Первое правило стрелка - Сергей Мусаниф

Кот Бегемот

Илья Муромец рубил окно к морю. Реальность трещала и прогибалась. Летели вероятностные щепки. Одна из них упала на щит Никитича и превратила его в горшок с петунией. Другая обратила стоявшую во дворе колоду в красного марсианского крокодила, и Алеше Поповичу пришлось ненадолго отвлечься от зрелища и зарубить гадину.

Да, были люди в наше время, подумал Реджи. Не то, что нынешнее племя. Богатыри — не мы.

Мысль была странная и самому Реджи не принадлежала. Что ж, в нашей множественной Вселенной бывает и не такое.

Но то, что богатыри — не мы, это точно, опять подумал Реджи. На этот раз это была его собственная мысль. Он никоим образом не ожидал, что смелые парни, бросавшиеся под огонь бластеров на болоте, способны сыграть шутку с самой реальностью. Но, похоже, у Муромца это получалось.

Реджи не стал бы такое даже пробовать. Для подобных забав с реальностью мало быть просто былинным богатырем, нужно еще иметь особый, неповторимый в любых других реальностях менталитет.

Реджи не был волшебником, но он понимал, что окно, которое собирался проделать Илья Муромец, не имело ничего общего с магическим порталом.

В отличие от портала оно не требует постоянной энергетической подпитки, будет существовать всегда, и пройти им сможет любой желающий. Только русский богатырь способен решиться на подобное исключительно ради того, чтобы сэкономить время и не идти пешком.

И только русский додумается рубить для этих целей окно, висящее в полутора метрах от земли, а не более приличествующую такому случаю дверь.

Реджи подозвал трактирщика и попросил принести лестницу.

Через полчаса Муромец закончил рубить. Из окна повеяло свежим морским воздухом и доносилось шуршание волн о прибрежный песок.

Реджи мысленно зааплодировал, но внешне остался невозмутим. Первое правило стрелка — не показывай посторонним людям своего удивления.

Окно получилось квадратным, примерно метр на метр, с неровными, рваными краями. Не следует забывать, что Илья Муромец был богатырем, а не плотником, и эстетический вид окна его не слишком волновал.

Муромец бросил топор и посмотрел на своих спутников.

— Пора, — сказал он, и, не став дожидаться, пока трактирщик приставит лестницу, взял короткий разбег, оттолкнулся от земли, и, красиво, в прыжке «рыбкой» пролетел через окно.

Молодым богатырям пришлось последовать за ним таким же манером, и только Реджи воспользовался принесенной лестницей.

Это был не его родной мир, и у него не было нужды выпендриваться.

Таким образом богатыри и стрелок сэкономили месяц пути, а заурядная деревенька, находившаяся на окраине Триодиннадцатого царства, получила свой собственный выход к морю.

По мнению Реджи, опоясанное золотой цепью дерево больше напоминало баобаб, нежели дуб. Оно имело порядка пятидесяти метров в обхвате, а вершина его скрывалась за слоем облаков. Корневую систему растительного гиганта Реджи и представить себе не пытался. Наверное, отсюда и до другого берега моря.

Богатыри на прощание помахали жителям деревни руками и направились к баобабу.

Реджи умылся теплой морской водой и побежал вдогонку. Из деревенских за ними никто не последовал — матери надежно удерживали в своих объятиях рвавшихся к морю мальчишек.

Богатыри остановились на почтительном расстоянии от исполина.

— Здравствуй, дерево, — сказал Илья Муромец и отвесил земной поклон. Молодые богатыри сделали то же самое, мгновением позже к ним присоединился и сам Реджи. Первое правило стрелка: если ты чего-то не понимаешь, делай, как все.

В ответ дерево чуть слышно прошелестело кроной. А может быть, Реджи это просто показалось.

Богатыри, словно они только и ждали разрешения, двинулись дальше.

Цепь тоже внушала уважение. Вне всякого сомнения, она была золотая, толщиной сантиметров десять. Расстояние между соседними витками было чуть больше метра.

Кота в поле зрения не оказалось. Русалки на ветвях, впрочем, тоже.

Реджи попытался угадать, какой следующий ход сделают богатыри, и не промахнулся.

— Кот! — заорали они хором. — Выходи, разговор есть!

Как ни странно, просьба подействовала.

Сначала раздалось довольно громкое мяуканье, а потом с нижней ветки аккурат на ближайший к ней виток цепи спрыгнул кот.

Кот тоже был под стать дереву. Большой, солидный с длинной рыжей шерстью. На нем не было ни сапог, ни шляпы, но все-таки он производил впечатление разумного существа, и Реджи ожидал, что в любой момент кот может встать на задние лапы и пройтись как человек.

Размеры у кота были несколько нетипичные. В три раза больше обычной кошки, но все же меньше, чем у леопарда, они больше подошли бы какому-нибудь не особо крупному снежному барсу. Но при этом кот выглядел как кот, а не как барс.

— Разговор есть, — повторил Илья Муромец.

— Мррряу, — сказал кот.

— Вот подстава, — пробормотал Алеша Попович. — Похоже, старый лесной хрыч нас опять нагрел. Обычный кошак, куда ему по-человечески разговаривать.

— Мррряу, — повторил кот, будто издеваясь.

— Ставлю десять полновесных золотых против дырявого цента, что успею продырявить ему шкуру в трех местах, прежде чем он успеет прыгнуть обратно на ветки, — громко и ни к кому не обращаясь, сказал Реджи.

— Мррряу, милостивые судари, — промурлыкал кот. — Право же, не стоит обижаться на неудачную шутку. Полагаю, вы проделали долгий путь для того, чтобы приобщиться к источнику моей мудрости. Позвольте представиться — кот да Винчи.

— Илья, — сказал Муромец.

— Прошу вас, не стоит затрудняться, — промурлыкал кот да Винчи. — Имена столь известных героев современности, как вы, милостивые судари, давно известны скромному представителю семейства кошачьих. Вы, если не ошибаюсь, доблестный Алеша Попович?

— Да.

— Примите мои поздравления в связи с этим фактом. А вы тогда — Добрыня Никитич, не менее отважный герой?

— Это я, — смущенно признался Добрыня.

— А вы, вне всякого сомнения, представляете в наших краях орден Святого Роланда, — промурлыкал кот да Винчи. — К сожалению, ваше имя мне неизвестно.

— Сэр Реджинальд Ремингтон, эсквайр, — сказал Реджи.

— Вы не можете представить, как я рад встрече с вами. Что именно привело вас ко мне, милостивые судари?

— Нам нужна информация, — сказал Муромец. — Информация о том, где находится смерть Кощея Бессмертного.

— Смерть этого достойного господина находится в игле, — промурлыкал кот да Винчи. — Игла заключена в яйце, яйцо заключено в утку, утка заключена в зайца, а заяц находится в хрустальном гробу. Нижайше прошу прощения, милостивые судари, но это известно и самым малым детям.