Жените нас, ректор! - Ксения Власова

Раздраженно вспарывая концом подобранной палки высокую сочную траву, я, дождавшись, когда «матушка» уйдет с крыльца, нырнула вбок — в сторону, ведущую к речке. Собрать фрукты с диких деревьев я еще успею, а вот умыться не помешает. К тому же вода хоть ненадолго уймет зуд от комариных укусов, расчесанных до крови.

Спустившись с холма, на котором стояла деревня, я осторожно ступила на песчаный, поросший колючим кустарником берег и огляделась. В темно-зеленой воде водились хищники, напоминающие наших крокодилов, наверное, поэтому местные не любили купаться. Но мне идеология «сантиметр не грязь, а два — сама отвалится» никогда не была близка, так что я предпочитала рисковать, зато ходить чистой. За те три месяца, что я провела здесь, мне еще ни разу не попался речной монстр. Возможно, местные просто травят байки, специально пугая меня.

Я поставила на песок плетеную корзину, убедилась, что за мной никто не наблюдает, и быстро скинула длинную, жалкого вида юбку и выцветшую от времени грубую рубашку на два размера больше нужного. Впрочем, здесь жаловаться было не на что: так ходили все женщины деревни за редким исключением. Те, у кого все-таки водились деньги, одевались приличнее.

Я ногой потрогала воду, а затем смело шагнула в реку. Тело, искусанное комарами, мгновенно расслабилось, и я едва сдержала блаженный вздох. А ведь раньше меня и джакузи не особо впечатляло. Как люди меняются, однако!

Я распустила длинную, до пояса, косу. К новому телу я так толком и не привыкла, поэтому вздрогнула, когда лицо укрыла завесь белых, как лен, волос. Пришлось напомнить, что это все — и хрупкое тело с худыми, но сильными ногами, и лицо с непривычно тонкими чертами, и даже васильковые глаза — все это теперь мое. Вместе с кучей проблем, доставшихся в придачу.

Честно говоря, понятия не имею, почему вдруг заняла место этой несчастной девчонки, Арианы — старшей дочери в семье бедняков, где каждый рот — ежедневная головная боль. Последнее, что я помню: зебру, по которой переходила дорогу на зеленый свет. Я до сих пор просыпаюсь по ночам от звука визжащих тормозов и последовавшего за этим глухого удара. Я не почувствовала боли, только удивление. В горле навечно застыл нервный смешок: я, журналистка, вечно играющая с огнем из-за своих опасных расследований, умерла просто переходя дорогу в положенном месте и на правильный сигнал светофора. Ну разве не забавно?

Открыла глаза я уже в новом теле под сенью раскидистого дерева, увешанного незнакомыми тяжелыми плодами. Один из них лежал рядом с моей головой, а на макушке зрела огромная шишка. Позже я поняла, что Ариана, как обычно, собирала фрукты, но не удержалась и рухнула вниз. Возможно, причиной ее падения стал как раз не вовремя сорвавшийся плод, угодивший ей в голову. Умерла ли Ариана или попала в мое тело, я не знала. Связаться с домом не было никакой возможности: за это даже маги не брались, а они здесь причислялись едва ли не к богам. Это было объяснимо, учитывая, что именно магия спасла жителей деревни и всего небольшого королевства от голода и разгула стихии. Конечно, не бесплатно. Теперь местные жители — подданные Кимберлинского королевства, так благородно и щедро протянувшего руку помощи слабым соседям.

Я прополоскала волосы, еще раз умыла лицо и вышла на берег. Одежду натянула прямо на мокрое тело, волосы отжала и заплела в косу, скрепив ее концы лентой. Найдя взглядом брошенную корзинку, я опустилась перед ней на колени и выудила со дна банку с краской темно-синего цвета. Поморщилась от едкого запаха и торопливо нанесла ее на лицо и открытые участки тела. Я настолько привыкла к «цветным» лицам местных, что уже и смеяться не хотелось. Все равно ничего лучше от укусов насекомых здесь пока еще не придумали.

