Измена леди Вайолет - Ева Финова

А я поняла одно — мне не страшно. В конечном счете меня все равно ждет смерть, так почему бы не проститься с жизнью здесь и сейчас, пока я еще не натворила дел, если не считать адюльтера, пока я не предала Истмарк, пока я никого не убила...

— Э, нет, — король усмехнулся и встряхнул меня в своих руках. — Ты убила. В лесу. Тех мародеров, которых подослал к тебе твой муж.

Вампиры негромко зашептались, а кто-то даже усмехнулся.

— Повелитель. — попытался вступиться за меня Разиус.

— Молчать! — взревела на него светловолосая вампиресса. Только сейчас заметила, что с её глазами было явно что-то не так, что — не успела уловить.

— Ну же, дай мне хоть один повод оставить тебя в живых, после того как ты проявила своё неуважение к Легару Ди Авелю, — и как для слабоумной добавил снисходительно: — Ко мне.

— Я. лишь. сравнила вас со своим мужем. властолюбцем.

— Хм, — король призадумался. — И это должно тебя извинить?

— Ваш. цепкий. острый взор породил во мне подобное воспоминание. — подбирала слова я, слегка задыхаясь. Ноги мои болтались в воздухе, кожа горела от трения ткани. Но вампир никак не мог решить, убить меня, или оставить в живых. Лицо его искажала лютая ярость.

— Повелитель, мечница же... — вмешалась в разговор обладательница низкого грудного женского голоса. — Мои люди поймали ведьму, которая успела бежать через Охайму до разлома.

Король молча скинул меня на пол, как мешок с костями.

— Говори, — приказал он, оборачиваясь в сторону. А я упала и закашлялась. Мысли метались в голове со скоростью пугливой лани. Мгновение до того перед глазами пролетела вся жизнь, когда я перехватила его убийственный взгляд.

— Мы взяли её с собой, ждем вашего дозволения.

— Разрешаю, — согласился он.

Секунда, и его ноги исчезли у меня перед глазами, а голос зазвучал с высоты тронного кресла, стоящего на довольно высоко.

Разиус шагнул чуть вперед, пытаясь отвлечь внимание на себя.

— У меня были планы на эту графиню, чтобы дискредитировать герцога Истма.

Но Легар его перебил.

— Видишь этот трезубец?

Он устремил взор к баритовой реликвии, посоху с треугольным наконечником в виде трех стрел, торчащих вверх, он весь был исполнен из янтарно-оранжевого камня, тускло посверкивающего в плохо освещённом прямоугольном помещении с высокими потолками и без окон. Белые мраморные колонны с серыми разводами, стоящие по обе стороны центральной дорожки — вот и всё, что выхватывали пучки света от магических огоньков, а плиты пола были устланы натуральными ирвинтведскими коврами — угольно черными со странным серым орнаментом: всё что я позволила себе созерцать в этот момент.

Слишком уж была жива в памяти сцена моего удушения. Кожа шеи, ключиц, груди ныла из-за неласкового обращения. Но я старалась об этом не думать, я вообще старалась ни о чем не думать.

— Ваше величество, — произнес тот же голос за моей спиной. Раздался глухой звук и на пол упала связанная рыженькая девушка, совсем молоденькая. Её как бросили вниз как какую-то вещь.

Всхлипнув, она начала негромко выть. Видимо, ушиблась. А еще, я с ужасом увидела, что она прикусила губу до крови. По разные стороны от меня раздалось противное шипение.

— Пусть говорит, — приказал король глухо.

— Е-е-е-есть пророчество. — заикаясь, заскулила рыженькая молоденькая девушка с изуродованным страхом лицом. Темные мешки под глазами, впалые щеки, излишняя худоба и вялая кожа не придавали ей красоты, увы. — О-оно гласит о-о-о за-затяжной би-би-битве, — бедняжка не могла говорить, дрожала вся, как осиновый лист.

А стоило мне отвлечься на секунду, посмотреть в её сторону, как я вновь заметила подле себя чужие сапоги, но в этот раз еще и разные туфельки, выглядывающие из под платьев. Нас с ведьмой и стоящим предо мной Разиусом буквально окружили. Подняла взгляд и поняла почему. Взгляды вампирской знати все до единого сейчас были устремлены на «еду» в их понимании.

— Можно я её надкушу? — попросила одна вампиресса тоненьким мелодичным голоском.

— Совсем чу-чуточку.

— Не мешай, — грозно рявкнул на неё стоящий рядом чопорный дедок с черной бородой на вытянутом лице и седыми волосами с проплешиной до самого лба.

— Бедняжка так и язык проглотить может, — сухо добавил к сказанному еще один вампир, стоящий за моей спиной.

— Нет, — не понятно на что ответил король. А оказалось, речь шла о собственности: — Она будет моей новой игрушкой. — Сладострастно проронил он, будто уже смаковал её на вкус. — Милария, после аудиенции проводишь её в мои покои.

— Да, повелитель, — согласилась та самая вампиресса, которая и привела ведьму. — Однако же, я могу рассказать то немногое, что увидела из её крови. Ренки Мора... — при этих словах стоящие рядом зашипели. А говорящая продолжила, выждав положенное возмущение, — ведьма-банши запретила произносить в её присутствии имя Вайолет, потому как оно будит их божество, кукол, наделенных эссенцией разума Нешзрагатмы.

— Повелитель? — Разиус решил вмешаться. — Гоинс Эн'Скалле сегодня освободил Вайолет от черной субстанции их праматери, может быть всё дело в этом? Богиня гневается, потеряв свою пешку?

— Нет! — ведьма крикнула иступлено. И затараторила, то и дело облизывая кровоточащую губу: — На прошлой неделе Ренки избила двух моих сестер, просто потому, что они упомянули её имя. Пророчество гласит, что я-я-явится мечница, — в конце целой тирады храбрости у ведьмы поубавилось, и она запросила: — я-я всё скажу, только прошу, не обращайте меня. Я-я не смогу стать упырём! Сила нашей праматери дает нам возможности но и проклинает на вечные муки и служение по эксхакох.

— Закон верности богине, — пояснил Разиус. — А эксгахат — цель услужения — стать пищей для Нешзрагатмы после своей смерти если сильно его упростить.

Король встал со своего трона. Как я поняла? Обивка тронного кресла скрипнула, плащ зашелестел. Пока я не услышала глухие шаги рядом с моим наставником.

— Ты хорошо мне служишь, Разиус. Не удивлен тому, что Гоинс остался рядом с тобой после обращения. Как ты его уговорил?

Эльф-вампир посмотрел в мою сторону.

— Мне помогла Вайолет, — видимо, он решил меня спасти, однако же я не возражала. И в каком-то смысле я действительно помогла. Послужила причиной последующих событий.

— Что ж, — Легар Ди Авель медлил. — Ты всё еще жаждешь нарушить союз Истмарка с метаморфами и это похвально. Однако, насколько мне известно, мы опоздали. Ив

Го’Шенор уже в Сагарде на аудиенции у короля. А тот просто жаждет пристроить свою опозоренную дочурку. Так что дело за согласием герцога и торгом...

Услышанные новости подействовали на меня, как гром среди ясного неба. Одинокая слеза стекла по щеке, когда я осознала, что единственная соломинка, за которую я могла держаться — сломалась. А раз у Легара Ди Авеля не будет на меня иных целей, то моё дело