Рожденная огнем - Карен Мари Монинг

– Смех – это сила. Величайшее оружие. Он способен убивать драконов и исцелять людей. У Джейды его больше нет. И пока у нее его нет, она уязвима сильнее, чем кто-либо из вас, похоже, способен осознать. Прекрати волноваться о своем идиотском «кое-чем» и начинай волноваться о ней. Рассмеши ее, Мак. И, пока будешь этим заниматься, сама вспомнишь, как смеяться. К слову, милая прическа.

И он тоже ушел.

***

Поскольку мы находились на первом этаже, я вышла в окно. По двум причинам. Первая: я понятия не имела, сколько времени Бэрронс, Джейда и Риодан способны драться, но одно я знала наверняка – копье вернется ко мне еще до рассвета.

Я неоднократно ела Невидимых, поэтому стоит кому-то ранить меня копьем, и меня может ждать столь же ужасная смерть, как та, что я устроила Мэллису. Будучи невидимой, я волновалась по этому поводу куда меньше.

Хотя, опять же, благодаря таинственному эликсиру, который дал мне Круус, я могу выжить и буду бесконечно болтаться по миру, гния заживо и теряя клочки запятнанных краской волос.

Да, Бэрронс определенно вернет копье.

Я бы и сама не отдала его, если бы хоть на миг заподозрила, что Джейда может подарить мое копье ши-видящим, которые не знают меня. Зато они прекрасно осведомлены, что я непостижимым образом являюсь вместилищем их древнейшего врага.

Я хотела отдать копье ей, и больше никому. Это оружие было серьезной угрозой. Как и Бэрронс, я не знала новых ши-видящих и не доверяла им, а местными слишком долго управляли страх и манипуляции. Чтобы переучить их, Джейде понадобится гораздо больше времени, чем пара недель.

Второй причиной, почему я выскользнула через высокое створчатое окно, было желание лучше рассмотреть черную дыру, а чтобы добраться до нее через аббатство, возвращаясь к главному входу, а затем шагая обратно вдоль внешней стены, мне потребовалось бы десять минут.

К аномалии я приближалась осторожно, помня слова Танцора о ее способности притягивать. Дыра была примерно пятнадцати футов в диаметре и парила в трех или четырех футах над землей. Прямо под ней находился густой ковер ненормально пышной и высокой травы, над которой тяжело покачивались на ветру огромные красные маки, поблескивая оставшимися каплями дождя. Большинство цветов – размером с мою ладонь. Я глубоко вдохнула, воздух за стенами каменной крепости оказался приятно пряным и, учитывая мое временно обострившееся восприятие, дурманящим. Ночь была жаркой и душной, как летний полдень в Джорджии, растительность буйствовала в жаре и влажности, как на Невидимом удобрении.

Я просканировала прилегающую территорию. Рядом с парящей черной сферой не растут деревья, не видно также ни обломанных пней, ни дыр в земле, указывающих на то, что когда-то они здесь росли, а затем были втянуты внутрь.

Тогда как аномалия могла настолько увеличиться в размерах? Я не верю, что она все время была настолько огромной, и о ней никто ни разу не упомянул. Логичнее предположить, что сначала она была небольшой, но очень быстро выросла.

Но что ее подпитывает?

Я опустилась на ближайшую скамью, примерно в двадцати футах от зловещей воронки, подтянула колени, устроила голову на руках и уставилась на дыру.

Когда я находилась столь же близко к дыре около «Честерса», меня атаковала мелодия настолько неправильная, настолько мерзкая, что я испугалась – показалось, что меня разорвет на уровне материи, атомы разлетятся по разным углам галактик.

Но сегодня, наевшись мяса Фей, я ничего не слышала. Мои человеческие чувства обострились, а вот чутье ши-видящей сейчас бесполезно. Если я вернусь через пару дней, когда кайф выветрится, ужалит ли меня той же раздирающей душу мелодией, что я слышала раньше?

Я прищурилась. Маки дрожали под весом блестящих, перемазанных нектаром насекомых, которых я поначалу не заметила в бледном свете луны, их тихое жужжание заглушала ночная симфония цикад, лягушек и полудюжины фейских фонтанов, в которых плескалась вода.

Там были сотни – нет, тысячи – липких пчел над маками, земных насекомых, пирующих нектаром Фейри. Летали они хаотично, зависая, останавливаясь и перебирая лапками, сновали из стороны в сторону с головокружительной скоростью.

Я поднялась на ноги и осторожно подошла ближе.

В десяти футах от черной дыры я почувствовала в воздухе слабое напряжение. Он ощущался… как более плотный, почти липкий, словно я продвигалась сквозь мягкую невидимую пасту.

Если это влияло на меня, с моим вполне значительным весом, как оно отражалось на пчелах?

Я сделала еще три шага и тихо ахнула. Пчела за пчелой исчезали в черной дыре. Опьяневшие от макового сока, дезориентированные в ненормально плотном воздухе, они затягивались прямо в сферическую бездну.

Как давно это продолжается? С той ночи, как они уничтожили КБИ? Сколько десятков тысяч пчел она поглотила?

Я ощутила движение наверху и запрокинула голову. Не только пчел, но и летучих мышей. Неужели дыра искажает сигнал и мешает эхолокации? Они летели прямо в нее, как очарованные песней сирены. Интересно, птиц она тоже затягивает?

– Что ты делаешь? – Голос вспорол ночь за моей спиной, и я резко обернулась.

Рядом, освещенные лунным светом, стояли две из коммандос ши-видящих Джейды и смотрели на меня с холодной расчетливостью.

Я так погрузилась в собственные мысли, что даже если слышала их приближение, то не обратила внимания.

– Пытаюсь выяснить, почему вы позволили этой штуке расти без присмотра, – мрачно ответила я. Мне не нравилось стоять между ши-видящими, которые знали, что во мне скрыта «Синсар Дабх», и черной дырой, которая могла за секунду проглотить меня живьем.

Я сместилась влево. Они сделали то же самое.

Я шагнула еще дальше влево, они сдвинулись параллельно, удерживая меня спиной к черной дыре, зависшей всего в семи или восьми футах сзади. Почувствовав ее слабое, но непрерывное притяжение, я задрожала.

– Забавно. А мы пытались выяснить, отчего Джейда отпустила тебя без присмотра, – ледяным тоном сообщила высокая блондинка.

– Мы давно знакомы, – ответила я. – Она знает, что я не буду использовать Книгу.

– Никто не может сопротивляться искушению вечно, – отрезала брюнетка.

Согласна, данный факт беспокоил и меня тоже, но я ни в коем случае не собираюсь признаваться в этом, особенно им, так что я уклонилась от ответа.

– Она засасывает пчел, летучих мышей, мелких животных. Вы должны прекратить ее рост. Сожгите землю под ней. Избавьтесь на хрен от цветов. Не знаю, поставьте стену или что-то вроде того, чтобы летучие мыши не могли попасть внутрь.

– Мы тебе не подчиняемся, – произнесла брюнетка.

– Если вы подчиняетесь Джейде, то знаете, что я неприкосновенна. Поэтому сдайте назад.

Они надвигались на меня, угрожающе. Обе были загорелыми, атлетичными, увешанными оружием и амуницией. Остается надеяться, что у них не окажется моего копья.