Хозяин шара - Елена Минькина

Стас распахнул халат и… под ним оказались женское платье и шерстяная кофта. Приподняв штанину, он показал шерстяные колготки и рейтузы. Женщины расхохотались. Это был почти болезненный нервный хохот, после которого наступает разрядка. Видимо, Стас это понимал. Он покрасовался перед ними, а женщины все никак не могли успокоиться, так смешно он выглядел в этом наряде. Марина почувствовала, как со смехом пружина внутреннего напряжения вдруг распрямилась, слезы полились градом по щекам. Алька бросились успокаивать ее. А Стас, который не выносил женских слез, мягко отстранил Альку и увел в соседнюю комнату, приговаривая:

— Ей надо поплакать. Она слишком напряжена. Сейчас лучше увести ее отсюда, но она должна стать спокойной, иначе мой план провалится. Мы спрячем ее в морге. Я все продумал. Пусть поплачет, а потом я вам все расскажу.

— Там же Федька-глухонемой, как же мы ее спрячем! — воскликнула Алька.

Марина быстро взяла себя в руки.

— Ребята, идите сюда, я уже в порядке. Стас, что у тебя за план?

— Сначала мы оденем тебя. Хорошо, что мама у меня полная. Тебе ее одежда будет в самый раз.

— Главное, увести тебя из этой палаты и спрятать. Сегодня я оставил маму дома, поработаю за нее. Утром, измеряя ей давление, сказал, что оно высокое, и посоветовал полежать, обещая поработать за нее, ведь у меня выходной. Я вывезу тебя, Марина, из палаты в коляске с грязным бельем. Сегодня я сам соберу его во всем корпусе. Я поговорил с охранниками, они мне разрешили поработать за маму. Тем более я делал это не раз. Они все любят мою маму, она угощает их вкусными пирожками.

При этих словах у Марины закружилась голова от голода. Только сейчас она поняла, как сильно хочет есть. Стас сразу смекнул, в чем дело.

— Сейчас будут развозить завтрак. Тебе не положено, потому что ты без сознания, но я отдам тебе свой, сам я поел дома. Я вывезу тебя в морг. Спрячем тебя в холодильник.

Видя тревожный Маринин взгляд, он поспешно добавил:

— Не волнуйся, он выключен. А что будет потом, я не знаю. Возможно, как-нибудь доберусь до телефона. Попрошу у кого-нибудь, в конце концов.

— Ага, попросишь, — подала голос Алька. — И выдашь себя. У кого ты попросишь телефон? Наших больных охраняют почище заключенных.

— Алька, — сказал с раздражением Стас, — у тебя есть другой план? Предложи.

Алька сразу сникла. Действительно, что тут придумаешь?

— Послушай, Стас, а как ты провезешь ее мимо охранников? Это опасно.

— Поэтому я хотел, чтобы Марина была предельно спокойной. Ее жизнь, да и наша зависит от того, как она сможет затаиться.

— Не волнуйтесь, ребята, я уже в порядке. Буду сидеть тихо.

В коридоре послышался шум. Они быстро уложили Марину в кровать, накрыли ее. Дверь распахнулась. Молодая полная женщина приветливо улыбнулась:

— Привет. Кушать будете?

— Да, Светочка, я голодный как волк. Мама заболела, я сегодня не завтракал.

— Опять давление? — с участием спросила женщина, подавая Стасу поднос с завтраком.

— Как всегда.

— Ты за нее сегодня белье собираешь?

Стас кивнул.

— Тогда забери наши полотенца, уже много скопилось.

Как только женщина ушла, Стас озабоченно произнес:

— Черт, надо же как не вовремя с этими полотенцами.

— А в чем дело, Стас? — поинтересовалась Алька. — Какая разница? Заедешь сначала на кухню, а потом за Мариной.

— Ты, что, Алька, кухня на первом, а собирать белье я буду с верхнего этажа.

— Ну и что?

— А то, что корзина уже будет полной, когда я доберусь до первого. А ты видела эту тетку, которая завтрак привезла? Понимаешь, у нее привычка белье в корзине подминать. Нажмет, а там Марина, а кухня, как ты знаешь, рядом с охраной.

Все замолчали. Тишину нарушила Марина.

— Стас, значит, все сорвалось?

— Ладно, девушки, я пошел собирать белье. Будь что будет. Попробуем проскочить. Скоро вернусь. Ты будь готова.

Алька и Марина остались в палате. Марина накинулась на еду. Утолив первый голод, с благодарностью сказала:

— Спасибо, Аля, что помогаете мне.

Девушка улыбнулась:

— Да ладно. Считай, мы человечество спасаем. Слушай, а какой у тебя размер ноги?

— Тридцать шестой.

— Отлично. Здесь у меня запасные ботинки есть, «прощай молодость» называются. Обуйся на всякий случай. Они старенькие, я их в плохую погоду ношу.

— Как вырвусь отсюда, помогу тебе и твоей маме, честное слово, Алька.

Алька махнула рукой:

— Ладно, не парься, только бы выбраться тебе отсюда.

Очень быстро вернулся Стас. Поставил тележку с бельем плотно к двери, вывалил белье на пол, взял Марину на руки и посадил в тележку. Марина легла и свернулась калачиком, насколько позволял живот. Сначала ее укрыли простынкой, а сверху Стас завалил грязным бельем.

— Алька, выжди минут тридцать и беги, звони профессору, что пациентка пропала.

Стас толкнул тележку, и та плавно покатилась к лифту.

На первом этаже он подошел к дверям кухни и замер от ужаса: по коридору бежал Петр Иванович собственной персоной. Увидев Стаса, закричал:

— Чего ты тут торчишь?!

— Мама заболела, вот белье… — испуганно залепетал Стас.

— Оставь это, быстро беги, готовь операционную. Обстоятельства изменились, пациентку из двести двенадцатого будем кесарить срочно.

Стас бросил тележку и пулей взлетел на второй этаж. В висках стучало: «Я должен предупредить Альку».

Влетев в палату, с порога Стас закричал:

— Быстрее к лифту, сюда идет Петр Иванович!

Девушка от ужаса оцепенела. Стас схватил ее, больно сжал за плечи, встряхнул и уже шепотом произнес:

— Сейчас от тебя будут зависеть наши жизни.

Девушка бегом рванула по коридору. Стас еле успел выскочить на лестницу, как двери лифта открылись, и старенький профессор столкнулся с Алькой. Девушка в ужасе уставилась на профессора.

— Аля, что с тобой? Почему ты не в палате? — спросил он строго.

— Петр Иванович, пациентка пропала!

Лысина у профессора стала багровой. Одной рукой он схватился за сердце, а другой вытащил пузырек с лекарством и дал его Альке. Дрожащими руками Алька достала таблетку.

— Петр Иванович, я только в туалет вышла, всего не было меня минут пять. Вернулась, а кровать пустая.

Голос профессора перешел на хрип:

— Быстро поднимай охрану, она далеко не уйдет. Она была без одежды?