Правила колдовства - Сергей Малицкий

– Установление истины, – жестко сказала Гаота.

– Однако, – сделал удивленное лицо Брайдем. – Предположим, что мы ее установим, хотя я и пребываю в сомнениях по этому поводу, истина ведь вроде бы и так нам известна. Но хорошо, мы откроем какую-нибудь еще более истинную истину. И что это нам даст?

– А разве истина сама по себе ничего не стоит? – удивилась Гаота.

– Владея истиной, можно изобличить врага! – зловещим шепотом произнесла Дина.

– Так вы еще и об этом? – помрачнел Брайдем и устало посмотрел в окно, за которым начинался обычный предобеденный детский гам. – И кого же вы готовы записать во враги?

– Никого, – успокоила смотрителя Йора. – Однако то, что все наставники ходят с такими лицами, как будто крепость осаждена врагом, видим.

– Но осады нет, – напомнила Дина.

– Вот ведь… – с трудом проглотил ругательство Брайдем. – Будь вам лет по двадцать, я бы уж точно возложил бы на вас охрану приюта и сбережение воспитанников. Но вы пока в том возрасте, что вас самих сберегать надо.

– Мы ведь можем и мечи опять нацепить! – схватилась за пустой пояс Дина.

– Только избавьте меня от мечей, – попросил Брайдем. – Кое-что скажу, но немного, и не потому, что боюсь, что проболтаетесь. Нет. Боюсь, что раздор начнется в Приюте. Короче, много чего случилось за последние месяцы в Ардане, о чем говорить я не стану, хотя случилось и страшное. Но есть и кое-что не такое уж страшное, что нас очень беспокоит.

– И что же? – спросила Гаота.

– Дошли слухи, – Брайдем прищурился, – что враг наш, а им, как вам известно, является Черный Круг, задумал запустить к нам змеиных детей. Не с вашим потоком, Дина, нет, не нужно так таращить глаза, лопнут. И не с новым, а с тем, что придет через год. Для чего – не знаю. Может, чтобы убить кого-то. Может, чтобы вызнать наши секреты. Может, чтобы отравить всех тут каким-нибудь ядом. Или просто быть здесь чем-то вроде клинка в чужом теле. Знаете, заноза обычно едва различима, но если не вытащить ее сразу, столько бед может натворить…

– Что значит «змеиных»? – не поняла Йора.

– Так называют змеек, что вылупляются из яиц, подложенных змеями в птичьи гнезда, – объяснил Брайдем. – Внешне они ничем не отличаются от птенцов. Нет, отличаются конечно, но имеют такой узор на коже, что можно спутать с крыльями. Да и шипят… по-птичьи.

– И что же? – испугалась Дина.

– Ничего, – пожал плечами Брайдем. – Птицы выкармливают змеенышей, а когда приходит пора обучаться лёту, змееныши пожирают своих приемных родителей. Впрочем, это разговор про возможное будущее, а вы пришли поговорить про недавнее прошлое. Так что, давайте об этом и говорить. Времени у нас мало. Обед скоро.

– Хорошо, – сказала Гаота и посмотрела на Йору. – Высыпай.

Йора тут же подскочила к столу, стянула с плеча тряпичную сумку и с грохотом высыпала на стол какие-то фигурки.

– Что это? – обреченно спросил Брайдем.

– Это оловянные фигурки от Габа, – объяснила Гаота. – Мы хотели слепить их из глины и пришли к нему, чтобы узнать, где их лучше обжечь, ведь он же у нас по огню главный. Он нас выслушал и выдвинул из-под скамьи ящик, где было полно таких фигурок, правда, многие поломанные.

– Я знаю, – поморщился Брайдем. – Мы их нашли как раз в будущем классе Гантанаса. Вот здесь, за стеной. Похоже, в нем когда-то изучали что-то связанное с битвами. Но нам-то они для чего?

– В том-то и дело! – прошипела Гаота. – Разве гибель Спрая не была результатом маленькой битвы.

– Даже так? – удивился Брайдем. – И чего же вы от меня хотите?

– Сейчас мы расскажем вам, что сами знаем, а вы слушайте и поправляйте, если мы где-то ошибемся, – объяснила Йора.

