Домино 2 - Иван Катиш

Новоселье, тем не менее, мы отметили во дворе, потому что всех участников иначе никак нельзя было разместить. Драк с Котием пожарили мясо на гриле, я съездил за пивом, а Стефан и Георгий развлекали команду Рамзеса рассказами о Земле. Ближе к ночи подъехали Лимы, уже без Аны, в общем отметили новоселье так, как будто это была многоэтажная вилла, а не микродом из двух комнат.

На следующий день мы мучительно решали, кому достанется машина. Драк хотел проверить пещеру, хотя артефакты заверяли нас, что все нормально, а я рвался к Илье. Тот остановил свои эксперименты с туманными крокодилами и ждал, когда я появлюсь с обещанной партией синего золота.

— Нам не нужна случайно вторая машина? — устал спорить я.

— Нужна, наверное. Но тогда мы будем вообще все время носиться взад-вперед. Никакой работы, одни сплошные мотания, — предположил Котий.

— А мы будем себя сдерживать! — заявил я.

— Ладно. Закажем. Пока придет, пока переделаем под фиррий, еще куда-нибудь надо будет ездить, — согласился в конце концов Котий.

В общем мы опять мощно обросли имуществом.

Тут позвонил Илья и попросил привезти хоть сколько-нибудь туманного материала. Все-таки придется ехать в пещеру. Авось со стен наскребем. Наши стажеры прыгали от восторга и дрались за право стрелять из Термита, копье их почему-то не вдохновляло.

В пещере с тварями было негусто, но динамичный артефакт осторожно предположил, что можно кого-то найти в том самом боковом коридоре, про который мы вечно забываем. Он сообщил, что никого сформированного он там не видит, но идут подозрительные колебания. Мы немедленно направились туда, и Драк заявил, что у нас тут начальная фаза Стекающей пакости, которая, когда соберется в плотную ленту, будет подошвы ботинок жечь. Но пока она еще даже не начинала стекать, просто копилась. Это и было проблемой, потому что было непонятно, как стащить ее со стены и загнать в контейнер.

Попрыгали вокруг и придумали. Драк прогрел огнем стену вокруг нашей твари, а Стефан малыми зарядами аккуратно бил ее по краю, вынуждая ее сжиматься и двигаться левее и ниже, как раз в мою сторону. Я аккуратно подцепил ножом уплотнившийся слой и тянул ее вниз, в контейнер. Только Георгию было совершенно нечего делать, а сам виноват, надо было брать что дают. Все это опять до боли напоминало генеральную уборку.

Мне удалось оттянуть от стены почти половину, как вдруг — ффах, и тварь всем слоем плюхнулась в контейнер, забив его почти до верху. Ого! В темноте мы не заметили, что более плотный слой твари вылезал на потолок, и вся целиком она была гораздо шире и толще, чем нам показалось.

— Закрывай! — заорал Драк, но я и так уже спешил с крышкой. И Георгию дело нашлось, он помог закрепить крышку на защелки с другой стороны.

Отлично. Не только предотвратили угрозу, но и материал собрали. В принципе до опасного состояния эта штука могла зреть еще долго, но в любом случае хорошо, что мы перехватили ее сейчас.

Я завез народ домой и рванул к Илье, пообещав Георгию купить по дороге второго Термита. Может, сразу два купить? Мне нравится иметь стажеров под рукой, когда эти уедут, можно еще кого-нибудь позвать. Тогда и мне не надо будет мотаться по пещерам. Вон хитрый Котий теперь ездит через два раза на третий.

Когда я наконец добрался до Ильи, то обнаружил, что не одного меня посетила идея приехать к нему в лабораторию. Форму крокодила с большим интересом изучал Балакирев.

Глава 2

День был теплым и солнечным, я даже сожалел, что сегодня один и за рулем, и не могу ехать в кузове как Котий. Термитов я купил два, чтобы у всех желающих было по ружью. А если не пригодятся, то продам, Ким заверил, что примет обратно с минимальным дисконтом. Термит — это вам не ботинки, от хождения по пещерам не портится.

Пока я добрался к Илье в лабораторию, туманный материал в контейнере немного уплотнился. У меня был план сделать себе крокодила и увезти его в этом же контейнере, и если крокодил не дезинтегрирует к моменту приезда, то, значит, все было зря.

У Ильи уже сидел Балакирев, разглядывал форму и посмеивался.

— У вас есть какие-то мысли? — поинтересовался Илья, пытаясь понять, что же тут видит Балакирев.

— Только одна. Что наши дорогие земные друзья очень любят экономить. Знаете, что это? — Балакирев приподнял форму.

Мы помотали головами.

— Это форма для изготовления игрушки, героя фильма «Нилькин». Хит прошлого года. Вот это животное — и есть Нилькин. Фильм прошел, игрушек уже все накупили, и, чтоб добро не пропадало, забрали сюда. Очаровательно, просто очаровательно, ничего у них не пропадает. Всепобеждающий ресайклинг.

— А шесть ног у него?

— А шесть ног у него, потому что создателям так хотелось. Про крокодилов с четырьмя ногами истории уже были, надо было что-то новенькое. И, пожалуйста, — крокодил с шестью. Кстати, в фильме это премилое существо. Заботится о детях, друзьях и окружающей среде.

— Как он заботится об окружающей среде? — высунулся у меня из кармана Уфф.

— Он поет вместо того, чтобы есть, — пояснил Балакирев.

— Потрясающе! — восхитился я. — Очень реалистично!

— Не поспоришь, — усмехнулся Балакирев и обратил внимание на Уффа. — Мне кажется, мы с вами сходной природы, коллега.

— Да, наверное, — засмущался Уфф. — Только у вас, похоже, постоянная форма, а у меня не очень.

— Это да, хотя форма в моем случае элемент необязательный. Если эту уничтожат, я вполне могу стать как вы, если подберу подходящие материалы.

Я попробовал представить себе Балакирева в виде большого Уффа, мда, смешно, и переключился на изготовление управляемых крокодилов. Я показал Илье, как программировать диски из синего золота, и предположил, что на одного крокодила трех дисков будет достаточно — один в голову и два в передние ноги. С остальным новое существо сама должно разобраться, я не хочу заниматься ручным управлением каждой ноги.

Первый блин был умеренным комом. Я зашил в диски команды «Стоп», «Вперед», «Назад» и «В пар». Это был неплохой набор, особенно я похвалил себя за команду «В пар», потому что, когда мы поняли, что команд не хватает и надо переделать, то с помощью этой команды мы смогли перегнать крокодила обратно в туман и с небольшими потерями собрать в контейнер.

— Какая глупая форма! — сердился я. — Ну что им стоило сделать четвероногого? Он и ходил бы лучше.