Расколдуйте это немедленно! - Анна Гаврилова

— Итак, сегодня мы будем отрабатывать уничтожение болотных ядоплюек, с которыми вы так вопиюще облажались накануне, — заявил лорд Ло, выуживая из рукава стилет.

Что-то прошептал и засветившимся от этого шёпота остриём клинка нарисовал перед собой дугу. Зависшая в воздухе линия померцала пару секунд, после чего свернулась в круг, середина которого моментально уплотнилась и потемнела. Сунув в эту чёрную дыру руку, Примус как заправский фокусник за уши вытащил из неё премиленького нежно-салатового кролика. Пушистенького такого, большеглазого, с трогательным розовым пузиком, с хвостиком-шариком и… с торчащей из пасти лягушачьей лапкой.

Зверёк перепуганно похлопал длинными зелёными ресничками, втянул в себя недожёванную конечность земноводного и замер — видать, решил прикинуться мёртвым.

— Кто мне расскажет, как правильно зачистить территорию лагеря от этих, — Риммус Ло тряхнул несчастным кроликом и продолжил фразу, — опаснейших тварей?

— Ядоплюек надлежит собрать в специально вырытую яму, облить составом номер восемь из походного набора и сжечь, — решил блеснуть знаниями Карвил.

Что? Вот этих милых маленьких ушастиков? Куда смотрит Гринпис?

— Та-а-ак, — прищурившись, протянул кровожадный Примус. — А кто мне поведает, как именно их следует собирать?

— Дождаться темноты или поставить затемняющий купол, — принялся вещать Риз, — после чего вылезших из нор тварей можно хватать за уши и нести к яме.

— Пра-а-авильно, — похвалил лысого препод. — А какие меры предосторожности?

— Ни в коем случае не применять зачарованного от нежити и нечисти оружия, — радостно отчеканил рыжий бугай. — И не зажигать ни магического, ни природного света.

— А почему? — вкрадчиво вопросил Примус.

— Потому что используемые для этих чар соединения серебра, живая вода и пыльца золотой акации провоцируют у тварей инстинкт размножения? — несколько неуверенно подал голос незнакомый парень из первого ряда.

— И как это проявляется?

— Болотные ядоплюйки в период брачных игр заплёвывают самок особым видом слизи, который у разумных видов вызывает нестерпимый зуд, — какой-то умник явно цитировал учебник.

— И шерсть от этой пакости облезает, — негромко пробурчал Карвил, почесав плечо.

— Что-что? Я не расслышал, — тут же отреагировал на нарушение дисциплины Примус.

— А от света твари дохнут и очень быстро разлагаются, — исправился мишка.

— И? — поощрил его лорд Ло.

— И образующиеся при этом испарения действуют как сильнейшее снотворное, что совершенно недопустимо при военных действиях.

— А этот ушастый почему не дохнет? — уточнил препод, подняв зверька повыше.

— Выращенным в неволе ядоплюйкам вводят в кровь фиксатор, снижающий восприимчивость к свету. Таким опасен только естественный свет, — пробасил рыжий.

— Верно, — кивнул Примус и пощекотал кролику розовое пузо. — Ну, будем считать, что теорию вы наконец-то усвоили, — огласил вердикт лорд. — Переходим к практике.

С этими словами он пихнул кролика обратно в чёрную дыру и вытащил из неё что-то вроде полиэтиленового дождевика. Накинув эту прозрачную плащ-палатку, препод выудил оттуда же тёмный колпак и вручил его Ларну для прикрытия нимба. После чего отошёл к стеночке и дважды щёлкнул пальцами.

По первому щелчку в помещении воцарилась тьма, в которой даже я со своим мышиным зрением почти ничего не могла разглядеть, а по второму — что-то заскрипело, и в черноту хлынула светло-зелёненькая пушистая волна. Шёрстка зверьков светилась в темноте, словно особая разновидность фосфора. И всё бы ничего, но тут навстречу этому кроличьему полчищу стали загораться размытые голубые и белые пятна, постепенно вырисовывая безголовые силуэты студентов.

— Что это? — подняв руку, вопросил один из них голосом Риза.

— Засада! — проявил сообразительность Карвил, верно оценив антикамуфляжные свойства своего костюма.

— Ви-и-и! — пропищало застывшее на миг пушистое войско и ринулось на парней.

Всё, Терри, который смотрел «кино» по второму кругу и знал, что будет дальше, не выдержал и, воздев призрачное лицо к потолку, залился хохотом. Я, наоборот, прильнула к экрану, чтобы ничего не пропустить.

Впрочем, очень скоро мы с компаньоном оказались в одинаковом состоянии и даже попытались обняться, чтобы поддержать друг друга в сложную, наполненную истерическим ржачем минуту. Просто эти студенты, эти представители самых знатных родов и будущие победители монстров, повели себя отнюдь не геройски. Все сорок «человек» заметались и принялись визжать!

Лорд Ло с отвращением зажал уши, а вот ядоплюйки не обратили на этот саундтрек никакого внимания. Их заинтересовал другой момент — свет. Пушистая волна, которая, судя по всему, состояла исключительно из самцов, растеклась по всему помещению и начала активно заплёвывать светлые пятна в лице студентов.

Это напоминало этакий хаотичный фейерверк из сотен и сотен маленьких белёсых залпов. Кролики плевались с невообразимой частотой и на очень внушительное расстояние — некоторые плевки перелетали через половину помещения, другие доставали до потолка.

А студенты всё визжали. Застигнутые фактически врасплох, они даже не пытались ловить пушистиков, а организовывать яму для сожжения и подавно.

Когда же у потенциальных героев начался вызываемый слюной ядоплюек зуд, мир наполнился ещё более прекрасными звуками:

— И-у-и!

— Ай-яй-яй-яй!

— Ы-ы-ы! — вопили жертвы брачных кроличьих игр.

Терри уже не смеялся — стонал, закрыв лицо руками. А я размазывала по чешуе самые настоящие слёзы — нет, ну правда смешно!

Впрочем, в какой-то момент часть «самок» взяла себя в руки и таки принялась ловить ушастиков. Но держать сразу нескольких кроликов и одновременно чесаться — очень тяжело.

Среди опомнившихся ловцов были и знакомые индивиды, в частности Карвил, рыжий и Риз. Я их легко по силуэтам определила: первые двое выделялись среди прочих крупными габаритами, а последний — мелкостью. Причём оборотни предпочитали держаться в человеческом обличье — если правильно поняла мысль, высказанную мишкой, шерсть берегли.

Зато столь «любимый» мною Ларн, опознанный по голосу, вообще не блистал — подпрыгивал и вопил, как девчонка. Глядя на акробатические этюды ушастика, я реально свалилась с кровати, и ровно в тот момент, когда пятая точка больно соприкоснулась с полом, эльф удивил.

Он не выдержал! В его руке появился магический пульсар — наподобие того, каким недавно грозил мне Иллу, — и стремительно полетел в ближайшую, бегавшую под ногами ядоплюйку. Ракурс, с которого «снимал» Терри, оказался удачным, и я видела в подробностях, как «опаснейший монстр», одетый в шкурку нежного кролика, резко замер, завалился набок, почернел и… ну, собственно, всё. Сдох.