Искушение Наставника - Саша Ким

Родители строго настрого запретили мне приближаться к Архонтам. Ведь если Высший поймёт, что перед ним полукровка, меня, с высокой долей вероятности, убьют. Слишком много ещё бессмертных, которые боятся неизведанных созданий, порождённых Архонтом и его Источником.

Именно происхождение было одним из самых серьезных препятствий, для моего первого самостоятельного путешествия — обучения в ЭлАкаМ.

— Ну, папа! Сколько Архонтов наберется со всего Эландера? Хорошо, если пять? А то и того меньше! И какова вероятность, что хотя бы один из них окажется именно в ЭлАкаМ? — убеждала я непреклонного родителя.

— Лея, ты, похоже, не понимаешь, что будет, если там все же окажется, хотя бы один… — лицо отца в тот раз было непривычно напряженное. — Смерть лучшее, что может грозить тебе в таком случае.

— Разве есть что-то хуже смерти? — отмахнулась я, считая, что он нарочно запугивает меня, но вдруг увидела испуганное лицо мамы.

— Твоя сила, — отец помедлил, — если они прознают, что ты — Источник живой воды, скорее всего, возьмут тебя в заложники. Твой дар сильнее привычного для них живого эликсира: ты можешь не только замедлять старение, но и исцелять тело, а ради этого даже обычные люди, не говоря уже об Архонтах, готовы будут развязывать войны. Кто заполучит тебя, у того будет могущество, для управления людьми…

— Понимаешь? — не выдержав, вклинилась в разговор мама. — Ты станешь золотой рыбкой, которая будет метать для них целебный жемчуг!

— Разве плохо? — я определенно все ещё чего-то не понимала. — Скольких людей я смогу спасти в таком случае! Я и не могу понять, почему мне приходится скрывать это, вместо того, чтобы помогать смертным?

— Моя девочка, — мама, едва сдерживая слезы, взяла мои руки в свои. — Должно быть это я виновата… У тебя слишком доброе сердце. Но ты должна понять: невозможно помочь всем на свете, и уж точно не в ущерб самой себе. Услышь меня: тебя запрут где-нибудь и вынудят создавать миллионы этих бусин, чтобы исцелять целые армии. Армии, которые будут становиться сильнее, с твоей помощью, но лишь для того, чтобы убивать других людей. Это всего лишь политические игры. Люди все равно продолжат умирать. И мы не можем вмешиваться в этот баланс.

Чтобы меня, в итоге, спустя долгие месяцы уговоров, все же отпустили в ЭлАкаМ, пришлось поклясться родителям, что я сохраню свою истинную силу в тайне ото всех, и ни за что не попадусь Архонтам.

Похоже я облажалась по всем пунктам! Я не только по уши вл… влипла в Архонта, так ещё и силу ему свою почти раскрыла! И теперь-то я рада, что он сам остановил меня от исцеления Люра, иначе бы ему не составило труда догадаться, насколько я необычная студентка.

Амир…

Больно было даже думать это имя.

Я не могу. Нельзя.

Прошло несколько дней с того открытия в столовой, и теперь я всячески избегала Наставника. Пока успешно.

Похоже, он понял, что я сейчас не намерена продолжать наше неформальное общение.

Какая же дура!

Почему сама не догадалась? Эти его приступы, это ведь агония в чистом виде! А его лицо, когда он прикасался ко мне?

Я задышала часто, задыхаясь, словно от истерики.

Неужели я тоже для него съедобна? Чувствует ли он такое же удовольствие от меня, как я от него? И самое главное… Остальные для него теперь тоже не представляют никакой энергетической ценности?

Если да, тогда нас обоих очень скоро ожидает мощнейший приступ агонии…

Я постучала рукой в грудь, чувствуя, как ломка усиливается с каждым часом и взяла с подиума на тренировочном поле метательную звездочку, что-то наподобие японских сюрикэнов из моего мира.

В каком бы состоянии не прибывали мои душа и тело, одинаково разрывавшиеся на куски от боли, я не имею права тратить время впустую. Необходимо научиться защищать себя.

К тому же на сегодня у меня есть ещё одно важное дело. Нужно лишь дождаться полуночи.

Я метнула заточенную звездочку и, к своему изумлению, попала точно в мишень…

Амир сидел за столом в своей комнате и пустотой бездонных глаз смотрел в стену:

— Теперь она знает… Теперь она боится меня…

Взгляд упал на стол, где пальцы невольно перекатывали бусины на шершавой поверхности. Среди россыпи чёрных жемчужин голубая выделялась особо сильно: будто подсвечиваясь изнутри, она приковывала к себе внимание.

В тот день, в палате Люра, когда Амир отчитал Амелию, прежде чем уйти, он успел прихватить с пола частичку силы полукровки.

Архонт взял в руку полупрозрачную бусину, цвета своих глаз, и поднёс поближе:

— Я умру… если выпью ее? — произнёс он безжизненно, перекатывая магическую пилюлю между пальцев. — Я ведь так долго мечтал об этом? Почему же теперь боюсь даже попробовать?

Боль сдавила грудь:

— Чертов голод! — яростно зарычал Амир, ударяя кулаком по столешнице, из-за чего все бусины, подскочив, бросились врассыпную. — Должно быть, ей тоже сейчас плохо… — выдавил он обессилено. — Немедленно найти! — приказал он шаровой молнии, висевшей под потолком в его комнате. — Только не попадитесь ей на глаза!

Переждав, пока приступ закончится, Амир снова поднёс жемчужину к губам: