Слуга Империи - Раймонд Фейст

Тасайо надменно поднял бровь.

— Учу их ценить жизнь, — объяснил он. — На поле боя они должны постоянно быть начеку. Если слуга не может сохранить себе жизнь и не находится в нужный момент там, где следует, какой от него прок?

Десио выразил свое согласие одобрительной усмешкой.

Напоследок Тасайо сказал:

— Думаю, на сегодня хватит. Зачем нам выжидать целый час, мой господин? Я пойду с тобой.

Десио хлопнул двоюродного брата по плечу, и они пошли вниз по склону.

* * *

Первый советник дома Минванаби встретил их в личных апартаментах правителя, еще не успев просушить свои седые волосы после утренней ванны. Несмотря на почтенный возраст, он держался прямо, как клинок. Инкомо всегда рано вставал и обходил имение вместе с управляющим. После обеда он занимался бумагами, но к старости стал похож на боевого генерала. Увидев входящих братьев, он низко поклонился.

Десио был весь в поту, хотя успел выпить три кружки диковинных ледяных напитков. Скороходы без устали доставляли ко двору глыбы льда, чтобы он не отказывал себе в этой роскоши, но в летнюю жару, когда даже на северных пиках шло таяние снегов, охлаждение кушаний и напитков представляло особую трудность. В это время года молодой господин ведрами поглощал питье, но, в отличие от покойного Джингу, не останавливался даже после заката. Тайком вздохнув, Инкомо посмотрел на Тасайо, которой еще не снял латы и перчатки лучника, но не обнаруживал ни малейших признаков усталости. Распущенная шнуровка у ворота казалась единственной вольностью, которую он мог допустить. В любое время суток он оставался воплощением боевого духа.

— Тасайо наконец-то продумал окончательный план уничтожения Акомы, — начал Десио, когда первый советник уселся у подножия господского возвышения.

— Это хорошо, мой господин, — отозвался Инкомо. — Только что пришло сообщение о нашем нападении на караван с тайзой.

— Ну, что там? — Десио от нетерпения подался вперед.

— Нас постигла неудача, мой повелитель, — сообщил Инкомо без всякого выражения. — Как и ожидалось, мы понесли потери, но заплатили более высокую цену, чем собирались.

— Какую именно? — так же бесстрастно поинтересовался Тасайо.

Инкомо перевел на него взгляд темных глаз и медленно ответил:

— Убиты все до единого. Все пятьдесят воинов.

Лицо Десио исказилось досадой.

— Все пятьдесят? Вот проклятая бестия! Неужели везение всегда будет на ее стороне?

— Везение переменчиво, дорогой кузен, — ответил Тасайо. — Настоящая удача

— та, которая приходит в последнем бою. — Он повернулся к Инкомо и спросил:

— Как же врагам удалось нанести нам столь сокрушительное поражение?

— Очень просто, — объяснил Инкомо. — У них было втрое больше охранников, чем мы предполагали.

Тасайо обдумывал этот ответ, положив руки на колени.

— По нашим расчетам, они должны были знать, что мы готовим нападение. Их решительный отпор наводит на некоторые мысли. Во-первых, им нужно было любой ценой защитить эти повозки, а во-вторых… — Тут он встрепенулся. — В этом вонючем улье чо-джайнов воины плодятся как черти!

Десио не понял, какое это имеет отношение к делу.

— При чем тут ульи? Надо думать, как разоблачить шпионов!

Инкомо разгладил складки халата и терпеливо объяснил:

— Налет был задуман для того, чтобы выяснить, с какой стороны идет утечка сведений. У Мары на службе состоит весьма опытный мастер тайного знания, однако он невольно сыграл нам на руку. Мы только что получили подтверждение вины одного — а может быть, и трех — из наших подозреваемых.

Наступило молчание, которое вскоре нарушил Тасайо:

— В этом деле есть и другая сторона. В гарнизоне Акомы не хватает воинов; с чего бы им бросать такие силы против столь незначительной угрозы? Что за этим кроется? — Тасайо слегка нахмурился. — Допустим, наше нападение сорвало некий план Акомы. Допустим, мы помешали врагам осуществить какой-то выпад против нас. Их солдаты бились не на жизнь, а на смерть, но жалкая повозка с зерном не требует такого самопожертвования.

— Вот еще о чем надо поразмыслить, — вмешался Инкомо. — Наш приемщик грузов из Сулан-Ку заметил, что после этого нападения Акома удвоила охрану всех караванов. Ходят слухи, будто под каждым мешком зерна спрятаны секретные грузы. Видимо, у врагов есть какие-то тайные сокровища. — В голосе первого советника зазвучала зависть. — Вот бы и нам обзавестись толковым осведомителем из числа домочадцев Мары! Она явно что-то замышляет, но разгадка то и дело ускользает у нас из рук.

Десио потянулся к бокалу и поболтал в нем последние, быстро тающие кусочки льда.

— Кстати сказать, она посылала гонцов в Дустари. Готов биться об заклад, Чипино Ксакатекас получил предложение провести переговоры, когда вернется с границы. Если он даст согласие, Акома заручится могучей поддержкой.

Ничто не могло поколебать невозмутимость Тасайо. Он спокойно произнес:

— Не забивай себе этим голову, кузен. У меня созрел далеко идущий план, на воплощение которого потребуется года два.

— Целых два года? — Десио грохнул кружкой о стол. — Если в улье чо-джайнов, как ты говоришь, плодятся воины, то через два года нам будет вообще не подступиться к Акоме.

Тасайо не воспринял это возражение всерьез.

— Не будем мешать Маре укреплять родовые владения. Мы не станем сражаться с ней на ее земле. Прошли те дни, когда можно было сокрушить ее границы силой. — Он понизил голос и рассудительно продолжил:

— Вне всякого сомнения, мы одержим победу, но нашим силам будет нанесен такой удар, который не позволит нам противостоять остальным недругам. Будь я на месте Чипино Ксакатекаса или Андеро Кеды, я бы только порадовался открытому столкновению между Акомой и Минванаби.

Правитель Десио не терпел никаких поучений. Инкомо заметил, что хозяин сжал зубами последний кусочек льда, готовясь перехватить инициативу.

— Не пожалеть бы мне о кровавой клятве. Я надеялся, что она подхлестнет наших людей. Но Красный бог не ограничивает нас во времени. — Он возвел глаза к небу. — Посему не будем спешить. Мы не можем позволить себе жертвовать жизнями полусотни воинов за каждую повозку Акомы. Говори, брат, в чем состоит твой далеко идущий план.

Тасайо уклонился от прямого ответа.

— По-прежнему ли между Империей и пустынями Цубара хозяйничают контрабандисты? — спросил он первого советника.

Тот пожал плечами:

— А что им сделается? Кочевники всегда были падки на предметы роскоши, особенно на шелка и самоцветы. Кроме того, им требуются мечи, а где их взять в пустыне, если не у контрабандистов?