Миражи - Эприлинн Пайк

Лорел с тяжелым вздохом положила рюкзак на кухонную стойку.Потом замерла возле холодильника, исследуя его содержимое, и отругала себя зато, что тянет время. Наконец взяла нектарин — надо же как-то оправдать своюмедлительность — и захлопнула дверцу.

Подойдя к черному ходу, она привычно всмотрелась в деревьяза домом; теперь феи стояли в карауле днем и ночью. Порой Лорел с нимиразговаривала, а изредка даже снабжала защитными зельями и порошками.Неизвестно, был ли прок от ее снадобий, но стражи, по крайней мере, неотказывались. Зато она могла почувствовать себя полезной, ведь из-за нее умногих фей перевернулась вся жизнь.

Казалось, в постоянном дежурстве нет нужды: тролли необъявлялись с прошлого года. Лорел даже хотела предложить стражам вернутьсядомой, хотя в глубине души прекрасно понимала: так нельзя. По словамДжеймисона, тролли нападают, когда добыча меньше всего ждет удара, и Лорел насобственном опыте убедилась в его правоте. Нравится ей это или нет, пока что сохраной безопаснее.

Лорел вышла через черный ход и направилась к деревьям. Онаточно не знала, куда идти; обычно Тамани находил ее сам. Обогнув дуб, оназастыла как вкопанная: стоя лицом к лесу, Тамани стряхивал с ноги кроссовку.Футболки на нем уже не было. Лорел невольно залюбовалась картиной. Солнцепроникало сквозь густую листву, освещая смуглую — смуглее, чем у Дэвида, —спину юноши. Тот сердито дергал за непослушный шнурок. Наконец, развязав узел,он запустил кроссовку в ближайший кипарис.

Словно сбросив оковы, Тамани расправил плечи и шумновздохнул. Хотя по человеческим меркам он не вышел ростом, руки у него былигибкие и длинные. Стройный торс напоминал треугольник, сужающийся к талии; набедрах свободно болтались джинсы. Юноша раскинул руки и подставил спину солнцу,буквально впитывая свет. Пришла пора выдать свое присутствие, но Лорел медлила.

Тамани уперся кулаками в бедра и поднял лицо к небу, Лорелрешила объявиться, пока он не снял что-нибудь еще, и тихонько откашлялась.

Юноша резко обернулся; жесткие волосы блеснули на солнце.

— А, это ты, — с облегчением сказал он. И тут же посерьезнел.— Давно тут стоишь?

— Не очень, — быстро ответила Лорел.

— Минуту? Две? — настаивал Тамани.

— Ну... наверное, минуту.

— И я ничего не слышал... Проклятая одежда! — Покачав головой,он опустился на бревно и стянул носок. — Мало того что неудобная, она еще ишумная! А школа? Там так темно!

Лорел едва сдержала улыбку. То же самое она говорила маме,когда впервые попала в Дель-Норте.

— Привыкнешь, — Она протянула ему нектарин. — Съешь, тебеполегчает.

Тамани взял фрукт, ласково погладив ее пальцы, и, помедлив,надкусил.

— Спасибо. Поверь, я серьезно готовился! Но мне неприходилось так подолгу бывать взаперти. В основном я изучал культуру людей идаже не представлял, каково это — сидеть в четырех стенах.

— Лучше выбирать место у окна, — посоветовала Лорел. — Знаюпо горькому опыту.

— А какой идиот придумал джинсы? — мрачно продолжал Тамани.— Тяжелая, удушающая ткань! Поверить не могу: раса, которая изобрела Интернет,не создала ничего лучше денима!

— Ты говоришь об Интернете, — хихикнула Лорел, — Такнепривычно.

Он засмеялся и откусил еще кусочек нектарина.

— Ты права, помогает.

Она села рядом на бревно. Тамани был совсем близко, ноказалось, их разделяет гранитная стена.

Он молча повернулся к ней.

Поколебавшись, Лорел улыбнулась и обхватила его руками зашею.

— Ну, здравствуй!

Тамани обнял ее за плечи. Лорел отпрянула, но он прижалдевушку к себе, безмолвно умоляя остаться. Вырываться она не стала — не быложелания. Через пару мгновений он нехотя разжал руки и тихо сказал:

— Привет!

Лорел заглянула в светло-зеленые глаза фея. Новый цвет ей ненравился. Хотя это по-прежнему были его глаза, к оттенку она никак не моглапривыкнуть.

— Прости, — медленно начал Тамани, — что так ошарашил тебя.

— Мог бы предупредить!

— И что бы ты сказала?

Лорел уже готова была возмутиться, но тут же закрыла рот ивиновато улыбнулась.

— Чтобы я не приходил, верно?

Она вскинула бровь.

— Потому и не предупредил, — пожал плечами Тамани.

Лорел выдернула из земли маленький папоротник и стала рватьего на кусочки.

— Где ты был? Шар ни в какую не признавался.

В основном в Шотландии, как и говорил на уроке.

— Зачем?

Теперь на его лице появилось виноватое выражение.

— Готовился.

— К чему?

— К школе.

— Все время? — еле слышно спросила она.

Тамани кивнул.

Лорел попыталась унять нахлынувшую обиду.

— Ты все время знал, что вернешься, и исчез не попрощавшись?— Она думала, что ему станет стыдно или, по крайней мере, неловко. Напрасно:Тамани и бровью не повел.

— А надо было дождаться, пока ты скажешь мне в лицо, чтопредпочла Дэвида?