Здесь вообще до многого еще не додумались. Например, идея сжечь «Домострой» им в голову не приходила. Женщина до сих пор считалась собственностью мужчины — отца, мужа или брата. Именно поэтому все мои побеги заканчивались неудачей: узнав, что я попала сюда из другого мира, меня вежливо, но неумолимо возвращали в лоно «семьи». Даже уйти в местный аналог монастыря не позволили: потребовали разрешение опекуна или его представителя. Ну разве не бред?

В то, что я попаданка, верили сразу: таких случаев было немало. Вот только мою судьбу это не облегчило, ведь вернуться, как оказалось, было нельзя: умершим в своем мире была заказана дорога назад. Никто так и не смог объяснить, почему так происходит. Кроме пространных речей от местных чиновников о «втором шансе», я ничего не услышала. Да-да, в город меня все-таки свозили и властям показали, но только ради того, чтобы нацепить на меня артефакт, опознающий присутствие магии. Как сообщил какой-то седой и хмурый представитель закона, магия принадлежит душе, а не телу, а потому всех иномирян проверяют на ее наличие. Никогда не забуду волнения, написанного на лицах моих «родственников». Они до последнего надеялись, что в пойманной рыбке найдется икра, но нет. Я оказалась пуста. Чем меня не уставали попрекать, ведь маг в семье — это огромная удача и счастья. Ах да, еще возможность получить образование и вырваться из нищеты. Но не везет так не везет.

Впрочем, временами удача мне все-таки улыбалась. Например, все это время мне удавалось избегать побоев «отца». Не то чтобы он страдал милосердием (мои попытки сделать ноги вызывали у него лишь злобу), но все время что-то случалось: то сосед вовремя заходил позвать на пьянку, то ливень неожиданно начинался, а то и вовсе сдыхала последняя курица. В общем, «папуля» решил, что меня берегут сами боги, и лишь грозился прибить, но не трогал. Что не мешало ему меня эксплуатировать по полной: закон был на его стороне. Из этого рабства путь был один — замуж. Но местные женихи не внушали доверия. Сменить одно ярмо на другое я не торопилась.

— Ариана!

Я вздрогнула и подняла голову: по золотому песчаному склону торопливо спускался Ион — мой младший «брат».

Солнце полностью взошло, поэтому пришлось прикрыть глаза ладонью. На лбу уже выступила испарина: как же жарко и влажно!

— Что случилось?

Ион съехал на спине со склона и, оказавшись у моих ног, быстро поднялся и принялся отряхиваться. Голос его звучал взволнованно и прерывисто.

— Тебя зовет матушка.

Я непонимающе нахмурилась.

— Сейчас?

— Ага, маги уже совсем рядом. Они приехали раньше обычного.

Я тихо ругнулась себе под нос. Кажется, завтрак мне не грозит. В лесу хоть перекусить можно было, а теперь придется стоять на жаре и улыбаться сытым и богатым чужакам, рассматривающим нас как диких животных в зоопарке. Я знала, о чем говорю. Это было уже не первое посещение деревни магами. Неподалеку отсюда нашли источник энергии, и теперь маги частенько катались сюда, чтобы изучить его.

— Матушка сказала, не придешь — и тебе не поздоровится, — деловито предупредил Ион.

Его светлые, выгоревшие на солнце вихри топорщились на макушке. Плутовская улыбка не сходила с пухлых губ, а взгляд уже успел изучить содержимое моей корзинки. Из всех членов моей новой «семьи» Ион был самым безобидным: он не задирал меня, но вот возможности утащить из моей тарелки что-то вкусное никогда не упускал. На вид ему было лет семь, но точно сказать не могла даже «матушка». Счет дням здесь, в мире круглогодичного лета, не вели. И правда, зачем? Фрукты зреют каждый день и даже без каких-либо усилий. Знай собирай себе их и только. Никакой мотивации для ведения календаря.