Сияние слез - Юлия Ляпина

Танред сел в кресло, опасливо поглядывая на тетку: чего еще выкинет?

Но тетка, испытывая его терпение велела подать чаю, потом завела долгую светскую беседу о погоде и видах на урожай. После третьей чашки гость не выдержал:

– Тетя, все это хорошо, но мне нужно знать, кто такая Тина и почему отец все оставил ей. А самое главное, где ее искать!

Пожилая дама отодвинула чашку, промокнула губы салфеткой и насмешливо покачала головой:

– И чему тебя учили в твоем пансионе, мой мальчик? Неужели грубить пожилым дамам?

Танред едва не взвыл волком. Он потемнел лицом и уже собирался выбежать вон, предварительно опрокинув стол, но дама неожиданно стала серьезной и печальной:

– Если ты не знаешь, почему в замке появилась Тина, значит, твой отец запутался в своих тайнах и это нехорошо.

– Тетя… – граф поморщился, не желая обсуждать поведение отца.

– Ладно, – женщина неожиданно смягчилась, – знаю, что Патрик всегда был слишком чувствительным, и смерть Инолы его подкосила. Может поэтому он все откладывал передачу тебе семейных секретов, а в итоге не успел. – Тетушка вздохнула и продолжила: – Если бы ты рос в замке, ты бы знал, как в нашем роду выбираю жену. Уж не знаю, дар это или проклятие, но будущая графиня Этуш в пятнадцать лет начинает плакать жемчугом. Причем заставить плакать девочку нельзя. Если она будет притворяться, слезы будут обычными. А вот случайные слезы всегда становятся камнем. Потому наш род так богат, каждое поколение получает ларец самого крупного и чистого жемчуга вместе с супругой.

Граф, воспитанный в городе не верил своим ушам: – что это? Тетушка тронулась умом?

– Вижу, не веришь, мальчик, а зря! – леди позвонила в колокольчик, вызывая служанку: – Тильда, принеси шкатулку с моего ночного столика.

Через минуту служанка вернулась с простой серебряной шкатулкой:

– Смотри, – сказала тетушка, открывая ларец, это слезы твоей матери. Однажды она была у меня в гостях и увидела мертвую канарейку.

В шкатулке лежали безупречные каплевидные жемчужины.

– Сравни их с теми, что нашел в сокровищнице, – усмехнулась тетя, и добавила: – думаю, твой отец совсем не имел любовниц, он слишком любил твою мать. Зато он нашел для тебя невесту.

Танред не верил своим ушам.

– Невесту?

– Конечно. А ты не знал, что наследники рода Этуш появляются только в браке? Можешь не искать, бастардов в округе нет. Этот дар получила от своей прабабки первая графина Этуш. Очаровательная была женщина, и очень умная. – Тетя погрузилась в воспоминания, как это свойственно пожилым людям, но быстро вынырнула обратно: – Ищи свою Тину, Танред, она твоя суженая. И зная Патрика, держу пари, девочка где-то рядом.

Простившись с тетушкой ошеломленный граф вернулся в замок и озадачил всех слуг и воинов поисками неведомой Тины.

Тина

Происшествие со стражником превратило меня в странное чудовище. От меня шарахались суеверные слуги, трясли наглые пажи, а придворные дамы норовили ущипнуть, чтобы подхватить упавшую слезинку. Все прекратилось, когда приехал граф. Он немедленно вызвал меня в свои покои и получив подтверждение слухам принял решение:

– Тебе нужно учиться, Констанция. Я мог бы оплатить тебе столичный пансион, но увы, эта особенность нашего рода делает твое пребывание в столице невозможным. Слишком много недобрых и продажных людей захотят приобрести себе богатство за твой счет. Мне нужно подумать, как спрятать тебя, девочка и в то же время дать возможность жить.

Идею подсказала двоюродная тетушка его светлости. Она редко выбиралась из своего дома, но всегда была в курсе новостей всего огромного графства, а порой и королевства.

– Патрик, – фыркнула она, явившись в гости к его светлости уже на следующий день – вспомни, как прятали Инолу, прежде чем ты сумел ее отыскать.

Краска бросилась в лицо его светлости, но прежде чем он успел открыть рот, тетушка его перебила:

– Маска, домино, длинное платье и перчатки, девочку родная мать не узнает! Посели ее рядом и учи, через пяток лет Танред будет тебе благодарен.

Я тогда мало что понимала, поэтому соглашалась на все. Его светлость поселил меня в комнатах своей супруги, и запретил покидать их без маски, плаща и перчаток. Ела я в своих покоях, но обязательно присутствовала за общим столом. Знакомство со всеми ключевыми персонами графства входило в мое обучение. Гуляла я теперь только с его светлостью или парой служанок богатырского роста. Меня учили ездить верхом и плавать, метать кинжалы и делать перевязки раненым, но все тихо, тайно.

Проходя длинными коридорами мимо комнаты воспитанниц, я мучительно остро сознавала, как много я потеряла. Не было былой беззаботности, нельзя было распустить волосы и пойти в самую короткую ночь в году к заросшему пруду – гадать на жениха. Учеба, учеба и еще раз учеба. А еще волны презрения от бывших подруг, от слуг и придворных. В лицо они говорили мне любезности, но стоило повернуться спиной, как я слышала массу предположений о своей уродливости, безумности и ловкости. Говорили, что я верчу графом, что тяну из него деньги. Уверяли, что его светлость на старости лет выписал себе рабыню из жаркой страны, в которой женщин с пеленок учат покорности и мастерству в постели.

Хуже всего стало, когда приехал молодой наследник. Высокий темноволосый мужчина с короткой военной стрижкой однажды в полдень легко спрыгнул с коня во дворе замка. Лорд Патрик поспешил к нему навстречу:

– Сын! Рад тебя видеть!

Словно не веря в такое радостное приветствие, лорд Танред глянул исподлобья, но позволил себя обнять.

– Добрый день, отец. Лорд Горус отправил меня в отпуск, советуя навестить родные края.

Графу, наверное, было неприятно, что сына заманил домой только приказ прямого командира, но он ничем не выдал своего огорчения:

– Лорд прав, графство нуждается в твоей помощи. На западе появились речные разбойники…

Беседуя, мужчины вошли в замок и, я перестала их слышать.

Лорд Танред провел в замке несколько дней, отдыхая и разрабатывая план захвата разбойников. Все эти дни я хотела просидеть в покоях, но граф настойчиво выводил меня к столу, приглашал позавтракать с ним и его сыном, и даже просил наследника погулять со мной в саду, если бывал занят.

Конечно, будущему графу не нравилась такая настойчивость отца. А может он просто опасался поползновений с моей стороны, ведь и он и весь остальной мир считали меня любовницей лорда Патрика. К счастью мы оба умели молчать, поэтому часы, проведенные в посиделках у пруда или прогулках в коляске, не доставали нам обоим особых хлопот. Лорд Танред просто спал, а я либо читала прихваченный с собой томик стихов, либо делала наброски окрестностей.

На следующий год визит наследника повторился и был уже более продолжительным. Лорд Патрик возил сына по всем поместьям вассальных рыцарей, демонстрировал мануфактуры и рудники. Придворных дам удивляло только то, что граф не спешил устраивать «бал невест» не приглашал в гости соседей с молоденькими дочками, и вообще вел себя так, словно у лорда Танреда уже была невеста. Впрочем, такое вполне могло быть. Знатнейших людей королевства частенько обручали еще в колыбели.