Сдаюсь на вашу милость - Екатерина Полянская

Боль схлынула.

Некоторое время я еще стояла на месте с приоткрытым от изумления и возмущения ртом.

Да что ж за день-то такой?!

— Эйза? — Парень, который привез меня сюда, спрыгнул на тротуар и теперь сверлил меня взглядом. Приблизиться не решался. — Все нормально?

Нет.

Точно нет.

Я расправила плечи.

— Конечно, я просто… задумалась. Не привыкла к жужжащему городу.

Вообще-то я не обязана ничего ему объяснять.

Произошедшего никто не заметил, слуги таверны продолжали заниматься своими делами.

Я поспешила юркнуть в экипаж.

Минуту спустя он тронулся с места.

Где-то на выезде из города меня скрутило второй раз. Теперь горели лишь некоторые места — руки, бедра и низ живота. Больше, сильнее, до черноты перед глазами. Я почти потеряла сознание, когда боль стала затихать.

Шайтан… Ну и денек.

Скрючившись на сиденье, некоторое время я просто дышала, приходила в себя.

Все? Или еще будет?

Интуиция, о существовании которой я прежде не подозревала, утверждала, что пока можно расслабиться.

Заранее зная, что именно сейчас увижу, я осторожно приподняла рукав. Даже прикосновение легчайшей ткани сейчас причиняло боль. И картина взгляду открылась та еще… Опухшая, покрасневшая кожа, а на ней от запястья до предплечья проступают узоры — черные ветви с алыми цветами. Со временем цветы еще и светиться начнут.

Да, я уже сообразила, что это.

Печати страсти.

Темное заклинание.

Голос в голове был прав: если оно подействует, я должна буду сгорать от вожделения к незнакомцу из таверны. Не к слуге, к хозяину. Пока же было просто больно, как при ожогах. И противно. И страшно. Еще я очень устала.

Надо же было умудриться нарваться на богатого безумца, который еще и магией владеет! Я слышала, почти все одаренные семьи давно уничтожены. Каждый из поочередно сменяющих друг друга султанов видел в них угрозу своей власти… Но кто-то, видимо, остался. Хорошо бы аккуратно разузнать.

И он, наверное, подкупил управляющего.

Заклинание поджидало меня где-то на пути от двери до экипажа.

Я еще раз прислушалась к себе и вновь убедилась, что испытываю что угодно, только не страсть.

Вот и ладно. Значит, сейчас пойду к Старшей Сестре… и, может быть, все ей расскажу. Она всегда знает, что надо делать. Ну, так другие сестры говорят, лично у меня раньше никаких проблем не случалось.

В кабинете Таин все пошло слегка не по плану.

Дверь была приоткрыта, и Старшая увидела меня, еще когда я подходила.

— Входи. Что-то ты долго.

Мне указали на кресло. Значит, не сердится.

Женщина по ту сторону стола имела открытое и дружелюбное лицо. Смотришь на нее и… расстраивать не хочется. Сестры поговаривали, что с тем же располагающим лицом и бесконечным светом в темно-зеленых, очень красивых глазах она могла спокойно всадить нож в сердце той, кого посчитает предательницей. И я им верила. Однако сейчас, неожиданно для себя, поддалась очарованию.

— Он очень опоздал, — немного наябедничала и слегка улыбнулась я.

Лицо напротив озарила понимающая улыбка.

Молодая, стройная и очень привлекательная, Таин ни капли не изменилась за почти пятнадцать лет, что я прожила в Башне.

— Мужчины отвратительно предсказуемы, — рассмеялась она. — Запомни, Эйза: если тебе повезет встретить того, с кем не потянет морщиться от скуки, немедленно выходи за него замуж. — И подмигнула мне.

Я выдавила еще одну улыбку.

С чего бы, интересно, какому-нибудь незаурядному типу вдруг захотеть жениться на мне?

— Умница, ты хорошо справилась.

Знала бы она, во что я вляпалась…

Но я не смогла сказать. Было так стыдно. И что-то внутри сопротивлялось, требовало обождать с признанием.

— Я… могу идти?

— Нет.

Сердце замерло.

Знает?!

За миг, пока Таин молчала, у меня едва ли не вся жизнь пронеслась перед глазами.

— У меня есть для тебя новости.

Я выдохнула. Неужели…

— Я заметила, у тебя неплохо получается справляться с ученицами.

— Да, мне нравится работать в школе, — закивала я.

Всемилостивая Айте, неужели?!

— В таком случае, мои поздравления. — Таин вдруг протянула руки и ободряюще погладила мои ладони. — Я нашла для тебя место.

Головокружительное счастье смешалось с недоумением.

— Но… разве кто-то из наставниц уходит? — Насколько мне было известно, у нас полный комплект. Лишь это знание останавливало меня от того, чтобы предложить свою кандидатуру раньше.

Старшая снисходительно склонила голову.

— Нет же, это ты теперь будешь жить в другом месте.

— Что?..

День решил быть плохим до конца.

— Видишь ли, — она все-таки принялась объяснять, — дочке одного из шейхов нужна учительница. Это в Мешше, недалеко отсюда. Ты сможешь приезжать в Башню и навещать подруг по выходным. Хотя, насколько я знаю, ты ни с кем особенно не дружна… Тебе выделят покои, отличное жалованье и позже дадут рекомендации, с которыми ты сможешь учить хоть детей султана.

Мысли метались быстро-быстро. Самой яркой из них оказалась и самая неприятная, которую я и озвучила:

— Я должна разузнать там что-то? Шпионить за шейхом?!

— Упаси Айте! — отмахнулась Старшая. — Твой будущий хозяин неплохой человек. В придворные интриги не лезет, с соседями дружит, вносит щедрые пожертвования куда только можно. Тебе надо просто работать. — И, прищурившись, добавила: — В их доме бывают разные люди, можешь устроить свою судьбу. Учитывая твои более чем скромные способности, я никогда от тебя ничего не захочу. Разве что кроме дочек, если они у тебя будут.

Ясно.

Меня только что аккуратно выперли из единственного дома, который я когда-либо знала.

Предложенная судьба виделась неплохой, но все равно почему-то стало грустно.

— Ну что, согласна? — уточнила Таин. И тут же немного вспылила: — Да не кисни ты, это отличное предложение!

Разве у меня есть выбор?

— Да, разумеется. — Я встала и чуть склонилась. — Нет предела моей благодарности Старшей Сестре.

Таин одобрительно улыбнулась. Именно это она и хотела сейчас услышать.