Пламя клинка - Денис Чекалов

Торвальд шагнул к раскаленной домне, легко коснулся гудящих стен, и потайная дверь бесшумно открылась.

— Выходи, выходи, не бойся, — сварливо приказал гном. — Послали ж импы на мою голову.

Скарбник вылез из домны, обтрюхал себя ладошкой и тяжело вздохнул:

— Чуть я не убурялся.

— Я тебе убуряюсь, в моей домне, — возмутился Торвальд. — Знаешь, как сложно ее проветривать?

Беглец прошелся по кузне, разминая руки и ноги.

— Проголодался я, — сказал он. — Ты там про чай с малиной говорил чего-то, я слышал.

— Нету чая, — отрезал инженер. — И плюшки давно закончились, так что даже не спрашивай.

Скарбник пробурчал что-то о жадобливых гномах и закосолапил в дальний угол ковальни, где стояла печь с чайником и начищенной сковородкой.

— Рассказывайте, гроссмейстер Торвальд, — велел я.

Гном зыркнул на меня из-под кудлатых бровей.

Но нет смысла беречь тайну, если она уже всем известна; потому он вздохнул, взгромоздился на табурет и начал:

— Случилось это два дня назад. Аккурат перед тем, как из столицы приехал этот боярин, дознаватель Боррояр.

…Торвальд отрезал краюху ржаного хлеба, толсто намазал ореховым маслом, посыпал сверху укропа. В жаркую железную кружку налил клубничного чая, глотнул немного, стал размешивать сахар.

— Эвон, — рассуждал гном, — будет он мне указывать, где башни ставить, а где не ставить. Да Северная стена, почитай, голая стоит! Ничего, ужо завтра потолкую с Аскольдом. Пусть этому Руфусу уши-то понавертит.

Аромат ягод и сладкий чай понемногу успокаивали его. Он начал улыбаться и даже предвкушать завтрашнюю беседу, когда зазнавшийся казначей получит по сопелке.

В дверь громко постучали.

— Ну, Огнард, — поднялся гном. — Опять забыл мечи для своих крылатых? Я ж ему говорил, забери с утра, а он: зайду, зайду, не забуду, не беспокойся.

С краюхой хлеба в руке Торвальд зашагал к двери.

Волшебная кружка летела рядом, и он не спеша отхлебывал на ходу.

— Слышу, слышу, — приговаривал гном. — Забыл? Подожди теперь.

Дверной молоток затарабанил снова.

Торвальд потянулся к большому заговоренному рычагу, но вдруг замер. На створке мигал распахнутый глаз Медузы — символ Ордена вольных каменотесов.

— Что за чертовщина? — пробормотал инженер.

Он-то хорошо знал, что в городе не было никого из его собратьев и через портал в Белогорье гости не проходили.

Таинственный незнакомец застучал снова.

— Чего не чаешь, то и получаешь…

Гном осторожно приоткрыл дверь.

— Спрячь, спрячь меня! — заверещал скарбник, влетая в кузню.

Волосы его были всклокочены, борода растрепалась, в руке темнел молоток, именно им колошматил в двери незваный гость, отчего и явился Медузий глаз.

— Что? Где? Кого? — Гном замахал руками.

Облился клубничным чаем и выронил бутерброд.

— Дверь, дверь закрой, дубиноголовый, — громко зашипел ему скарбник. — Орки увидят, сразу стены повыломают.

— Орки? Какие орки? — всполошился Торвальд.

Заперся, наложил на вход два запасных сигила.

— Мародеры, — ответил гость, прячась за ламеллярным доспехом. — Гонятся за мной, хотят убить.

— Так что же сразу ты не сказал? — Торвальд всплеснул руками.

Кинулся к стенду, схватил огромный топор и побежал к двери.

— Тревога, тревога! — гулко забасил он. — К оружию! Орки в городе! Бейте в колокола!

— Молчи ты, дурья башка, — испугался скарбник. — Ты ж ничего не понял. Они…

Торвальд распахнул дверь и нос к носу столкнулся с казначеем.