Владычица Черной башни - Анна Лин

Ребенок принялся восхищенно рассматривать обновку, а я, приподняв брови, уставилась на Энейна. Тот обезоруживающе улыбнулся и сказал:

– Только не спрашивай, где я его взял!

– Я и так знаю, – усмехнулась я. – Даже знаю, каким способом ты его взял. Туриса и Диксериту не видел?

– Видел. Они скоро придут с едой.

– А они тебя видели? Турис тебе уши оборвет за воровство!

– Ох, подумаешь! Я же своровал не ради себя! И это впервые, между прочим. Все ради малышки Холли!

Я фыркнула, и мы с Холлис пошли примерять обновку. Как только я завязала последние шнурочки на спине, девочка вприпрыжку помчалась к Энейну демонстрировать платье. Я с улыбкой смотрела на нее, и вправду похожую на маленького ангела. А сама Холлис безудержно радовалась подарку.

Когда прибыли Турис и Диксерита, она переключилась на них. Ей сделали кучу комплиментов и одарили умиленными взглядами, но Турис не замедлил укоризненно посмотреть на Энейна. Тот сделал невинное лицо, а потом подмигнул мне. Диксерита же не замечала этого, потому что Холлис с упоением рассказывала ей о купании в речке.

– Мы все как одна большая семья! – проговорил рядом со мной Грю.

– О да! – рассмеялась я. – А ты тогда глава этого семейства!

Пять дней мы без приключений двигались к Тир ан Эа. Места вокруг были пустынные: ни людей, ни нечисти. Изредка нам встречались охотники за наградами, которые за определенное вознаграждение убивали чудовищ. Рыцари таких очень не уважали, потому что считали уничтожение опасных монстров делом чести, а вовсе не заработком. Поэтому всех охотников за наградами Турис быстро спроваживал.

К Холлис все очень привязались. Эта добрая, милая, жизнерадостная и просто очаровательная девочка влюбила в себя всех. Впрочем, и она обожала нас. Диксеритой она восхищалась и часто смотрела, как та упражняется в стрельбе из лука. Энейн рассказывал Холли смешные истории, к тому же девочка любила дергать его за волосы. Турис для нее был воплощением наивной детской мечты, храбрый и красивый рыцарь. Грю она не пугалась, да и он испытывал к ней определенную слабость, таская на руках.

А во мне Холлис видела и маму, и сестру, и подругу, вместе взятых! Мне она доверяла все и не отходила от меня ни на шаг. Она любила меня всем своим детским сердцем, а меня трогала такая преданная и искренняя любовь. Так меня, наверно, не любил никто! Я и сама очень привязалась к малышке, отвечая ей взаимностью. Мысль о том, что нам все равно придется расстаться, была невыносима.

Но о занятиях магией я не забывала. В любой удобный момент я погружалась в свою книгу, методически и упрямо исследуя могущественную магию. Мне уже были подвластны многие заклинания, чем я была необычайно горда. У меня была возможность практиковаться, правда, редко, но я все равно поднялась на новый уровень. Кто знает, может, я уже могла противостоять Моррандиру? Ну... Криллу уж точно!

Каждый раз, когда я вспоминала о Черных магах и своей миссии, меня обуревало странное чувство. Нет, совесть во мне не просыпалась, но... Я и вправду привязалась к своим спутникам! Эту мысль я отгоняла всеми силами, но факт оставался фактом. Я не хотела, чтобы Турис, Диксерита, Грю и Энейн погибли. С одной стороны, я жаждала, чтобы Башня Аль-Сар победила и возвысилась над Эфирией, а с другой – мне было очень жаль своих спутников. Однако выхода все равно не было, и я старательно пыталась об этом не думать.

А потом стало еще хуже. На шестой день мы наткнулись на деревню, примостившуюся у густого леса. На вид деревня была довольно процветающей: крепкий забор, огромное поле, добротные дома. Мы решили переночевать здесь и прикупить продуктов.

В деревню нас пропустили сразу, почти без вопросов. Грю это насторожило, но мы были только рады. Нас даже проводили до хорошей таверны с названием «Услада путника». Там мы сняли комнаты и удобно устроились за столами, ожидая горячего ужина.

– Соскучилась я по цивилизации! – протянула я. – Совсем мы одичали в этих лесах и лугах...

– А совсем недавно говорила о том, что жить в четырех стенах тебе невыносимо, – фыркнул Энейн.

– Всего нужно в меру, – наставительно заметила я. – Сколько можно слоняться?

– Не волнуйся, скоро мы уже достигнем Тир ан Эа, – сказал Турис. – Разберемся с Черной башней раз и навсегда, а потом будут роскошные праздники в столице. Нам точно выдадут ордена, а барды и менестрели будут слагать о нас песни и баллады!

Я чуть скривила губы, но ничего не сказала. Двери таверны вдруг распахнулись, и в зал вошли пятеро мужчин. Впереди был тощий мужичонка в опрятной одежде и расшитой шапке. Мы сразу поняли, что это староста деревни. Он нам поклонился, снял шапку и стал нервно мять ее в руках.

– Приветствую, путники! Удобно ли вы устроились в нашей деревне? Куда путь держите?

– А что? – подозрительно откликнулся Энейн.

– Да ничего, – тут же заявил староста, – просто у нас к вам есть, так сказать, деловое предложение.

– Ничего не покупаем и не продаем! – отрезала я.

– А мы и не просим! Просто нам нужна помощь таких воинов, как вы. За вознаграждение, конечно.

– Какого рода помощь? – заинтересовалась Диксерита.

– Да тут такая ситуация... – начал объяснять староста.

– Оно нам нужно? – шепнула я Турису. – На отсутствие денег мы вроде как не жалуемся...

– Мы должны помочь бедным людям! – напыщенно заявил рыцарек.

– Так я и знал! – вздохнул Энейн. – Ладно хотя бы за деньги.

– Так вот, живут в нашем лесу мерзкие чудики, – продолжил староста. – Невысокие такие, зеленые и очень вредные. У них там целая стоянка, почти как у нас деревня.

– Гоблины, – тут же определила я. – Действительно мерзкие создания. Нападают только все вместе, и с ними сложно сражаться, потому что они очень хитрые и гнусные. Любят делать пакости.

– Это точно госпожа говорит! – зашумели сопровождающие старосты. – Все так!

– Избавьте нас от них, господа путешественники! – взмолился староста. – Золотом заплатим! Устали мы от них, мочи нет. Постоянно всякие гадости делают, даже людей утаскивать стали, паршивцы! С каждым днем все хуже и хуже гадости делают...

– Мы вам поможем! – встал Турис, и все восхищенно на него уставились. – И нам не нужно вознаграждение, ибо...

– Что?! – возопил Энейн. – Да ты совсем рехнулся! За просто так на смерть идти! Сумасшедший!

– Да, он такой, – меланхолично кивнула я.

– Ой, вы пойдете драться с зелеными человечками? – обрадовалась Холлис. – А вы их победите?

– Не факт, – буркнул Энейн. – Это просто самоубийство! Малышка, скажи дяде Турису, что он придурок.

– Дядя Турис, а дядя Энейн говорит, что вы придурок!