Снежака, дочь Платона - Юрис Осиповс

— А кто они эти ведьмаки-то?

— Никто и не знает, кто они и откуда берутся, — пожал плечами толстый викинг. — Истории про них ходят одна страшнее другой, но точно никому ничего не известно. Знаю только, что все они превосходные воины, берсеркерами становятся, когда с людьми дерутся, безумцами, не щадящими своих жизней. Их наши вожди, да и другие тоже, нанимают во время больших войн. Но их главное ремесло в очищении наших земель от нечисти заключается, упыря там успокоить иль тролля какого. Стоят их услуги ох как дорого и потому они никому не служат подолгу. Сделают свою работу и пойдут себе дальше, деньги получив.

— Ясно, — отозвался Силфан. Корабль исчез из виду, и друзья пошли в дом, собирать свои вещи для предстоявшей охоты.

Вскоре они отправились в путь: два десятка дружинников Хальбарда, ведьмак и купец со слугой и охранником. Хальбард выделил грекам зимнюю одежду, зная неустойчивость южан к холоду, и греки с трудом брели вперед, по самые носы одевшись в медвежьи меха. Викингам, по совету ведьмака, Хальбард велел захватить копья. Ярл закупил копья у греков, но викинги не любили ими пользоваться, предпочитая привычные мечи и секиры заморскому оружию.

Ведьмак Кри, одетый в довольно легкую одежду, шел впереди. Такой же высокий, как и викинги, но не такой массивный, он двигался с ловкостью прирожденного воина. Длинные волосы цвета ночи были стянуты шнуром на его затылке. С его плеч свисал плащ, половина которого была сшита из шкуры волка, а вторая половина из шкуры медведя. Купец Платий, шедший позади ведьмака, невольно залюбовался, как, в такт шагам ведьмака, плавно покачивался подвешенный на спине двуручный меч. На плече ведьмака висела лишь небольшая котомка, которая составляла все его имущество.

Ночью выпал снег, и изо рта охотников вырывался пар. Купец, впервые прибывший на север, рассматривал сосны и покрывающий их снег. Лежащий на тропинке снег затруднял движение и, попадая купцу в сапоги, начинал таять, но купец не обращал на это внимания. Подобные мелочи не могли остановить его или поколебать его решения на пути к цели. Ближе к вечеру они достигли поляны, на которой были убиты лесорубы, и осмотрели место бойни. Крестьяне уже убрали тела, но кое-какие следы еще сохранились. Ведьмак внимательно осмотрел землю вокруг и нашел остатки тел, пропущенных крестьянами.

— Ну, что скажешь, — Хьярм Толстощекий потоптался на месте, неуютно чувствуя себя на поляне, где произошли подобные убийства.

— Похоже, крестьяне были правы. Хотя выпавший снег и скрыл часть следов, но, судя по всему, на них напало какое-то существо. В одиночку перебило лесорубов, разорвало их на части и раскидало по всей поляне. Никогда такого не видел.

— Как думаешь, сумеем мы его поймать?

— Не знаю, попытаться можно. Если удастся его усыпить, то можно заковать его в цепи. Но это опасно, возможно, мои травы не смогут его усыпить. Тогда придется прикончить это существо, — ведьмак Кри закончил осматривать землю. Следы существа были ему незнакомы, но это не удивляло ведьмака. Он знал, что существуют демоны и чудовища, не известные людям, но охотой на них он зарабатывал себе на хлеб.

— Как искать-то его будем? — Хьярм сплюнул и недовольно поморщился при виде подошедшего Стигмута, ибо недолюбливал юнца. — Или будем строить из себя приманку?

— Так и поступим, — ведьмак указал на север. — Разобьем лагерь недалеко отсюда. Отсюда не так уж далеко до деревни, а в полудне ходьбы еще одна. Там, как я слышал, пропало несколько коров. Думаю, в этом виновато наше чудовище. Днем будем искать его логово, а ночью ждать атаки. Если повезет, оно само навестит нас.

Стигмут слегка побледнел, не слишком ободренный подобным планом, но возражать не стал, и лишь согласно кивнул.

Охотники нашли подходящее место и разбили лагерь. Рассевшись вокруг костров, они дожидались ночи, передавая по кругу фляжки с пивом.

Рыгнув, Хьярм передал фляжку Силфану.

— С одной стороны, скажу я вам, я б не отказался, если б это чудовище атаковало уже сегодня. Быстрее бы закончили дельце и получили деньги, обещанные купцом.

— Возможно, дело будет не столь и простое, как тебе кажется, — Ярвальд мрачный, которого за спиной называли ворчуном, сплюнул в костер. — Сомнения у меня насчет нашего купчишки. Что это за купец, который приезжает, не взяв с собой товаров? Я говорил с Хилаем перед его отплытием. Этот купец, Платий, заплатил за место на корабле и самую лучшую каюту, в которую никого не пускал. Что он вез, никто не знал. Но после шторма, во время которого корабль кидало из стороны в сторону, они обнаружили в каюте клетку с прогнувшимися прутьями, а в стене корабля огромную дыру.

— Ну и что он сказал? — спросил Хьярм, а Харм зверобой, лежащий с другой стороны костра, рядом с Кри, заинтересованно приоткрыл глаза.

— Сказал, что он занимается торговлей заморскими животными. А клетка как раз для перевоза животных. А корабль, говорит, повредила буря. Клетку эту у нас, кстати, оставили, Хальбард кузнецам велел ее починить. Порешили, что для перевозки чудища как раз подойдет.

— Угу, а если не его, то медведя подарим, чем не чудо зверь, — усмехнулся Хьярм.

— Или зайца, — пошутил зверобой, и сидящие за костром викинги захохотали.

Кри, точивший свой меч и покрывающий его соком из трав, вызывающих сон на несколько дней, вспомнил свой разговор с купцом. Ведьмак не случайно оказался во владениях Хальбарда. Несколько недель назад один из купцов передал ему весточку. Ему обещали хорошие деньги, если он согласится поработать проводником. Купец Платий, говоривший с ним один на один, сознался тогда, что это он просил купцов передать весточку, что ему нужен ведьмак. Узнав, что ему придется сначала ловить чудовище, а затем его придется везти, он хотел отказаться, но купец удвоил награду, и ведьмак, уже какое-то время бывший без работы и денег, согласился. Теперь, обдумывая узнанное, он пришел к выводу, что купец и доставил сюда чудовище, и оно сбежало во время шторма. Он также был вынужден согласиться с решением купца не открывать викингам правду. Северяне, не долго думая, убили бы купца за это. Но теперь еще предстояло уговорить их пойти с ними до конца. «Но это уже не моя проблема, — решил ведьмак, — мне платят лишь за охоту на чудовище и работу проводника, остальное пусть решает купец.»

Что это за чудовище, ведьмак не знал. Купец утверждал, что Снежака, дочь Платона, как он ее называл, является дочерью Бога и смертной женщины. Но ведьмак не верил в это, ибо не верил в существование богов, но знал, что чудовища существуют, ведь он охотился на них уже много лет.

Кри предпочитал не вспоминать свое детство и почти уже забыл о нем, живя будущим и настоящим. Он уже давно был воином, охотником на чудовищ, и не знал, и не желал другой жизни. Кри был наемником и по-настоящему жил, лишь когда работал, таким он стал по своей воле.

Где-то завыл волк, и полная луна, выйдя из облаков, осветила поляну. Снежаке, прячущейся в кустах, вполне хватало и ночного света. Скрывающийся за глазами богини разум подсказал ей, что сейчас атаковать опасно. Развернувшись, чудовище скрылось во тьме, но не забыло о людях.