришел, вздумал посмотреть, как у меня дрессировка идет, смеялся как сумасшедший! Я ему говорю: «Думаешь, это так просто? Взял бы да сам попробовал». – «Нет уж, спасибо! – ответил он. – Мне моя жизнь еще дорога». Но я точно знаю – такого номера в цирке еще ни у кого не было. Раз я собирался выступать вместе с Маккафой, нужно было приучить зверя к тому, что у меня есть партнер. «Поможешь мне Зублю воспитывать?» – спрашиваю Бузза. Он давай опять хохотать. «Ты что же, в самом деле ее так назвал?» Не понимаю, что в этом такого особенного, она же зубастая тварь, имя вполне подходящее, короткое и вполне сценическое, по-моему. «А у тебя еще одни такие же перчатки есть? – спросил Бузз. – А то как-то страшновато». И то верно, я Зублю с утра не кормил, хотел, чтобы она меня слушалась. Я вообще-то почти ничего не смыслю в дрессировке, но мне кажется, что для начала нужно приучить зверя принимать пищу с руки. Потом уже можно ставить перед Зублей какие-нибудь задачи – например, прыгнуть через кольцо, сплясать на задних лапах и так далее. Хотя я не уверен, что она сможет ходить на двух лапах. Но если собаки могут, почему бы и крысе не суметь? Так что сегодня я часа два подавал ей самые сочные отбросы, какие только сумел найти, и она их алчно пожирала. При этом за шкирку ее через палку переносил, чтобы в ее тупой башке что-нибудь осталось. Потом я подумал, что неплохо было бы ее искупать, все-таки она по всяким помойкам шлялась, и мыл ее в тазу целый час, наверное! Чуть не утопил от злости, так она вырывалась и хотела меня укусить. Для нее же самой старался! Высохла она в своей клетке, посмотрел я на нее и что-то особенной разницы не заметил. Как была серой тварью, так и осталась. Зато я знаю, что она теперь чистая. Вот сейчас допишу и буду перчатки зашивать.

26 июля. Зубля уже не бросается на меня с такой злобой, как в самом начале, и я считаю это великим успехом дрессировки. Попробовал палку над полом приподнять, но она все норовила под ней проскочить, пришлось ее шлепнуть пару раз и показать, как нужно прыгать через препятствие. Кажется, она начала понимать, что если не будет стараться, ничего не получит.