Парный танец - Франциска Вудворт

– Очень!

Хант отвернулся. Несмотря на его согласие, мне показалось, что разговор с сестрой заставил барса задуматься.

– Эля, ешь. – Он поставил передо мной чашку с чаем и сел напротив. – Я понимаю, что тебе сложно, но не стоит драматизировать. Я не против твоего общения с родственниками. У нас тоже кровные узы много значат.

– Мы с Дашей никогда не расставались надолго. Мне будет намного легче, если она будет рядом, – опустив глаза, тихо произнесла я. С барса станется отсрочить приезд сестры, и хотелось, чтобы он проникся, как это важно для меня.

– Жизнь всегда приносит перемены. Я слышал, что у нее есть жених. Ты же понимаешь, что со временем она бы все равно вышла замуж и вы бы разъехались.

– Да. Но я бы успела морально подготовиться к этому! – воскликнула я, подняв глаза.

– Я понял, что для тебя важно морально подготовиться, – смотря на меня, улыбнулся краешком губ Хант. – Поэтому и не стал приземляться, пока ты спала. Ешь, и я покажу тебе Архан с высоты птичьего полета.

– Архан?

– Это столица. Наш дом.

Насчет данного утверждения я бы поспорила, но вслух благоразумно ничего не сказала, опустив голову и принявшись за еду. Стало тревожно. Не знала, что меня ждет впереди, но уже была убеждена, что вряд ли понравится на новом месте.

– Эля, давай перейдем на «ты», – мирным тоном предложил барс, и я чуть не подавилась блинчиком.

– Вы уже давно перешли, – заметила я.

– Но ты продолжаешь мне «выкать».

– Я вас слишком мало знаю, чтобы «тыкать».

Надо же, не думала, что его это заботит.

– Внутри семьи мы обходимся без формальностей, – пояснил барс, пропустив мимо ушей мою шпильку.

– То, что вы назвали себя моим мужем, еще не сделало вас моей семьей, – упрямо произнесла я.

– Эля, ты можешь воспринимать новую жизнь в штыки, но от этого сделаешь хуже только себе, – терпеливо произнес Марр ишт Хант, никак не реагируя на мое упрямство.

– Но и особых поводов для радости я пока не вижу.

– В Шаадане, нашей резиденции, я выделю людей, которые познакомят тебя с традициями и историей моего народа. Они помогут тебе адаптироваться и привыкнуть ко всему. Со всеми вопросами можешь обращаться ко мне или к ним. Если будут просьбы или пожелания, я всегда готов тебя выслушать.

«Отпустите меня домой!» – мрачно подумала я, опуская взгляд в свою тарелку.

Стоило мне расправиться с завтраком, барс подошел и протянул руку:

– Пойдем, я познакомлю тебя с Арханом.

Я встала из-за стола, игнорируя его помощь.

– Эля, дай мне руку, – мягко произнес барс, не двинувшись с места, а я тут же спрятала их за спину.

– Зачем? – с подозрением уставилась на него.

– Мне неприятно, как ты съеживаешься от моих прикосновений. Я не собираюсь набрасываться на тебя или обижать. Ты ведь уже держала меня за руку, и ничего страшного не случилось.

– Я еще танцевала с вами и оказалась замужем. Извините, но воздержусь.

– Тебя это ни к чему не обяжет.

Его протянутая ладонь так и зависла в воздухе, но для меня было немыслимо прикоснуться к нему, несмотря на то, что всеми фибрами души я ощущала себя в безопасности и чувствовала исходящую от барса спокойную уверенность.

– Нет. – Я даже отступила на шаг, понимая, что протянутая рука дружбы лишь иллюзия того, что у меня есть выбор. – Не хочу.

Кажется, в этот момент ишт Ханту понадобилась вся его выдержка.

– Скажи, куда подевалась улыбчивая и доброжелательная девушка, которая не испугалась того, что оказалась на другой планете, и была полна любопытства и желания познакомиться с новым миром?

– Она узнала, что стала вашей женой, и почила с миром.

– Эля, ты моя супруга, и этого не изменить. Дай мне шанс.

«Это спорный вопрос», – подумала я, помня об ограничении в год, и опустила ресницы, скрывая свои мысли. Не собиралась облегчать барсу жизнь. Притащил меня сюда без согласия – пусть теперь расхлебывает. Еще неизвестно, как он вел бы себя, не будь нужды в моем добровольном согласии на принятие зверя.

– Вы хотели показать мне Архан, – напомнила я.

– Идем.

Марр ишт Хант опустил руку и первым пошел на выход.

В кабинете барса мы подошли к панорамному окну, и передо мной предстал город. Сразу поразило то, что все утопало в зелени. Росчерки дорог создавали причудливые геометрические узоры. Площади и водоемы смотрелись драгоценными украшениями на зеленом полотне внизу.

Дворцовый комплекс находился в центре Архана, на возвышении, и даже с высоты выглядел огромным и величественным. От него тянулась широкая аллея, заканчивающаяся площадью, в центре которой были разбиты клумбы правильной геометрической формы. За площадью блестело круглое озеро с фонтаном в середине. Вокруг росли деревья вроде наших кипарисов, и были какие-то постройки. Может, беседки, не разобрать. За озером – словно гигантский газон с дорожками в виде ромбов. И снова водоем, на этот раз уже квадратной формы, потом площадь с большой скульптурой в центре, и опять круглое озеро.

Сам дворец был построен буквой «П». Половина внутреннего двора пуста. Вторая же часть отгораживалась зеленой полосой, и здание от нее шло полукругом. В середине несколько фонтанов и клумб. От центра, как спицы в велосипедном колесе, тянулись зеленые насаждения, разделяя территорию на сегменты.

– Это женская половина? – догадавшись, указала я барсу.

– Да. Где бы ты предпочла пожить, пока будут идти ремонтные работы в наших покоях? Мы можем занять гостевые комнаты во дворце, или ты поселишься на женской половине. Из плюсов – там у тебя будет своя отдельная территория с выходом в сад, но… мне бы не хотелось, чтобы ты жила среди других женщин.

– А где жили ваши предыдущие жены?

– Эля, это разные вещи. Не сравнивай.

– Где?

– На женской половине, – скрипнул зубами Хант.

– Тогда и я там поселюсь. Хорошо, что из комнат будет выход в сад. Всегда можно воздухом подышать, – беспечным тоном произнесла я. Жить в женском серпентарии совсем не хотелось, но согласилась из расчета, что чем дальше от барса, тем лучше. С него станется поселить меня в смежные покои и заглядывать на огонек в любой момент.

В противовес нашим городам, где центр перегружен зданиями, здесь все было наоборот. В зеленом массиве виднелись особняки с красными крышами, не выше трехэтажных, и лишь ближе к окраине здания становились ниже и гуще, а зелени почти не было.

– Кто там живет? – указала я на густонаселенные районы.

– Вейды.

– Те, которые так и не приняли зверя?