Война HAАRP - Василий Головачев

– А наших, что такие дуры взрывают, не жалко?

Афанасий не ответил.

– Сизый, вы где?

– Обыскиваем «бумер».

– Потери?

– Нет, взяли живыми… почти, обделались лёгким испугом. Оба славяне, хохол и белорус, братья во терроре, так сказать. – Сержант зло хохотнул. – Вооружены были под завязку. Чего тут только нет, даже новенький польский гранатомёт. Интересно, как они провозят такие прибамбасы через границу?

– Везите обоих сюда.

– Слушаюсь.

Послышался нарастающий рокот, над лесом с севера показался зелёный пятнистый Ка-326. Это летела из Саратова команда дознавателей областного отделения ФСБ, «стоявшего на ушах» уже двое суток.

– Командир, она скоро очнётся, – кивнула на автобус Тоша.

Афанасий с усилием вернулся к действительности.

– Последи за ней. В случае чего…

– Пристрелю к чёртовой матери!

– Не бери грех на душу, она невольница. Её и так не пожалеют.

Антонина подошла к двери автобуса с решительным видом, держа в руках пистолет.

Вертолёт сел на обочине дороги, подняв тучу пыли.

* * *

На базу в подмосковные Мытищи вернулись вечером, довольные оценкой, которую дал группе начальник саратовской «конторы». Хорошего настроения добавила и короткая речь заместителя начальника Управления спецопераций полковника Зайцева, прибывшего из Москвы на базу к моменту возвращения группы.

– Я горжусь, что служу с вами вместе, – сказал он, пожимая всем бойцам руки по очереди. – Ждите поощрения. Пожелания, просьбы будут?

– Никак нет, товарищ полковник, – ответил Пахомов без особой бравады. Пришла усталость, хотелось хорошенько выспаться и отдохнуть.

– Все свободны.

Бойцы, переговариваясь, потянулись к выходу из классной комнаты для политзанятий.

– А вас я попрошу остаться, майор, – добавил Зайцев бесстрастно.

Афанасий вернулся, выжидательно глядя на полковника.

– Поедем в управление, – сказал Зайцев. – В семь ровно нас там ждут.

– Кто, если не секрет?

– Высокие люди из другой конторы, увидишь. Это сюрприз.

Афанасий понял, что объяснений не услышит. Зайцев не зря слыл человеком, который решений своих не менял никогда.

В Москву прибыли на «Мерседесе» полковника, ровно в семь вечера вошли в кабинет начальника управления генерала Карпенко.

В кабинете, кроме самого Карпенко, высокого, костлявого, с худым вытянутым лицом, присутствовали ещё двое: массивный широкоплечий мужчина, на грубоватом лице которого буквально светились умные, светло-серые, проницательные глаза, на вид ему было около пятидесяти лет, и сухощавый гражданин лет тридцати пяти с жёстким, сухим, волевым лицом. Волосы у него были густые, стриженные под бокс, седоватые.

– Товарищ генерал… – начал Зайцев.

– Проходите, Андрей Витальевич, присаживайтесь.

Вошедшие сели под оценивающими взглядами присутствующих.

– Знакомьтесь, – продолжал Карпенко. – Полковник Черняк, заместитель командующего ВГОР.

Плотный массивный гость генерала коротко боднул головой воздух.

– Полковник Семёнов, командир оперативно-тактического подразделения. – Карпенко посмотрел на сухощавого гостя. – Товарищи, полковника Зайцева вы знаете, а это майор Пахомов.

Афанасий выдержал ещё два прямых попадания оценивающих взглядов, привстал.

– Сидите, – махнул рукой Карпенко. – Не до церемоний. О подвигах майора можно говорить долго, но могу вас заверить, что его не зря бойцы прозвали Барсом.

– Наслышаны, – процедил сквозь плотно сжатые сухие губы полковник Семёнов, не сводя карих глаз с лица Афанасия. – Сколько вам лет, майор?

– Двадцать семь, – так же сухо, без выражения, ответил Афанасий.

– Что оканчивали?

– Ярославский педуниверситет, факультет физической культуры.

– То есть вы не кадровый военный?

– Никак нет, рекрутированный, – позволил себе усмехнуться Афанасий.

– Мастер «Спирали», – добавил Зайцев, – мастер рукопашного боя, девять наград.

– Почему учились в Ярославском?

– Я родился под Костромой.

– Какими языками владеете?

– Английским свободно, немецким похуже, изучаю китайский.

Гости Карпенко переглянулись.

– Как вы оказались в группе «А»?

– Это секретная информация, – скривил губы Зайцев, бросив взгляд на генерала. – Надеюсь, таковой и останется.

Афанасий постарался сохранить невозмутимый вид.

Пять лет назад он отдыхал в Крыму, в Феодосии, и случайно стал свидетелем стычки «майданутых» украинских националистов УПА, каким-то образом сумевших проникнуть в Крым, с русскими туристами на пляже. За две минуты он уложил на песок шестерых горячих хлопцев, явно выполняющих заказ на провокацию, и был замечен отдыхающим здесь же ветераном «Альфы». После возвращения домой к нему и пришли рекрутеры ФСБ.

– Извините, могу я задать вопрос, товарищ генерал?

Карпенко кивнул.

– Что такое ВГОР?

– Войска геофизической обороны, – сказал крепыш-полковник басом. – Слышали?

– Нет.

– Это хорошо.

– Разве такие войска… существуют?

– Уже существуют.

– К делу, товарищи, – сказал Карпенко.

– Собственно, мы хотели бы рассмотреть вопрос вашего перевода к нам, – сказал Семёнов.

Афанасий с недоверием посмотрел на него, перевёл взгляд на Зайцева, на Карпенко, помедлил.

– Прошу прощения, не понял. Какого перевода?

– Вашего к нам, – терпеливо повторил полковник.

– Но это же… невозможно.

– Выслушай, что они предлагают, – обронил Зайцев.

– Мы предлагаем вам возглавить нашу оперативную группу, – сказал Черняк.

– Я и так командую группой.

– Это другой масштаб, – неожиданно мягко сказал Семёнов. – Войска ГОР созданы всего около двух лет назад в ответ на участившиеся эксперименты американцев с климатом и геофизическими процессами.

– Мы хотим на этом уровне защитить территорию России и адекватно отвечать на климат-атаки, – добавил Черняк. – Нас – Россию, я имею в виду, – перестали уважать, а это неправильно.

Афанасий сдержал желание спросить: где же вы были при распаде Союза? Но этот вопрос следовало задавать другим государевым людям.

– Не вижу перспективы. В полицейском спецназе служат парни поопытней и посильней меня, всегда можно найти кандидатуру.