Друзья и враги - Александр Афанасьев

– Он возвращается, идет на нас!

Кто-то схватился за лежащий в лодке карабин, оружие было у всех. Рэ целился из пулемета, летчик не мог этого не видеть, но шел на них.

Вертолет приблизился, начал обходить их по дуге, было видно, что в десантном отсеке несколько вооруженных людей, но это были не морские пехотинцы, и вели они себя совершенно не так, как ведут себя морские пехотинцы. Вертолет зачем-то обошел их по кругу на предельно малой, пошел на второй круг. Люди в десантном отсеке о чем-то переговаривались и показывали на них пальцем, как на зверей в зоопарке. А потом они что-то выпихнули из десантного отсека, просто выпнули – отчего Рэ едва не нажал на спуск, – и вертолет снова пошел в море, направляясь в сторону яхты.

– Что за хрень… – двое молодых выскочили с катера, направляясь к выброшенному предмету. Рэ, Хиггинс и Кот переглянулись – они уже знали, что это такое.

Это началось не вчера, и даже не позавчера, говорят, что на Кубе таким образом развлекались еще в конце прошлого века, а здесь, в Бразилии, вывели специальную собаку для поимки беглых рабов. Но сейчас это было поставлено на поток, и не только здесь – было подобное и в Сальвадоре, и в Никарагуа, и на Кубе.

Охота на людей. Иногда в городах Рио или Сан-Паулу, иногда – в джунглях Амазонии. Шикарная яхта, идущая вдоль берега, вертолет и несколько опытных проводников. Чаще всего – морская пехота или даже их бывшие коллеги, хотя при встрече такой «коллега» может рассчитывать лишь на хороший боковой в голову или что-то в этом роде. Вертолетные вылазки, иногда охота с вертолета по движущимся целям, иногда, если у кого-то очко было железным, они спускались вниз по тросам и охотились с земли, иногда пару часов, иногда – несколько суток. У них всегда было отличное оружие, ночные прицелы, тепловизоры, охотничьи луки и все такое. Стоило это очень дорого, официально нигде такие охотничьи туры со стрельбой по живым людям не продавались, нужно был знать, на кого выходить. В этом бизнесе все знали друг друга лично, новичка приводил кто-то, кто уже имел опыт подобных забав и представлял его как положено. Охота стоила больших денег – цифры начинались от ста тысяч долларов, это за самый короткий и примитивный, без удобств, тур. Некоторые тратили миллионы. Это были бизнесмены, удачливые адвокаты, биржевые дельцы. Сидя в кондиционированных офисах, в шикарных небоскребах, они принимали решения, от которых зависела судьба тысяч, десятков тысяч, а порой и миллионов людей, но зверь жил и в них. Зверь живет во всех нас – хищный, жаждущий крови зверь. И у них было достаточно денег, чтобы потешить этого зверя, почувствовать себя мужчиной, беря на прицел человека и спуская курок. Сейчас они перейдут с вертолета на яхту – оживленные, хвастающиеся друг перед другом удачными выстрелами. Они будут чувствовать себя настоящими мужчинами, будут хвастаться перед своими женщинами тем, что они сделали, сколько людей они убили сегодня, а потом пойдут трахаться. Секс и смерть – коктейль для настоящих мужчин.

И завтра все повторится.

Одного из «молодых тюленей», который добежал до сброшенного с вертолета предмета, вырвало прямо на песок.

Видит бог, они тоже убивали. И умирали. Но это…

– Хиггинс, заводи свою шарманку, – тихо сказал Кот, смотря на приземляющийся на вертолетной площадке замершей яхты вертолет.

– Кот, какого хрена?

– Заводи, сказал! – В голосе Кота проскальзывали опасные, дребезжащие нотки сдерживаемой из последних сил злобы. – Все на борт! Отчаливаем! Пусти-ка.

Рэ оттолкнул Кота, пытавшегося встать за пулемет.

– Сиди… Наделаешь еще дел.

– Б… Ублюдки траханные. – Кот дослал патрон в патронник своей винтовки.

Яхта дрейфовала примерно в одной морской миле от берега, вертолет уже сел, несколько человек были на верхней палубе, довольные, одетые в дорогой камуфляж, с винтовками – у кого армейскими, у кого охотничьими. Они с удивлением смотрели на приближающийся боевой катер ВМФ САСШ и на людей на нем.

Кто-то даже махнул винтовкой, приветствуя их.

Рэ улыбнулся – и нажал на спуск «большой мамочки», целясь по вертолету на вертолетной площадке. Пули калибра 0,5 дюйма ударили в вертолет с расстояния футов пятьсот, не больше. Во все стороны полетели искры, куски алюминия, повалил дым – Рэ бил по двигателям, по хвостовой балке. Кто-то метнулся в сторону, кто-то упал, один из толстосумов даже прыгнул за борт. Потом вертолет с гулким хлопком вспыхнул – в баках все же что-то оставалось, а полупустые баки намного опаснее, чем полные. Надстройку охватило пламя, оранжевое, яростное, на палубе метались люди.

Обработав вертолет, Рэ перешел к капитанской рубке. По ней самой он стрелять не стал, но все дорогущее оборудование, которое было установлено над ней – системы связи, локатор, все прочее, – снес пулями. Хиггинс стал поворачивать – и тут Кот, стоящий на кормовом пулемете, пустил длинную очередь по корме яхты, дырявя ее корпус ниже ватерлинии и лишая ее хода. Он знал, где в таких яхтах находились судовые дизели, и бил точно по ним.

Яхта стала медленно оседать набок. Надстройки лизало пламя, его никто не тушил, кто-то прыгал за борт. По ним, кажется, даже стреляли – но без толку, STAB просто так не подстрелишь.

– Кот, уймись! – прорычал Рэ. – Заберите у него пулемет!

Двое молодых оттащили Кота от кормового пулемета, но он вырвался, повернулся задом к яхте, спустил штаны. В морфлоте это называлось «подмигнуть карим глазом».

– Вот вам! Ублюдки траханные! Ха! Я, драный ниггер, вас всех имел! И вас, и ваших баб – всех имел! Ха! Съели! Вот вам, твари!

Хиггинс дал полный ход…

Конечно же, их вызвали вечером в командирскую каюту. Не могли не вызвать – после того, что они сделали.

В командирской каюте помимо коммандера Марсинко, пьющего кофе из личной кружки, был еще один человек. Невысокий, черный, со сломанным носом, чем-то похожий на боксера. Его костюм, пусть и не из лучших, на Леди Би выглядел нонсенсом.

– Сэр, машинист первого класса Патон по вашему приказанию прибыл! – как положено, чтобы еще больше не злить начальство, отрапортовал Рэ.

– Сэр, старшина Котлер по вашему приказанию прибыл, – отрапортовал и Кот.

Марсинко отставил в сторону недопитый кофе. Неизвестный – судя по всему, из службы расследований ВМФ – сидел молча, представляться не собирался.

– Так… Относительно вашего последнего выхода. Доложите мне еще раз, что там, ко всем чертям, произошло?

– Сэр, мы вышли…

Марсинко поднял руку:

– Это меня не интересует. Начнем с того, как обнаружили паучью нору.

– Сэр, паучью нору обнаружил… кажется, Крейг, да, Крейг, он был ранен. Мы подбежали уже тогда, когда там были главный старшина Роселли и еще люди.

– Почему вы приняли решение идти вниз? Кто принял такое решение?

Полчаса, не больше. Времени нет.