По ту сторону тени - Анна Гринь

Время для раннаров течет иначе. Это позволяет нам оценивать мир в целом, видеть картинку за долгое время и принимать взвешенные решения.

Из дневников Гриффина

Когда они вернулись домой, Гриффин сказал, что скоро придет, но прошла уже неделя, а от раннара не было ни единой весточки. Сначала Эль волновалась, не понимая, что сорвало Гриффина с места, затем ее обуяла паника, вылившаяся в истерику. Но истерику некому было оценить. Бертрам с невозмутимым видом следил за мечущейся из угла в угол девушкой, сжав губы в холодную бесчувственную линию.

Через сутки Эль успокоилась, рассудив, что, в общем-то, это не ее дело, и Гриффин волен ломать себе шею, где ему заблагорассудится. Поэтому девушка окопалась в библиотеке, изучая дневники и книги из тех, за которыми не приходилось лезть на стремянку.

Девушка долго выбирала, пока не предпочла всем остальным сокровищам библиотеки "Летописание раннаров". Это был огромный, почти неподъемный фолиант, в переплете из плотной конской кожи, лоснившейся от времени, с обшлагами и запорами из витиеватых кружев потемневшего серебра.

Эль стремилась разыскать самую нудную и неинтересную книгу из всех, что хранились на полках, чтобы узнать как можно больше без словесных кружев и подробнейших описаний природы и погоды, и наткнулась на "Летописание".

Пролистав несколько страниц, Эль вчиталась и уже не могла оторваться от сухих, почти учительских строк. Книга была тяжелая, руки быстро уставали ее держать, страницы с хрустом переворачивались, отмеряя минуты и часы.

Утром Эль забиралась в глубокое кресло в кабинете Гриффина, укладывала книгу на столешницу и низко склонялась над разворотом, разбирая побледневшие за время, но все равно интересные истории.

"Летописание" было составлено от руки и по ощущениям Эль очень давно — несмотря на свою монументальность и добротность, книга все равно выглядела старой. Первые страницы отсутствовали, так что авторство сборника так и осталось для Эль загадкой, а последние страницы были не заполнены, будто кто-то еще собирался что-то добавить.

На страницах фолианта Эль встречала истории о раннарах. Именно их появлением и началом жизни в новом качестве отмежевывались периоды. Не возникновением городов, ни войнами, ни столетиями по любому из календарей, а жизнями раннаров.

Каждую новую историю заглавило имя, а под ним почти треть страницы занимала подробная гравюра, изображавшая какое-нибудь существо.

Под именем Саладина летописец изобразил существо, похожее на демона, склонившееся над человеческим телом. Картинка получилась такой ясной и подробной, что Эль рассмотрела и признаки агонии человека, и неестественно счастливую улыбку.

Пояснений к гравюрам не было, но и без них Эль могла угадать названия некоторых созданий. Вспомнив образ Саладина в мире тени, девушка легко согласилась, что в нем и правда было что-то от мифического демона сладострастия.

Летописей умело, в несколько штрихов обозначал внешность каждого следующего персонажа своей работы, указывал место рождения, возраст при перерождении — почти все раннары начинали свой путь в семнадцать — и подмеченные способности.

Бертрам самовольно принес Эль огромный мягкий плед. В этом маленьком мире кресла и книги девушка провела много часов, выбираясь наружу только по необходимости.

Порой подушечками пальцев она касалась губ, и мысли возвращали ее в ту ночь над холодным морем, в темноту и шторм. Но в большинстве случаев старалась прогнать воспоминания.

Она даже умудрялась засыпать прямо в кресле, один раз обрушив книгу на пол, и проснулась, когда та с хлопком приземлилась на паркет.

В этот раз сон был тяжелый, тревожный, возвращавшийся к событиям минувших дней. Вчера ей привиделся отец. Эль видела, как он попал в ужасную аварию. Она проснулась в испуге, уверенная, что он погиб на самом деле — не может быть таких четких снов.

— Эль. Эль, — Девушка вскрикнула, ощутив, что ее кто-то тормошит.

Открыв глаза, она не поверила — перед ней на корточках сидел Гриффин. Усталый, сонный, но все же Гриффин. Эль вскочила, повиснув у него на шее.

— Где ты был? — тихо всхлипнула она, все еще не отойдя от привидевшегося кошмара.

— Нужно было решить кое-какие вопросы, — туманно ответил раннар. — Ты уже ела? Я надеюсь, нет. Составишь мне компанию?

Он поднялся и направился к двери. Эль, не отставая, пошла за ним, вцепившись в его руку, как слепая. В столовой Бертрам уже накрыл на двоих. Гриффин ел быстро, желваки напряженно ходили под серой от усталости кожей. Быстро покончив с ужином, Гриффин нервно прошелся по столовой, неряшливо вытряхивая себя из черного мятого пиджака.

— Значит так… — Раннар взгромоздился на подоконник, подтянув под себя одну ногу. — Ты слушаешь меня. Вопросы задаешь потом. Ясно?

Девушка, увлеченно обыскивавшая в это время чашечки, мисочки, вазочки, утвердительно кивнула.

— У нас был план, — начал Гриффин и недовольно поморщился, — мы с Саладином были полностью уверены, что кто бы ни стоял за всеми событиями, он не станет ничего предпринимать, выдавая себя с головой, до следующего сборища. Предполагалось, что будет время подготовить тебя к столкновению с остальными… — Раннар виновато взглянул на девушку. — Мы на самом деле рассчитывали, что никто не станет выдавать свою осведомленность. Но все равно решили последить за Фионой, Ральфом, домом Рональда и твоим домом.

— Так вот где ты пропадал, — воскликнула Эль.

Гриффин со вздохом потрепал челку и продолжил рассказывать:

— Я посматривал за блондинкой и ее приятелем, Саладин пару раз наведался к тебе домой. Мы контролировали ситуацию, но не слишком активно. Просто не предполагали, что начнется движуха…

— И что? Что случилось? — устав ждать вердикта, потребовала ответа девушка.

— Фи рассказала о тебе Рональду и тот перенес дату сбора, — ответил Гриффин, злясь на пока неведомого Эль главу клана. — И не просто перенес, а связался со мной и потребовал тебя привести.