Возвращение - Олег Говда

— Прости… Я не подумал… Мужчины так эгоистичны… Это глупо, да?.. Оставайся… Конечно же зачем тебе рисковать… Ты же не воин…

В общем, какую еще околесицу я нес, глядя в эти широко распахнутые зеленые омуты, я плохо соображал, но остановиться не мог. Я не хотел ее терять, а потому должен был объяснить… И говорил, пока Листица не закрыла мне рот поцелуем. Длинным и нежным… А когда мы, едва не задохнувшись, разомкнули губы, девушка очень тихо прошептала:

— Спасибо, муж мой. Я последую за тобой хоть на край света. Но одна я больше не останусь. Спасибо…

Если я когда-нибудь стану врать, что хоть что-то понял, не верьте. Мужчинам это не дано. Никогда и ни одному. Проще было поцеловать ее еще раз…

Примерно через час Листица поцеловала меня в щеку и стала одеваться.

— Куда это ты? — поинтересовался я, пробуя на вкус права хозяина и вяло размышляя, что старый мудрец Тевье-молочник опять оказался прав. Традиции традициями, но если очень хочется, то… Понятно, в общем. И пусть меня простят те, кто считает, что «первым делом самолеты, ну а девушки потом». Потому что без означенных девушек самолеты никому и на фиг не нужны.

— Помогу Титычу. С парнями он и сам разберется, а вот какую кобылицу из бабьего табуна отобрать следует, дядька Ярополк, хоть и седой весь, нипочем не догадается. А ведь тебе, Влад, небось, такие же отчаянные девки, как и я, нужны, правда? А не просто сильные и бедовые. Верно смекаю?

— Очень даже, — подтвердил я ее нужность делу. — Беги. Только не канительтесь там. Лучше кого лишнего взять — потом обратно отправим, нежели час выяснять, кто годится, а кто нет. Все равно после сам решать буду: кого в отряде оставить. Надеюсь, это понятно?

— Да… — Листица энергично кивнула и выскочила на улицу так поспешно, что, глядя на нее, хотелось заорать: «Пожар!»

Ну, все при деле. Значит, и я могу спокойно пораскинуть мозгами. А то в этой круговерти у меня до сих пор ни на что другое, кроме как подспудных реплик, никакого личного времени не было. А когда ж повышать уровень самообразования и культуры, я вас спрашиваю?

Итак, что мы, грубо говоря и мягко выражаясь, имеем?

Этап первый. Вряд ли мое пустяковое ранение, повлекшее досрочное аннулирование контракта, и глобальное потепление, выдворившее как раз в это время из города родителей, можно считать заранее подстроенными. Вернее — организованными одной и той же силой. Нет, я не сомневаюсь в возможностях божественных структур, но почерк. Точечное, практически ювелирное вмешательство — по корректировке траектории полета пули, и массированный удар по площадям в виде запредельной жары во всем государстве и сопредельных территориях. Согласитесь, несколько разный подход к решению задачи. Так что, либо в моем переносе «оттуда-сюда» заинтересованы сразу две, мм… организации, либо проведение операции поручено двум исполнителям одновременно. Для надежности…

Этап второй. На вокзале меня обули как лоха. Вернулся домой и решил, что война осталась где-то далеко. В горах я же ни за что не повелся бы ни на какие женские прелести, даже если б та красотка-цыганка вообще нагишом разгуливала. В том смысле, пока не проверили бы с парнями близлежащие склоны на предмет засады или снайпера. А тут… Засмотрелся и оказался в неустановленном транспортном средстве. Ну и что с того, что оно похоже на рейсовый автобус? Я же не видел его на остановке. Больше того, мне даже маршрутная табличка ни разу на глаза не попалась… А подставной водитель мог подтвердить все, что угодно. Попросись я хоть в Ташкент или Караганду… Тем более что я очень удачно проспал всю дорогу и, положа руку на сердце, понятия не имею, куда меня завезли, даже в том мире…

Этап третий. Автобус оказался наполнен молодежью, удачно притворяющейся или являющейся на самом деле фанатами ролевых игр в натуральную величину и проводимых на свежем воздухе. О чем свидетельствовали и замеченные мною детали экипировки и отрывки разговоров. Но то был только фон и декорации. А главную тему о какой-то очередной борьбе бобра с ослом озвучивал некий господин Фрэвардин. И он же убедительно приглашал меня присоединиться в ней к силам света. Даже конфетку ненавязчиво предлагал, в виде некоего белокурого существа с задорно вздернутым носиком. Кстати — еще один контраст. Цыганка, как и положено ромам, волосом была чернее любого правительственного лимузина…

«Угу, интересные пошли ассоциации, — ожило второе Я. — Так и до изумительно упругих, по меньшей мере на вид, „подушек безопасности“ в количестве ровно двух штук сейчас доберемся. Вот же неугомонное наследие племенного уклада. Одну, значит, берем, другую — за руку держим, а о третьей размышляем? Да, Владик?.. Интересно узнать: а что по этому вопросу могла бы сказать Листица, ась?»

— Это еще что за бунт на корабле?! — возмутился я. А кто любит, когда его подловят на поступках и мыслях, пускай даже не постыдных, а всего лишь неблаговидных. — А ну тихо там, а то всех уволю без выходного пособия! Не перебивать, когда Чапаев, то бишь — Влад Твердилыч, тьфу, Максимович, думу думает!

А в ответ тишина. Прониклись, значит. Осознали…

Итак, на чем я остановился? На подушках бе… Тьфу, тьфу и тьфу!.. Все-таки сбили с мысли. Соберись… Девушек вместе с самолетами в сторону, что наперед выдвигается? Фрэвардин! Именно так.

Маска, кто ты?

* * *

Глядя в потолок, думается четче. Огонь и вода тоже способствуют образованию мыслей, но все больше каких-то лирических, или наоборот — глобальных. А если нужна сиюминутная конкретика, лучшей чертежной доски, чем нависающий над диваном потолок, и искать не стоит. Наверное, атавизм школьного воспитания.

Короче, улеглись, пристегнулись простынями и полетели.

«А под крылом самолета о чем-то поет зеленое море…»

Вот именно.

«Какое все зеленое, какое все красивое. Какое солнце желтое, какое небо синее».

И меня сюда, без предупреждения и пригласительного билета, а сразу мордой, то бишь спиной, об асфальт!

Стоп. Точка перехода… Случайная или постоянно действующая?

Нет, рано…

Сперва закончим с Фрэвардином. Что он мне предлагал? Вспоминай точнее. Вряд ли у вербовщика в излагаемом тексте были пустопорожние фразы. Вспоминай. Он не просто предлагал поиграть, а приглашал присоединиться и…? Было же что-то еще. Сейчас, сейчас… Ага, вот! Он приглашал меня в их лагерь! И место достаточно подробно описывал, и сроки какие-то называл… Вот проклятый склероз, плюс контузия от непосредственного контакта с булыжной мостовой. А вспомнить придется. Не знаю, что именно в том месте я найду… Вряд ли из того мира в этот переместился весь автобус, случайно уронив меня по пути следования. Но смотаться туда, к озеру, надо непременно, и обязательно в означенный временной период. Две недели?.. Точно, Фрэвардин упоминал о двух неделях! Ну-ка, ну-ка!.. И гоблины заявятся второй раз тоже ровно через две недели. Не-е, не годится, явная натяжка… С того момента пара дней уже прошла. Ладно, неважно, главное зацепится.