– Ну давайте, – обреченно кивнул Брайдем.

– Дело было в полдень, – начала Гаота. – Еще с утра Гран, Спрай, Мисарта и Йока переправились на пароме на левый берег Курсы и держали путь на север в сторону деревеньки, где их ждал у своих родителей Флич.

– Вот! – выставила четыре конный фигурки на стол Йора.

– А вот Флич, – поставила еще одну конную фигурку на дальний угол стола Дина.

– По той же дороге ехали еще три всадника, – продолжила рассказ Гаота. – Наверное, они держались в отдалении, потому что дорога эта, как мы узнали у Синая, не слишком хоженая, и скорее всего эти три всадника переправились на том же пароме.

– Вот, – выставила еще три фигурки Йора. – Они охотились на Мисарту и Йоку и подбирали удобное место для нападения. Удобное место нашлось недалеко от деревни Флича, или просто откладывать было нельзя.

– Скорее всего они замыслили это дело еще на пароме, – заметила Гаота. – Наверное, отравили одну из лошадей, которая потом закапризничала. Здесь, правда, имеется подозрительная путаница. Одни говорят, что Мисарта отстала, потому что у нее лошадь закапризничала, другие, что Ласточка Ойки закапризничала, но все сходятся, что отставала именно Мисарта, получается, что она и была на Ласточке. За ней вернулся Спрай, поменялся лошадьми, решил, что справится с Ласточкой. Тут эта троица и напала на них.

– Получается, что охотились на Мисарту, – предположила Йора. – Спрай же ее подменял? Да и лицо обожжено было у Мисарты.

– Хотя вроде бы память потеряли сразу обе – и Мисарта, и Йока, – заметила Дина.

– Так или иначе, Спрай мертв, Ласточка – мертва, – вздохнула Гаота. – Гран, который, получается, спугнул трех нападавших, весь в печали, а еще две свидетельницы – ничего не помнят.

– И что? – спросил Брайдем.

– Синай сказал, что когда идет обоз или даже отряд, то нельзя отдаляться от общей группы больше чем на два десятка шагов, – сказала Йора. – И что Гран эти правила знает, и допустить такого, чтобы кто-то отстал – не мог.

– Не должен был, – поправил Йору Брайдем. – Но, как видите, допустил.

– Ничего мы не видим! – прошипела Дина. – Если у Мисарты было обожжено лицо, то что это была за магия? И почему лошадь Спрая, на которой она, получается, должна была сидеть, не пострадала? Не ней даже царапины нет! Почему Мисарте обожгло лицо, если на нее охотились? Ее хотели похитить или убить? И почему напали на отряд, если охотились на Йоку? Йока же не отставала? Ей же, получается, ничего не угрожало? И почему тот страшный колдун, который мог убить-заколдовать такого воина, как Спрай, да еще с двумя помощниками, не сразился с Граном?

– Стоп-стоп-стоп! – поднял руки Брайдем. – Навалились на старика втроем и давай топтать. Дайте хоть выдохнуть! Ну, сразу замечу, что по рассказу Грана Ласточка капризничала еще от дома родителей Йоки, а не с парома. И что сначала на нее села Мисарта, надеялась с ней сладить. Но не вышло. А когда лошадь вовсе отказалась идти, то Мисарта и остановилась. Минуты – две, и вот уже она далеко. Да, Спрай вернулся сразу, а Гран замешкался, потому что Йока придуривалась и вырвалась вперед, ее тоже нельзя было оставлять. Поэтому остальное он видел издали. Спрай посадил Мисарту на свою лошадь, шлепнул ее по крупу – лошадь конечно, а не Мисарту, и стал осматривать Ласточку. Мисарта отъехала на пару десятков шагов, почему-то слезла с лошади и пошла обратно к Спраю. Тут и троица показалась. А потом все слилось в секунды. Вспышка, падающий Спрай, начинающая падать лошадь, окаменевшая Мисарта с рукой у лица, ревущая от страха Йока за спиной у Грана, и трое неизвестных, что скачут прочь. Гран, кстати, сказал, что один из них успел подскочить вплотную к Спраю. Может быть, он что-то у него взял.