Кафе на Мировом дереве - Надежда Соколова

Вряд ли я теряла сознание, но очнулась уже не в кафе, а на широкой роскошной кровати, совершенно голая. Судя по ощущениям внизу живота, с девственностью я успела расстаться. На это «торжественное» событие намекала и улыбка лежавшего рядом Дитора, тоже не одетого. Так сыто улыбалась Вита после нескольких кусков мяса, демонстративно съеденных на глазах у расстроенного Ронтара.

— И что дальше? — я заставила себя смотреть в лицо Дитора и не опускать взгляд ниже.

— Свадьба, — как само собой разумеющееся, просветили меня.

— Но я тебя не люблю.

— Ты в этом так уверена? — и тон, как у коварного соблазнителя в старых фильмах на Земле.

— Дитор…

— Лика, милая, я могу чувствовать твои эмоции, не забывай. Ты, может, и не сгораешь от любви ко мне, но я тебе точно небезразличен.

— Это есть, да, — согласно кивнула я, — я очень сильно хочу тебя прибить.

— Еще раз? — с наигранным изумлением вскинул брови Дитор. — Вчерашнего тебе мало?

— Я там не участвовала, — буркнула я, снова ощущая стыд из-за своего несдержанного стихотворного «пожелания».

— А хочешь? — и этот обормот снова улыбнулся.

— Дитор!

— Что, родная?

— Какую магию ты используешь, когда так улыбаешься?!

— Никакой, милая. Пока я был тебе безразличен, ты не откликалась на мои улыбки. А теперь… У тебя как минимум легкая влюбленность.

Точно прибью. Когда-нибудь. Когда этот гад прекратит так соблазнительно улыбаться!

Попала я к себе в комнату примерно через час и сразу же отправилась в кухню, сообщить начальству последние новости.

— Какая еще свадьба? Лика, он тебя запрет сразу же в кроне, и ничего ты изменить не сможешь, — сообщил мне угрюмо Ронтар. — Ни работы, ни учебы. Ничего. Что боги, что полубоги — у них с остальными расами разговор короткий. Мое — и под замок.

— Он мне поклялся в обратном. На крови. Ронтар, челюсть подбери. Жить буду там. Порталом приходить на работу. Один выходной в неделю. Нормальные условия.

— Лика, ты ненормальная. Клятва на крови полубога… Как еще это дерево не рухнуло.

— Полубог, не полубог. Никакой разницы, — я действительно не понимала, что особенного было в той клятве, — я иначе замуж и не пошла бы. Мне не улыбается в золотой клетке сидеть.

— Страшный ты человек, Лика, — проворчал Ронтар, наблюдая, как я почесываю ластившуюся ко мне Виту. — Одно радует — дармоедка это больше не будет на моем содержании.

Вита распушила усы и совсем не по-кошачьи фыркнула.

Гоблинов, решивших пропустить по пивку, я обслуживала в боевом настроении — слова Ронтара об обычном поведении богов и полубогов не шли из головы. «Прибью, — пообещала я сама себе, — плевать, что якобы влюблена. Попытается меня жизни учить — точно что-нибудь наколдую».

— Эй, красотка, — окликнул меня один из гоблинов.

Я повернулась, вопросительно заломила бровь.

— Садись с нами, поболтаем, — призывно осклабился он.

— Подавальщицы к пиву не подходят, — проинформировала я его.

— Лика, иди, — рядом откуда-то появилась хмурая Ларуна, — я сама с ними разберусь.

Я лишь плечами пожала.

— Завидует она тебе, — сообщил Ронтар, когда я спросила о настроении полуэльфийки. — Захаживал к нам тут один красавец, пытался за ней ухаживать. Она прям расцветала, когда его видела. А потом на свидание позвал, она вроде согласилась, а он возьми и появись вечером в зале с другой. Сидели смотрели друг на друга, оторваться не могли. Ну, и вот, считай, разбитое сердце. Он потом исчез, больше не появлялся. А потом слух прошел, что это бог себе то ли невесту, то ли любовницу присматривал. Уж кто его знает, чем Ларуна наша ему не подошла.

«Все мужик — козлы», — мысленно сделала я для себя вывод. Если и инкуб такое вытворит, я, конечно, плакать не стану. А вот он точно многих возможностей своих лишится. Ведьма я или нет.

Предмет моих мыслей появился вечером в моей спальне и порталом увел меня к себе.

— Ты смотришь так, как будто готова спалить это дерево от кроны до корней, — хмыкнул он. — Что опять случилось?

— Да так, — повела я плечом, — послушала я разное о привычках и поведении разных богов и их детей.

— И сразу нашла виновника…

— Дитор!

— Что?

— Прекрати!

— Утром ты была не против…

Этот зараза так умело целовался, что я наконец сдалась и все же позволила себя раздеть.

Большую часть времени мы с Дитором посвятили даже не постельным играм, а банальным спорам. Меня бесили его ультрапатриархальные взгляды на роль женщины в обществе, он не мог понять, что плохого в том, чтобы заниматься только мужем и детьми.

— Дитор, у тебя совесть есть?! Я что, должна раствориться в семье и потерять себя, как личность?! У меня, между прочим, есть свои планы, желания, да и…

— Так выполняй их. Я не против любимого дела. Но твое понимание…

В общем, почти поругались, не успев пожениться.

— Я с тобой разведусь, — мрачно пригрозила я Дитору, готовясь ко сну.

Он только хмыкнул в ответ.

А на следующий день в кафе появились его родители.

— Лика, гренки и компот. Сама отнесешь, — приказал Ронтар.

Я привычно встала к плите.

Все же опыт сказался, и на мой взгляд оба блюда выглядели вполне съедобно. Правда, сама я попробовать их так и не решилась.

Худощавая, ухоженная женщина и смазливый мужчина, оба в одежде красных оттенков, смотрелись немного необычно в зале кафе, но почему — я понять не могла.

— Добрый день. Вы — Лика? — внимательно осмотрев меня с ног до головы, словно просканировав, уточнила женщина мелодичным голосом.

— Здравствуйте. Да.

Я привычно поклонилась, как учил Ронтар, от греха подальше, и начала расставлять тарелки на столе.

— Посидите с нами, — подал голос мужчина. Просьба прозвучала, как приказ.

Опустившись на стул, я наблюдала, как пара внимательно рассматривает приготовленные мной блюда.

— Очень интересное плетение силы, — проговорила женщина, — Лика, вы ведь росли в немагическом мире. Откуда у вас такие глубокие знания?

— Мы знакомы? — непонятный разговор мне нравился все меньше.

— Мы — родители Дитора, — сообщила женщина. — Понимаете, Лика, мы, как и любые родители, хотим для сына самого лучшего, а вы, согласитесь, не совсем…

Дальше я не слушала. Не знаю, откуда появилась такая реакция, но возмущение, гнев, обида связались в душе в одно целое. Я почувствовала, как к глазам подступают слезы. А дальше… Дальше я оказалась в объятиях Дитора, в своей комнате.