Милость Келсона - Кэтрин Куртц

Они нашли герцогиню в прохладе монастырского сада; сидя под тенистым деревом, она что-то писала. Возле нее на скамейке лежало несколько писем и выглядевших старыми свитков, пузырек с чернилами и принадлежности для запечатывания писем. На одеяле, расстеленном под соседним деревом, под присмотром няни играла маленькая дочь Риченды и Моргана, Бриони, начавшая ходить малышка полутора лет от роду.

– Добрый день, милорд… Сир, – вставая, сказала Риченда, когда Морган и король подошли к ней. – Какие у вас мрачные лица. Что-то случилось?

Поморщившись, Келсон жестом усадил ее и, опустившись на траву возле нее, краем глаза глянул на няню.

– Я так не думаю… пока. Но мне будет нужна Ваша помощь. Аларик, давайте пока оставим это в секрете, хорошо?

По знаку Келсона Морган пошел отпустить няню и вернулся со смеющейся Бриони на руках. Когда он плюхнулся на траву рядом с Келсоном и, держа свое дитя на коленях, стал строить ей рожицы, чтобы позабавить ее, Келсон вздохнул и растянулся на траве, положив руки за голову.

– Прошу прощения, что мешаю, – сказал он. – Я пришел, чтобы попросить о помощи. Я только что взял двух заложников-Дерини.

Риченда отложила перо и пергамент и разгладила свою юбку. Она была одета в платье бледно-голубого цвета – этот оттенок делал ее глаза похожими на небо, которое Келсон мог видеть через листья над своей головой. Сейчас эти глаза смотрели на него с удивлением и нескрываемым любопытством, и чуствовалось, что разум ее спокоен и безмятежен как вода в высокогорном озере.

– Двух заложников-Дерини, – тихонько повторила она. – Я ожидала трех.

Келсон поднял голову и удивленно посмотрел на нее.

– Вы ожидали, что я возьму заложников?

Риченда изящно пожала плечами. – Я думала, что если Вы это сделаете, то возьмете троих, а не двоих. Разве Вы не принимали этим утром Мораг Торентскую и двух ее сыновей?

Келсон вздохнул и посмотрел на светловолосую Бриони, стоявшую на четвереньках в траве между ним и своим отцом.

– Она привезла только Лайама. По ее словам, Ронал очень болен, и она оставила его под опекой Махаела Ардженола. Лайам вполне послушно присягнул, но мне показалось, что что-то было не так. Я побоялся, что поскольку Ронал у Махаела, они могут воспользоваться моим отсутствием как повода для того, чтобы поднять мятеж на востоке. Я не могу так рисковать, ведь все лето мне придется провести в Меаре.

– Согласна, – сказала Риченда. – Значит Вас беспокоит то, что Мораг и Лайам – Дерини и могут что-нибудь учинить здесь, в Ремуте, пока Вы будете в походе.

– Или просто сбежать, – ответил Келсон, в который раз поражаясь ее способности понимать невысказанное. – Я попросил Арилана позаботиться о том, чтобы этого не случилось, и я не думаю, что Лайам станет проблемой для нас, несмотря на то, что он будет очень сильным, когда вырастет. Пока что он еще просто мальчик, и не пройдет и недели, как он будет играть с Рори и Пэйном.

– Да, скорее всего, так и будет, – согласилась Риченда. – А вот Мораг – далеко не дитя.

– Господи, нет, конечно! Вдобавок, она ненавидит меня. Если у меня и были какие-то сомнения на этот счет, то их больше нет. Больше всего меня беспокоит то, что она, пытаясь сбежать, может попытаться подкупить слуг. Не думаю, что она сможет в одиночку построить Портал…

В ответ на вопросительный взгляд Келсона Риченда отрицательно покачала головой.

– Вряд ли, очень немногие способны сделать это.

– Значит, любая попытка бегства потребует вовлечения других людей, – заключил Келсон.

– Это несложно предотвратить, – сказала Риченда.

Келсон устало улыбнулся. – Я надеялся, что Вы это скажете. Между прочим, мне думается, что рано или поздно ей потребуется общество других женщин – во всяком случае, через некоторое время. И Вы идеально подходите для того, чтобы присмотреть за тем, чтобы она не вышла из-под контроля.

– Так, – сказала Риченда тоном, который смягчил некоторую желчность ее слов, – я должна опекать двух королев-Дерини. Я не возражаю, – добавила она, заметив встревоженный взгляд Келсона. – Мораг, по крайней мере, не стыдится того, что она – Дерини.

– Но она не задумываясь использует это, чтобы облегчить свою судьбу, – сказал Морган, преградив своей босой ногой путь хихикающей Бриони, пытавшейся отползти в сторону. – Она – сестра Венсита и, наверное, чертовски хорошо обучена. Риченда, будь поосторожней.

Риченда улыбнулся и переплятя пальцы, охватила свое колено. – Милорд, мне кажется, что леди Мораг и я могли учиться у одних и тех же мастеров. Я закончила письмо к одному из них буквально за мгновение до того как Вы с Келсоном вошли в сад, – она взяла один из свитков и бросила его на живот Келсону. – Вот это я получила от него несколько дней назад. Это рассказ о гибели святого Камбера в Иомейре, составленный современником.

Келсон сел и раскрыл свиток. – Смерть Камбера, – прошептал он, проглядывая убористые строчки. – А здесь ничего не говорится о том, где его похоронили?

– Семейство МакРори построило в Керрори склеп, – сказала Риченда, – который теперь лежит в руинах. Само собой, тела там больше нет.

– Склеп разрушили, когда Камбера деканонизировали?

Покачав головой, Риченда взяла другой свиток. – Нет. Когда его объявили святым, считалось, что само тело его было вознесено на небеса, как и полагается святому. Но его сын заявил, что он просто перевез его тело в другое место, о котором он никогда не никому не расскажет. Он был священником, но почему-то всегда был против канонизации Камбера.

– Что, отец и сын недолюбливали друг друга? – спросил Морган, перехватывая Бриони одной рукой, чтобы заглянуть через плечо Келсона в свиток.

– Нет, упаси Господи. Они были преданы друг другу.

– Вы только послушайте, – прошептал Келсон, читая свиток. – Итак, Джорам МакРори и викарий михайлинцев вернулись с поля боя с телом павшего графа Камбера… – Он поднял глаза. – Кто такие михайлинцы?

– Военный орден рыцарей-священников, – ответила Риченда. – Говорят, что Джорам и несколько других Дерини, сыгравших важную роль в Реставрации, принадлежали к этому ордену. А викарий, о котором там говорится – это отец Алистер Каллен, ставший последним епископом-Дерини.

– Ну, не совсем последним, – усмехнувшись, сказал Морган, сажая Бриони себе на плечо. – Нам известны еще по меньшей мере двое.

Келсон фыркнул и продолжил просматривать свиток.

– Черт, как жаль, что мне придется потратить это лето на войну с Меарой! Это просто изумительно. Как Вы сказали, кто прислал Вам это?

– Я не называла его имени, но зовут его Азим. Он… – Она подняла голову и, подыскивая правильные слова, посмотрела на листья над их головами. – Он – дядя мужа моей двоюродной сестры, и, таким образом, мой дальний родственник, но я понятия не имею, кто он такой. Я всегда называла его дядей, но я знаю, что это не так. Для нас важно то, что он состоит в ордене Рыцарей Наковальни, анвильеров, которые базируются в Джелларде. Вы слышали о них, Сир?