Личный А.Д.министратор для Дракона - Мира Гром

Вот вам и минус привычки жить в одиночестве. Начинаешь общаться сам с собой...

— И будешь самым большим идиотом в мире! — донесся до меня голос ньяши. Интересно, где это она спряталась?

Привстал на локтях, поморщившись от боли, и увидел пушистые уши, торчавшие из кресла у камина.

— Мазари, мне все равно, кем буду я. Для меня главное, чтобы Алина была счастлива! — огрызнулся чуть громче, чем это было нужно. Зря.

Дверь тихо отворилась, и жена вошла в комнату.

— Хочешь, чтобы я была счастлива? — поинтересовалась, вопросительно изогнув бровь.

— Хочу, — ответил, отведя взгляд.

— Тогда дай мне выбирать, что именно сделает меня счастливой. — Она подошла, присела на край кровати и взяла меня за руку.

— Ты делаешь неправильный выбор! — покачал головой и снова поморщился. Сейчас ощущение было такое, что по моему телу прошелся разряд молнии.

— Это мне решать, а не тебе! — Она возмущенно стукнула меня кулачком в грудь, и боль при этом отступила. 

— Пожалуйста, Алина… Я очень тебя прошу: пусть Яра выберет для тебя хорошее людское поселение и отнесет туда. Ты погибнешь здесь, со мной будут только слезы! Уходи! 

— Хорошо, раз ты так просишь — я уйду! — Она со злостью посмотрела на меня и встала. — Только таким образом ты не сделаешь меня счастливой. Птица не летает без одного крыла, уж ты-то и сам крылатый, должен это понимать. А птиц с подрезанными крыльями обычно держат в золотых клетках, ну или в стальных, кому как повезет… Вот и я буду такой птицей. Мазари права, ты идиот, Редьярд! Я столько лет искала своего дракона, столько лет мечтала о тебе, а ты сдался, едва столкнувшись с первыми же трудностями. Ты трус, Редьярд! А как однажды написал один известный автор: «Свободного времени было столько, сколько надобно, а гроза будет только к вечеру, и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок!» Я еще в детстве выучила эту цитату наизусть. Нельзя бежать от проблем, нужно иметь смелость встретиться с ними лицом к лицу, а ты своей трусостью загубишь не только свою жизнь, но и мою!

Алина гордо задрала подбородок, как настоящая королева, достойная лучшего трона, и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

А я даже не успел ей возразить. Ведь не за себя боюсь…

— Извини, хозяин. Я не хочу заниматься самоедством вместе с тобой. Могу сказать лишь одно: ты очень горько пожалеешь о своем решении. Лучшей жены тебе никогда не найти… 

Я не дал Мазари договорить.

— Мне теперь нужна только сиделка! О какой жене вообще ты говоришь?! — закричал на нее и снова чуть не задохнулся от приступа боли.

— Я ухожу, дальше думай сам!

Ньяша выскочила из комнаты и побежала вслед за Алиной. 

Лежал и прислушивался к каждому звуку. Я должен услышать скрип ворот, чтобы окончательно понять, что все кончено.

Они обе правы. Несомненно, я пожалею о своем решении и словах. Конечно же, трусость — страшный порок, но это не про меня. Сейчас… Сейчас раздастся скрип, и я снова буду предоставлен сам себе. Всегда находил в себе силы выживать в одиночестве, а сейчас? И сейчас выживу. В конце концов, и инвалиды как-то живут, значит, и я справлюсь.

Секунды растянулись настолько, что каждый удар сердца казался гораздо больнее, чем боль в спине. Да, вот теперь во мне проснулся эгоист. Я до потери пульса боялся, что она действительно уйдет и в то же время ждал этого, словно преданный пес своего хозяина…

И вот, когда надежда, что Алина все-таки на плюнет на мое мнение и останется, уже успела расправить крылья, услышал проклятый скрип. Сердце пропустило удар, я подхватил подушку, прижал ее к лицу и закричал. Кричал и надеялся, что Алина не услышит. Понимал, насколько трудно ей далось это решение, но в глубине сердца надеялся, что все-таки услышит и вернется... 

Алина

Обидно. До ужаса обидно. Кто дал ему право делать за меня выбор?! 

Решительно сжала кулаки и направилась к воротам. Вслед за мной выскочила Мазари. 

— Алиночка… Он не со зла! Он же хороший на самом деле! Ну куда ты пойдешь? Не уходи, пожалуйста! — взмолилась она, цокая длинными коготками по каменному полу.

— Нет! — со слезами на глазах всхлипнула я. — Хороший бы так себя не вел! Я не заслужила такого…

— Стоять! — Голос Яры донесся до меня так неожиданно, что я невольно вздрогнула и замерла. — Далеко собралась? 

— Куда глаза глядят! — фыркнула в ответ.

— Слушай, Алина, мой брат, конечно, та еще какашка, но он тебя любит. Уж поверь, я его всю жизнь знаю. Он почти никогда не подпускал к себе никого, а тут появилась ты, и Ярд даже мать из дома выгнал только потому, что она посмела усомниться в тебе. — Она подошла и крепко меня обняла. — Ты прости меня, глупую, раньше тоже думала, что люди не способны любить, но когда ты вернулась… Я больше не буду высокомерной задницей, честно!

— Точно? — спросила, с трудом сдержав смех. 

— Честно-честно! — Яра улыбнулась и подмигнула мне: — Но этого гада надо проучить, пошли к воротам прогуляемся. Наверняка лежит и ждет, прислушивается, ушла ты или нет. Уж я-то его хорошо знаю...

Хм… Действительно, я же могу быть рядом и не попадаться ему на глаза? Могу. 

— Идем! — Сама схватила сестру моего дракона за руку и потащила вниз по лестнице. 

Дошли до ворот, они в очередной раз открылись, словно понимая мое желание. 

— Ух ты, смотри, твой рыцарь! Спасать, поди, приехал… — тихо рассмеялась Яра.

— Он не мой, — вздохнула и направилась к Форелю.

— Что за рыцарь? — с любопытством поинтересовалась Мазари, с интересом рассматривая нашего гостя.

— Да так… Мы с Редьярдом нашли Алину именно в его компании. Всю ночь, поди, ехал… — Судя по томному вздоху сестры моего дракона, рыцарь ей очень даже приглянулся.

— Добрый день, Форель! — поприветствовала мужчину, твердо решив затащить его в гости. Нечего тут делать вид, что мимокрокодил!

— Леди Алина, здравствуйте! — Он учтиво склонил голову и спрыгнул с Тюльки. — Вы не подумайте плохого. Я лишь хотел убедиться, что с вами все в порядке.

— Все отлично! — заверила его, но мужчина со скептическим выражением лица посмотрел на мешки под моими глазами. 

Блин, взгляд такой жалостливый… А-а-а!

— Таки не надо меня жалеть! Я, между прочим, под глазами грядки развожу, иначе картошку растить негде! — попыталась отшутиться.

— Ну тогда вам стоит еще перестать мыться, — пожал плечами мужчина. — Говорят, тогда землю завозить не надо. 

— Эм… — Я аж воздухом подавилась от такого заявления.

— Вам бы умыться и поспать… — Он покачал головой и подошел обратно к своей лошадке. — А мне пора. Если вы не против, я как-нибудь еще загляну.