Файролл. Гонг и чаша - Андрей Васильев

— А чего ж тогда? — Я глазами показал на кинжал.

— Так а от тебя чего его скрывать? Захочешь узнать — тебе все одно скажут, что я выбрал. Но ты крут, я бы сроду не подумал, что чувак в довольно-таки стремных шмотках и с уровнем в полтинник плюс вот так запросто с Седой Ведьмой общается. Я так думаю: давай мы с тобой дружить будем. Я, оно конечно, чаи с главами топ-гильдий не распиваю, зато неплохие связи в теневых структурах есть, ну, я тебе говорил: продать, купить, узнать, нанять.

— Чего ж ты их в Мейконге не использовал? Чего в бега подался? — недоверчиво прищурился я.

Джокер вздохнул:

— Бывает…

— Ладно, друг. — Я выделил «друг» интонационно. — Погнали в расположение части. Может, узнаем что о рейде, интересно же. Относительно рассказов кому-либо про то, где мы были и что ты видел, предупрежден?

— Не то слово. — Мне стало ясно, что Джокеру и впрямь про это объяснили на совесть. — Я буду как рыба об лед — никому ни слова, и даже жабрами не буду двигать.

— Вот и молодец.

В расположении стояла непривычная тишина. Никто никуда не бежал, не орали капралы и лейтенанты, сквозь порталы в очередной гибнущий населенный пункт не шли бойцы. Пусто, безлюдно и тоскливо было в расположении.

— Н-да, как повымерли все, — пробормотал довольно печальный каламбур Джокер, с которым я шел между бараков.

— Ну, где-то примерно так и есть, — раздался голос Фаттаха, а после из-за угла появился и сам боец.

— Фаттах, рад тебя видеть без петли на шее, — поприветствовал я его.

— И я тебе рад, — как всегда спокойно ответил эльф. — Слушай, может, ты мне объяснишь, что там за карусель на человеческой стороне Крисны вышла? В Меттане черт знает что творилось, а уж про дворец вообще лучше не вспоминать, ночь восставших мертвецов какая-то.

— Елки, да там такое было! — замахал было руками Джокер. — Это вообще труба!

Фаттах вопросительно поднял правую бровь.

— Джок, давай лучше я, — одернул я вора, опасаясь, что, не дай бог, он сболтнет лишнее. Фаттах, конечно, свой парень, но…

Я изложил облегченную версию событий, не вдаваясь особо в подробности и несколько раз подчеркнув, что мы сначала на все это смотрели, а вот финала событий не видели, поскольку смылись в гостиницу.

— А как все подутихло, сюда рванули. Видать, разминулись мы с тобой, — закончил я свой рассказ и, не давая эльфу задать мне какие-либо вопросы, поинтересовался: — А что было на той стороне реки? Ну, после того как меня тот карапуз молотом приласкал?

— Как тебя вынесли, я не видел. — Фаттах потер виски. — Этих двух мы все-таки завалили сами, правда, после этого нас в общей сложности и рота бы не набралась. Как великаны крякнулись, ворота во дворец сами распахнулись, и вот тогда подключился клан. Нам было сказано охранять вход, что мы и делали. А минут через десять вся та нежить, что мы уже перемололи, и два этих облома восстали из мертвых. Сингх сразу скомандовал ворота закрыть и идти к тронному залу.

Фаттах замолчал.

— И? — подогнал я его.

— Что «и»? Мы туда, а в коридорах ад. Ну, или его филиал. Уже упокоенные мертвецы из кучек праха костяного собираются, как трансформер, и на нас нападают. В зале вообще резня, клан, конечно, не выносят, но по второму кругу дохлятину долбить уже куда как сложнее. Да еще они воскресать начали как раз в тот момент, когда основной состав до императора добрался…

— Где они все там поместились-то? — Джокер удивленно потер переносицу. — Это каких же размеров тронный зал?

— Футбольное поле представляешь? — глянул на него Фаттах. — Вот четыре таких. И на каждом метре кто-то кого-то режет.

— Жесть! — Вор был впечатлен.

— Ну, императора прибили, порталы открылись, и все туда сразу и рванули. Кто в замки, а кто в Меттан. Все руководство кланов в Меттан пошло, видать, из-за этого инцидента.

— Видать, — согласился с ним я. — Наши все там остались?

— Представь себе — нет. Хоть что-то радует, — удивил меня Фаттах. — Лейн, Ур и братья каким-то образом уцелели. Сам в шоке. Иные десятки целиком перебили, от третьей роты только четыре игрока и осталось.

— Да ладно? — Я на самом деле был невероятно рад этому обстоятельству. — Стало быть, у нас, считай, половина десятка цела, а со мной так даже и больше?

— Ну да. Правда, командира нет, но думаю, это временно. И Грохх уцелел, он уже про своего гоблина спрашивал — никто не видел, мол, как он погиб?

— И? — Это была серьезная тема, тут надо быть ко всему готовым.

— Никто ничего. Но ты все равно не расслабляйся.

— Само собой. Ладно, кто куда?

— Я выхожу, — махнул ладонью Джокер.

— Я, пожалуй, тоже, — вздохнул я. — Надо передохнуть.

— А я… — начал фразу Фаттах, но его перебил начальственный рык.

— Вы, бойцы, будете решать, кто куда идет, только после того, как получите на это разрешение от командира своего подразделения.

Мы трое развернулись и увидели перед собой Грохха с налитыми кровью глазами и злого, как сто гоблинов.

— Точно так, мастер-лейтенант, — рявкнули одновременно я и Фаттах. Джокер же, вытянувшись во фрунт, ел начальство глазами. Не важно, что не его: начальство все-таки, чего с ним ссориться?

— Значит, так, воины. В связи с невероятными по численности потерями все роты, с первой по девятую, переходят в состояние доукомплектации и переформирования. Боевые выходы отменяются на пять дней. Жалованье идет в прежних размерах. Вопросы?

— Постоянное присутствие в расположении на эти пять дней обязательно? — немедленно спросил я.

— Нет, вы можете пользоваться правом увольнительных, — неохотно выдавил из себя Грохх. — Еще вопросы?

— Нет вопросов, мастер-лейтенант, — ответил ему я.

— С тобой, боец, у меня потом будет еще отдельный разговор, — ткнул мне пальцем в грудь Грохх и направился к командному пункту, где маячили две какие-то фигуры.

— Отлично, — потер руки Джокер. — Все, парни, пока. Не до выхода теперь.

Он открыл портал и прыгнул в него.

— Очень хорошо, отосплюсь, — поведал мне Фаттах. — Увидимся.

Его фигура истаяла на моих глазах, он явно вышел из игры. Я постоял еще минутку, подумал и отправился в казарму.

Мои соратники являли собой невеселое зрелище. Особенно туго пришлось братьям, их одежда была густо испятнана кровью. Ур с повязкой на голове точил меч, Лейн по своему обыкновению валялся на койке.

— Ну что, парни, живы?

— А, Хейген. — Ур остановился. — Рад, что и ты уцелел.

— Абсолютно не понимаю, как тебе это удалось. — Пинг баюкал перебитую правую руку. — Я сам видел, как тебе вынесли мозги.