Мой темный принц - Ольга Шерстобитова

Но тоску по прошлому я прогнала. Не время сейчас предаваться унынию, тем более когда все так веселятся. Носится по небольшому садику малышня, смеются и танцуют гости, сад тонет в причудливых тенях, словно плывет. Странное ощущение нереальности происходящего коснулось меня, но тут же отпустило.

Когда поздравления закончились, я собралась исполнить последнюю песню. А тревога, взявшаяся неизвестно откуда, пробиралась в сердце, опутывала сетями… Что за ерунда? Откуда предчувствие, будто надвигается беда?

Я постаралась отвлечься, глубоко вздохнула, наблюдая за молодой парочкой, сидевшей ближе всех ко мне. Они обнимались, и изредка мужчина целовал девушку в щеку.

Песня, которая полилась, получилась светлой и нежной. В ней прятались нотки любви и мечты о счастье. Некоторые из гостей даже прослезились и попросили спеть что-нибудь еще столь же пронзительное. И я согласилась. Слова про тихую звездную ночь, разлуку любящих сердец и обретение надежды пришли сами. И эта песня неожиданно вылечила мою душу, сняла с нее обиду и горечь, унесла боль, как река утаскивает в водовороты опавшие листья.

Мне безумно захотелось к Лиру и Арану. Я скучала по ним. И понимала, что иногда, если желаешь сохранить дружбу, нужно прятать глупую гордость в самой глубине души. А самые близкие и любимые не должны обижать и предавать. И в случившемся виноваты мы все. Нужно простить, отпустить и не совершать подобных ошибок.

Уже близился рассвет, когда гости стали расходиться, а Алисия предложила войти в дом, чтобы расплатиться. Она попросила подождать в небольшой комнатке, а сама ушла. Мне было неуютно, чувство тревоги снова вернулось, требовало бежать без оглядки и прятаться. Я поддалась ему, привыкая доверять интуиции. Уже поднялась, собираясь покинуть дом Алисии, когда в комнате появилась тень. Метнулась ко мне, повалила с ног одним прикосновением, в котором было столько холода, что хватило бы на сотню морозных ночей.

— Попалась! — Шипучий голос ведьмы нельзя было ни с чьим перепутать.

Как же легко она заманила меня в ловушку! Проклятая гордость! Зачем я сюда пошла? Да что толку теперь себя винить! Надо действовать, не сдаваться.

Магия, которую я хотела применить, почему-то не сработала.

— Не поможет, упрямая русалка! Разве твой маг не сказал, что сила за час до рассвета исчезает? Теперь ты в моей власти! И стоило так долго сопротивляться?

Я вскрикнула, когда тень ведьмы потянулась ко мне, вытягивая силы.

— Алисия!

— Глупая русалка! Алисия — это я, а все гости — иллюзия, так же, как и дом. Наивная… Да даже украсть у тебя вещи и подтолкнуть к нужному решению, чтобы сама пришла ко мне, оказалось проще простого! — Ведьма хохотала и забавлялась, а я лихорадочно искала выход из положения. Умирать отчаянно не хотелось. — Ты позабавила меня, русалка. Так пела всю ночь…

— Как ты смогла создать иллюзию днем?

— Была у меня припрятана одна вещичка, позволяющая один раз нарушить условия проклятия. Рада, что не зря использовала.

Что же делать? Магии нет, швырять в ведьму предметы бесполезно. Нет у нее телесной оболочки, только тень… И она боялась воды. Но где ее взять? Даже кольцо мелких желаний не призовет ливня. Да и как это меня спасет? Даст лишнюю минуту жизни? А если выживу, что делать с хвостом?

Тень бросилась ко мне, и сопротивляться я уже не смогла. Перед глазами поплыли круги, накатила дикая слабость, пришла боль… А потом я просто перестала что-либо чувствовать, падая в пустоту. Мелькнула последняя мысль, что нечто подобное со мной уже было, но когда и почему, не вспомнить.

Взвыла ведьма, обожгло ноги, словно кто-то вылил на них воды… И вдали, на краю сознания, раздался чей-то испуганный голос, который звал меня по имени. И я все же провалилась в темноту.

Возвращаться не хотелось. Кругом бушевала тьма, впитывая мысли, чувства, воспоминания. И казалось, от меня, настоящей и живой, ничего уже не оставалось.

— Ариадна.

Откуда тут взялся чей-то голос? Часть пустоты? Или она сама?

— Ариадна, вернись! Ты нужна нам. Нужна мне. Не оставляй меня. Прошу.

Какая странная пустота… И в ней как-то чересчур тихо и спокойно. И она зовет здесь остаться. Словно в реке плывешь, которой ни конца ни края. Откуда же мне знать, что в воде себя чувствуешь именно так? Странно…

— Ты — русалка, — ответил голос.

Чей только? Не вспомнить. Слишком больно. Слишком тяжело…

— Лир. Меня зовут Лир.

Голос не отпускал, шептал и продолжал звать.

И с трудом верилось, что он говорил правду. Русалок ведь не существует.

— Ари, ты — русалка, силой клянусь. Вернись.

Зачем? Вопрос требовал ответа и был последним. Я знала это, чувствовала. Потом я уже стану пустотой.

— Люблю тебя. Слышишь, Ари? Я люблю тебя. Вернись!

Как забавно. Кто-то меня любит.

Или я сошла с ума? Но почему же так отчаянно хочется поверить? Может, умерла, не завершив какое-то важное дело, не попрощавшись с тем, кто дорог? Почему же так темно и пусто? Неужели я была настолько плохой, что не заслужила даже капли света? Видимо, так надо.

— Ари, нет!

Голос кричал и не отпускал. И все твердил о любви. Вернуться? Снова обжечься, сгореть, если нужно, до пепла, но позволить себе ответить на чье-то чувство?

— Я помогу. Доверься мне.

Почему-то это так привычно — верить.

— Пожалуйста.

Пустота стала сыпаться острыми осколками, причиняя боль. Кажется, я кричала. Слишком больно, почти отправившись за грань, возвращаться.

Темнота не желала отпускать, тянула последние силы. Но Лир звал и прорывался сквозь нее. И был сильнее.

— Еще немного. Потерпи.

Голос почти растаял, исчезал, но я все равно к нему потянулась. И мир снова заиграл привычными красками. Живая!

Пахло пылью и плесенью, а еще трухлявыми досками. Голая спина упиралась во что-то мягкое и теплое, чьи-то руки бережно держали за плечи. Едва я открыла глаза, как увидела мелькавший впереди меня сине-зеленый хвост. Откуда он взялся? Не помню, чтобы превращалась. Не помню ничего, кроме тени.

Запрокинула голову, встретилась взглядом с Лиром. Его глаза серебряные настолько, что глубина, даже если она есть, не чувствуется. И столько в них тревоги и усталости!

Лир. Живой. Рядом. Все остальное перестало иметь значение. Моя голова лежала у него на коленях, его сильные руки обнимали за плечи. Мир обретал целостность только с ним.

Он наклонился и нашел мои губы. И правда, к чему нам слова? Есть более интересное занятие. Жаркий, ненасытный и неизмеримо нежный поцелуй, на который я ответила не задумываясь. Потянулась к нему, единственному и желанному на свете, обвила руками шею, прижала к себе.