Гробницы пяти магов - Андрей Васильев

– Их? – я потер глаза, еще раз всмотрелся и развеял его сомнения по поводу сомнительности происходящего. – Вижу.

За стенами страшновато грохнуло – как видно, в холм ударила молния, через пару секунд раскатисто гукнул гром.

– Забавные они, да? – сказала звонким голосом призрачная девушка и поправила прядь волос, выбившуюся из-под берета с пером, надетого на ее голову. – Я же говорила – чем-то нас напоминают, ну, тогда, когда мы еще были подмастерьями у наставника.

– Все подмастерья магов похожи, – подтвердил её слова юноша, опершийся на стену около очага, высокий и стройный, с тонкими чертами лица. – Постоянный голод, недовольство наставником, который их чрезмерно трудит, и вечное непонимание – ну вот чем он, наставник, постоянно недоволен?

– Сколько можно болтать, – пробормотала Аманда сонно. – За день не наговорились? Дайте поспать, изверги!

– Как я ее понимаю! – девушка сочувственно почмокала губами. – Вот ты, Леон, тоже вечно с Серхио по полночи языками чесал, никогда мне выспаться не давали! Всё вы новые пути развития магии огня искали. И что?

– И то, – вступил в разговор третий призрак, достаточно грузный молодой человек в коротком плаще, как видно, тот самый Леон. – Кто тогда под Форнасионом разнес королевскую конницу в пух и прах? Мы с Серхио! Спалили её ко всем демонам! Если бы его не отравила эта стерва Милица – кто знает, как бы здесь, в Лирое, дело повернулось. Может, и отстояли бы замок. Вдвоем мы бы могли отразить атаку королевских магов, а одному мне просто сил не хватило.

– Если бы – да кабы, – отмахнулась от него девушка.

– Вы – подмастерья магов? – уточнил у призраков Гарольд.

– Почему – подмастерья? – недоуменно спросил у него высокий юноша. – Мы – маги.

– Были, – печально дополнила его слова девушка. – При жизни. Но когда-то мы были подмастерьями, как вы. Кстати – в этом вам повезло, и вы даже не представляете, как.

– Так оно и есть. Хоть вы и подмастерья, но в ваших венах уже струится магическая сила, – пояснил толстый Леон. – Именно поэтому вы можете видеть нас такими, какими мы были при жизни, и даже общаться с нами. Это дорогого стоит, так что ваша компания станет первой за много лет, кто уйдет из этих стен утром живой.

– А те, которые вас не видят? – поинтересовался я. – Ну, кто не маг?

– Все не совсем так, – мягко объяснил мне высокий юноша. – Они нас тоже видят, но не такими, какими мы были при жизни. Они видят то, что от нас осталось после смерти, те сгустки энергии, которые запечатлелись в тот миг, когда душа покинула тело. И имеют дело именно с этой, посмертной памятью, запечатанной в стены замка Ротрик. Вот этого замка, точнее того, что от него осталось.

Мы с Гарольдом переглянулись.

Ворон рассказывал нам, что не все маги после смерти уходят к Престолу, на суд богов. Те, кто принял смерть страшную, до крайности, до сумасшествия лютую – они часто остаются там, где это случилось, в виде теней и призраков. И беда тому, кто попадет в их холодные руки, спасения из них нет. И простой-то призрак опасен, а уже если это бывший маг – то ты почти наверняка пропал. Нам, например, с этими тремя даже всем вместе совладать не удалось бы, это точно. Нет, в принципе изгнать за грань этого мира подобные создания можно, но вот только для этого надо уметь и знать очень, очень много. Не всякий маг за такую работу возьмется, даже с учетом того, что плата за подобный труд всегда крайне высока.

– Если совсем уж напрямую – то и не всякого мага минет чаша сия. Магов мы, может, даже и больше не любим, чем остальных людей, – призналась девушка. – Стены Ротрика пали не под мощью стали. Их разрушила магия.