Эти ведьмы не горят - Изабель Стерлинг

– Я в порядке. – Заставляю себя сосредоточиться на Джемме, а не на растущей толпе вокруг нас. Не желаю остаток вечера высматривать Веронику и мисс Как-Бишь-Ее. Джемма глядит в упор, и я вздыхаю. – Все будет хорошо. Обещаю!

За нашими спинами кто-то добавляет растопку в костер. Он с хрустом пожирает деревянные чурки, и я оборачиваюсь посмотреть. От неиспользованной магической силы покалывает кожу – пламя завораживает, манит, и я приближаюсь к нему, как муха к электрической мухобойке. Нельзя, нельзя мне растворяться в песне огня, только не среди регуляров. Джемма следует за мной, и мы вместе стоим у костра, раскачиваясь в такт музыке, которая льется из чьей-то тачки. Шаг, еще шаг – я пододвигаюсь к пламени, пока не чувствую жар на лице. Энергия омывает меня, прогоняет мучительную боль от встречи с Вероникой, волшебным новокаином притупляет неприятные воспоминания.

Джемма трогает меня за локоть. В эдаком полутрансе поворачиваюсь к ней, и она кивает на Нолана Эбботта. Как и мы, Нолан переходит в двенадцатый класс, он новый капитан футбольной команды и неровно дышит к моей лучшей подруге.

– Похоже, у кого-то сегодня есть обожатель! – Я легонько толкаю Джемму в плечо и шевелю бровями. – Он тебя интересует?

Джемма встречает оценивающий взгляд Нолана.

– Не совсем в моем вкусе, – наконец говорит она. – Хотя… какого черта? Летний роман еще никому не мешал. – Джемма замолкает, кусая губу, и снова смотрит на меня. – Я не могу тебя бросить.

– Ничего страшного. Я у костра постою.

– Точно? – Джемма пронзает меня взглядом, и я киваю. – Когда вернусь, хочу, чтобы ты веселилась на полную катушку, а не хандрила из-за Сама-Знаешь-Кого.

Я поднимаю три средних пальца к усыпанному звездами небу.

– Честное скаутское! А теперь топай отсюда.

Улыбнувшись, Джемма плывет через поляну к Нолану, который делает вид, что не ждет ее. Когда Джемма подходит, он широко ухмыляется, а я поворачиваюсь к костру.

– Ханна!

Свое имя я слышу, но не реагирую, растворившись в мерцании пламени и пульсации музыки.

– Земля вызывает Ханну! Ханна, ответь Земле! – Голос с низким тембром раздается еще ближе, улавливаю в нем дразнящие нотки.

Я улыбаюсь, сообразив, кто оторвал меня от созерцания пламени, и оглядываюсь поздороваться.

– Привет, Бентон! Рад, что завтра выпускной?

– Испытываю радость и облегчение. Размышляю о своем месте во вселенной. – Бентон смеется, играя ямочками, от которых Джемма потеряла голову, когда мы были девятиклассницами, а Бентон – десятиклассником, только что переехавшим в Салем. – Выпуск до сих пор сюром кажется. Поверить не могу, что школе – конец, понимаешь?

Киваю, хотя самой мне еще год учиться.

– Уроки ИЗО без тебя не будут прежними.

– Уверен, вы справитесь. – Глаз у Бентона дергается, словно он хотел подмигнуть, но на полпути передумал. Смотрит парень не на меня, а на пламя.

– Ну… – начинаю я, жалея, что в руках нет ничего – даже бутылки. – Планируешь до колледжа замутить что-нибудь веселое? Вечеринку у бассейна в этом году устроишь?

– Вряд ли. Родители засекли меня вылавливающим из воды банки из-под пива и не обрадовались их числу.

В ответ я смеюсь. В прошлом году на вечеринке у него была туча народу.

– А как насчет вечеринки для двоих? Обещаю быть приличной гостьей. – Я подталкиваю его локтем. – Зря, что ли, целый год с тобой на ИЗО сидела? Должны же быть какие-то бонусы.

У Бентона розовеют щеки.

– Такое можно устроить. – Он проводит рукой по волосам, и я замечаю татушку.

– Классная татуха. – Показываю на черный треугольник у него на запястье. – Новая? Не помню, чтобы на уроках ее видела.

– Что? Ах да! Я заранее подарил ее себе на выпускной.

– Что она означает?

В костер подкидывают растопку, к небу взлетают искры. Бентон отступает на шаг и заслоняет глаза рукой. Нехотя отступаю и я. Пламя, ласкающее лицо, и сила, пробуждающаяся от контакта, – это нечто совершенно бесподобное, но здесь магическому кайфу не место. Стихийницу огонь не обожжет, но зачем давать повод для вопросов о том, что одежда горит, а я – нет?

Бентон обводит пальцем треугольник на запястье.

– Это дельта. Символ перемен. Единственная вещь в жизни, на которую можно полагаться по-настоящему.

Короткий кивок – вот и весь мой ответ. Бентон ничего не добавляет, и я на него не давлю, растворившись в танце огня. Искры снова летят к небу. По спине бегут мурашки: костер большой, и будь мы одни, я бы такого натворила…

Бентон бочком придвигается ко мне, и что-то в его позе отвлекает мое внимание от пламени. Я вытягиваю шею, чтобы встретить взгляд парня.

– А на самом деле как ты? – спрашивает Бентон. – Знаю, после разрыва с Вероникой тебе было тяжко. – Он засовывает руки в карманы рваных джинсов, но при этом вторгается в мое личное пространство.

– Тяжко – самый точный эпитет. – Упоминание Вероники – как удар кинжалом в сердце. Хочу домой, чтобы дать волю слезам, давящим на глаза изнутри. Вот зачем он так? Он же все видел. Присутствовал при неприглядном выяснении отношений, стоя у автобуса, который должен был ехать в Салем. Он вместе с Джеммой успокаивал меня по дороге домой, а мне было жутко конфузно.

– Извини. – Бентон тянет себя за волосы, они на миг встают дыбом, а потом падают. – Так я и думал. Знаю, время неподходящее, но… давай как-нибудь выпьем кофе?

Я смотрю на своего приятеля. Не мигая. Изумленно. Слегка в шоке.

– Прекрасно понимаю, что тороплю события. Правда. В обычной ситуации я не позвал бы на свидание человека, только что расставшегося с предыдущей пассией, но в августе я уже буду в Бостоне. Мне не хотелось уезжать, не попробовав, поэтому…

– Ты сейчас серьезно приглашаешь меня на свидание?

Бентон тушуется. Эту сцену он явно представлял себе иначе.

– Мм… да.

– Почему?

– Ты смешная. И умная. И добрая. И…

– И стопроцентная лесбиянка, – выпаливаю я, пока ситуация не стала совсем неловкой. – Я думала, ты в теме.

Бентон смотрит себе на ноги.

– Ну… То есть, да, в теме.

– И что? – Гнев и ощущение предательства поднимаются из самого нутра. – Ты рассчитывал превратить меня в натуралку?

– Нет! Конечно нет! – Бентон шумно выдыхает и переплетает пальцы на затылке. – Чувствую себя полным идиотом.

На сердце становится легче. Чуть-чуть.

– Притворимся, что никакого разговора не было. – Протягиваю ему руку. – Друзья?

– Друзья. – Бентон тоже протягивает мне руку, но морщит лоб. – Не понимаю, зачем Саванна попросила пригласить тебя на свидание. Она заявила, что ты бисексуалка. И вроде я тебе нравлюсь…