Земная хватка - Гарри Тертлдав

Поэтому он не втянул говорящие глаза, когда оказался за постами и за веревочной сетью, имитирующей тесно переплетенные ветви джунглей. И в самом деле есть некая торжественность в созерцании большого желтого щита. В этом удовольствии ему не должны были мешать ветви и листья. В’Зек выдвинул свои говорящие глаза настолько, насколько мог: на расстояние захвата своей клешни. Он резко выхватил нож и замахнулся им на луну:

— Скоро все, что ты освещаешь, станет моим!

— Возможно, мягкотелые имеют свое мнение на этот счет, мой господин, — заметил сухой голос за спиной В’Зека. От неожиданности он свистнул. В’Зек не услышал, как к нему подкрался З’Йон. При желании шаман мог двигаться сверхъестественно тихо.

— Мягкотелые, — произнес В’Зек, презрительно щелкнув. — Они не защитили Ц’Лар, не спасут и Т’Каи, когда мы достигнем ее. Я буду сильно удивлен, если они вообще существуют. Огромные открытые пространства заставляют воображение рисовать удивительные вещи.

— Они существуют, — ответил З’Йон. — Это одна из причин, по которой я разыскал вас сегодня вечером. Что вы собираетесь с ними делать?

Вождь с досадой щелкнул. С тех пор как пал Ц’Лар, он знал, что мягкотелые действительно существуют, но гнал от себя мысли о них. З’Йон был достоин похвалы, так как заставлял его задумываться над трудными проблемами.

— Я попытаюсь наладить с ними торговлю, если они того пожелают, — произнес наконец В’Зек, — у них есть презабавные вещицы.

Он подумал о зеркале одного вельможи, добытом в захваченном Ц’Ларе (сейчас оно, конечно же, принадлежало В’Зеку), и снова восхитился идеальным отражением. Оно было значительно четче того, которое давало зеркало из отполированной бронзы, лучшее зеркало, произведенное в Т’Каи. Раньше В’Зек и не подозревал, какой он красавчик.

— А если они не пожелают? — не унимался З’Йон.

— Тогда я убью их. — В’Зек был крайне прямолинеен. Это делало его беспощадным, опасным военным лидером — наметив цель, он неумолимо шел к ней. Ему идеально подходила роль лидера м’саков, имевших те же, что и у него, черты характера, но слабо выраженные. Однако З’Йон обладал своим мнением на этот счет. Это было еще одной причиной, по которой В’Зек дорожил им. Шаман не ответил В’Зеку. Слова вождя повисли в воздухе. Он подозревал, что панцирь его учителя посинел, что случалось, когда он приходил в замешательство. Кто знал, какой силой обладали мягкотелые?

— По слухам, они не убийцы, — брезгливо сказал В’Зек. Для него это было лучшее оправдание собственной воинственности.

— Но также не слышно, чтобы кто-нибудь нападал на них, — заметил З’Йон.

В’Зеку это было так же хорошо известно, как и шаману. Пользуясь привилегией вождя, он решил сменить тему.

— Зачем еще ты хотел меня видеть?

— Чтобы предупредить вас, мой господин. Услышав последние слова З’Йона, В’Зек насторожился. У шамана был исключительный нюх на интриги. Но З’Йон заговорил совсем о другом.

— Когда снова взойдет полная луна, если только я не ошибся в расчетах, великий ф’ной, обитающий на небе, попытается поглотить ее.

М’саки, конечно, обладали гораздо меньшими знаниями, чем т’кайцы, но их мудрецы много лет наблюдали за небесами.

Вождь не испытывал склонности к подобным делам Суеверный холодок пробежал по его телу, он почувствовал, как его говорящие глаза самопроизвольно сжались.

— Этого можно избежать?

— Это неизбежно, — заверил его З’Йон. — Но у вас еще есть время, чтобы предупредить воинов во избежание возможной паники.

— Мудрая мысль. Ты можешь просить себе любую часть из моей доли добычи награбленного в Ц’Ларе.

В’Зек был щедр на подарки. Да и кто бы стал поддерживать скупого вождя9 З’Йон опустил и поднял глаза, выражая тем самым благодарность.

— Я надеялся предупредить вас раньше, мой повелитель, но военная кампания помешала наблюдениям. Поэтому я до настоящего времени не был достаточно уверен в правильности своих выводов.

— Это, конечно, нельзя назвать приятным. — В’Зек уселся поудобнее. — Но пятидесяти одного дня будет достаточно, чтобы подготовить бойцов. А потом, если все будет хорошо, мы атакуем Т’Каи.

— Да, и поэтому вам необходимо закалить панцири своих воинов, чтобы они не чувствовали страха. Поразмыслите над этим, мой господин. Когда небесный ф’ной вонзит когти в луну, какого цвета она станет, если прольется кровь?

В’Зек задумался. Несколько раз он видел подобные сражения, наблюдал, как З’Йон с другими шаманами бьют в барабаны, стараясь испугать небесного ф’ноя.

— Это напоминает цвет бронзы… — Вождь задумался. — А ты хитер.

— Вы увидите это вновь. После того, как небесный ф’ной нападет на луну, она станет цвета т’кайских знамен. Это знамение, которое без соответствующего разъяснения рядовые воины могли бы истолковать неверно.

— Вероятно, да. — Размышляя, В’Зек открывал и закрывал верхние клешни, будто желая разорвать что-то. Его нижняя левая клешня всегда находилась поблизости от дротика, пристегнутого к нижнему панцирю. — Должно быть, знамение означает то, что т’кайцы нападут на нас. Полагая так до роковой ночи, ты правильно оцениваешь его значение.

— Могу ли я спросить совета у молтингсов, чтобы правильно определить истинную суть этого явления?

— Для собственного развлечения, если хочешь.

Нижняя клешня В’Зека еще ближе придвинулась к дротику. З’Йон почувствовал, как его маленький веерообразный хвост непроизвольно свернулся и прижался к нижней части живота Но и без этого рефлекса он понимал, что боится. Своим острым умом он ощущал страх так же ясно, как и телом.

Вождь продолжил:

— Конечно, ты должен будешь преподнести это нашим воинам так, как я сейчас сказал тебе.

— Конечно, мой господин. — З’Йон почтительно отступил. Отойдя на подобающее расстояние, он повернулся и заспешил прочь.

В’Зек не обратил внимания на это незначительное нарушение этикета. Ничто не изменит его планы завоевателя: будь то мягкотелые, кем бы они ни были на самом деле, или луна. Ничто.

Дав себе такой обет, В’Зек наконец вернулся в свое убежище. Веревки и шесты были всего лишь суррогатом тех душистых лиственных ветвей, к которым он так привык. Он безнадежно зашипел, вновь удивляясь, как только южане выносят такую жизнь вдали от лесов. Затем подумал, что, возможно, они стали такими искусными ремесленниками именно в попытках возместить все, чего были лишены из-за отсутствия лесов. Хотя причины едва ли имели значение. Они так давно производили разные забавные вещицы и торговали ими направо и налево, что и думать позабыли об ином назначении клешней. Покорить Ц’Лар удалось даже легче, чем ожидал В’Зек.

Он приготовился ко сну. Ц’Лар был только началом.

* * *

Забравшись на вершину зубчатой стены, Мария захихикала. Дженнифер сняла с носа читающее устройство, чтобы посмотреть, как марширует по городу армия Т’Каи. На ее взгляд, сонм марширующих существ выглядел довольно воинственно, но вымуштрованы они были недостаточно.