Королевский маскарад - Оксана Демченко

Амалия зло зашипела: ради чего эти муки? Чтобы стать княгиней холодного и ничтожного края? Правда, потом ей обещали больше. Дикому пожилому князю отомстят соседи, и маркиз Лаур Ирим Алид’зим займет его место. Душка Лаур, о победах которого шепчется весь императорский двор, целиком достанется ей! Герцогиня даже на миг забыла о комарах, вспомнив приятное. Сладкому и настойчивому обаянию маркиза она поддалась минувшей весной, увидев черноволосого стройного южанина в ювелирной лавке, то есть совершенно случайно. И приложила усилия, чтобы второй раз повстречать самого, наверное, обсуждаемого и осуждаемого (это смотря кем) кавалера столицы.

При близком знакомстве Лаур оказался бесподобен: страстный, опытный и изобретательный, мечтающий угодить ей во всем, чтобы рассчитывать на ответную симпатию, а также, само собой, на влияние и золото рода Роль’гис. На большее ему не стоило надеяться… Блистательный маркиз молод, имеет репутацию самого модного ухажера и нерастраченный пыл. Он красив, силен, отменно сложен… ну и умен, этого не отнять. Будь к тому же чуть богаче – и к осени она, отмахнувшись от всех обязательств, переехала бы в замок мужа. Порой Амалия верила в свою решительность, дозволительную в мечтах…

А в жизни – зачем он нужен, уродившийся в нищей семье с четырьмя детьми и без единого замка? Только для забав. Наследница богатейшего рода южной провинции Империи сразу оценила перспективы и оплатила свой интерес сполна, не давая глупых надежд: у маркиза теперь новый выезд, изумительно подобранная вороная шестерка. Еще без счета дарились милые мелочи – перстни, трости, кинжалы. Кажется, он продал все. Этот «умный» дурак полагает, что должен устроить не только свою судьбу, но и счастье трех бестолковых сестер. Двух он пристроил не худшим образом, приходится признать. А младшую отдаст за родича принципала северных провинций. Это уже оговорено, Амалия сама похлопотала. Так что пусть только посмеет глянуть на постороннюю девицу – даже издали, – перейдя в собственность Роль’гис! Герцогиня усмехнулась. Бедный, но породистый муж – это занятно. Он ничуть не помешает ей быть хозяйкой положения. Всегда.

Задумчивость Амалии была прервана внезапно. Кисея упала на лицо, спутала руки, застелила полянку у ног. Визг служанок оскорбил слух.

Когда герцогиня выбралась из плена кисейного облака, никого рядом уже не было. Никого из слуг. А вот причина их испуга никуда не делась… Рыжая здоровенная рысь мягко спрыгнула с низкой ветки и скосила глаз на охваченную ледяным столбняком Амалию. Отвернулась и взялась усердно точить когти об кору неохватного дуба. «Совершенно так же прислуга правит позолоченный столовый нож», – обреченно подумала герцогиня. Обещание мага о защите было так же далеко, как красавчик Лаур и постылый поморский жених – в прежней жизни. От полянки до кареты четыре десятка шагов, но никто не спешит на помощь. И тишина леса удивительная, первозданная. Только комары тянут свою голодную песню да кора хрустит и крошится под чудовищными когтями.

Рысь села, очень мирно, по-кошачьи, фыркнула, потянулась, прогибаясь и далеко выставляя передние лапы с полностью выпущенными когтями. Амалия попыталась пятиться и, падая, прокляла непомерно длинную юбку со шлейфом. Рысь подпрыгнула высоко и радостно – мышка хочет поиграть! И двинулась к добыче боком, скалясь и шипя. Здесь она хозяйка, и все права на ее стороне. Не получится откупиться ни золотом, ни знатностью. Да и охрана… Амалия завизжала, судорожно огляделась – где же они? Рысь обнюхала муслин и рванула его, забавляясь. Укусила, снова зашипела, подбросила и полоснула задними лапами, падая на спину.

А потом смущенно поднялась и села красиво и смирно, прижатые уши дрогнули, задирая к небу пушистые кисточки.

– Эй, ты чего балуешь? – возмутился девичий голосок за спиной герцогини. – Иди, пока я не того, не рассердилась! Иначе гнусу отдам на съедение.

Рысь дрогнула и осторожно попятилась назад, припадая брюхом к самой траве и не решаясь шипеть. Даже оскал выглядел не угрозой – униженным извинением. Амалия не шевелилась. Она вообще плохо помнила себя, пока рыжий пожар меха несбывшейся смерти не угас, растворившись в зелени леса.

Незнакомка села возле герцогини, и та смогла рассмотреть спасительницу. Рыжую, как рысь, вызывающе зеленоглазую, со светлой кожей в редких, почти неприметных веснушках. «Явная деревенщина», – отметило пробующее выйти из ступора сознание. Хотя одета опрятно, на скромном буром платьишке нет заплат, передничек некрашеного льна вышит красиво и умело. Бусы из обожженной узорчатой глины, зеленая лента в волосах и нахальный взгляд… Глазеет, дрянь! И выговор странный, явно эрхойский – чужачка бессовестная, безродная.

– Могу и уйти, – понятливо прищурилась рыжая. – Мне и горя нет, с чего бы на неблагодарных недотрог время тратить? Учти, красавица, будь ты хоть сама королева Эрхоя, хоть императрица западная, я даром не тружусь. Я девушка практичная.

– А мне не надо ничего, – прошипела герцогиня. – Иди, пока цела. Карета рядом, доберусь. И еще посмотрим, кому и что достанется даром, дрянь говорливая. Я герцогиня!

– Ну-ну, – хихикнула рыжая. – Иди, герцогиня. Только учти, сердешная: что одна ведьма тебе сделала, то у другой исправлять следует. Всякие ученые маги тут бесполезны, они вообще – того…

Пояснять ничего нахалка не стала, лишь презрительно повела плечами. Встала, гордо тряхнула кудрями, густыми и довольно короткими, едва достигающими лопаток. Сердито одернула передник, подобрала лукошко, только теперь замеченное Амалией. Еще раз оглянулась и скорчила рожицу.

– Жаль мне тебя, хоть ты и жадина. Если что – кричи. Услышу, может, еще разок и выручу, но на многое не рассчитывай. Я пока в оплату возьму ту тканину, на туман похожую.

– Не смей, – возмутилась Амалия. – Она для защиты моей особы от комаров.

– Да ладно, – рассмеялась рыжая. – Не тронут, не бойся, я им жала пооткручиваю, мимо будут гудеть. Но теперь твердо помни: это второе одолжение. Начнешь орать и звать – готовь денежки. За вывести из леса пять монет серебром, ваших, больших имперских лонгрифов. Указать, чем точно и когда прокляли, – еще десять. А лечение тебе вообще не по карману!

– Прокляли? – засомневалась герцогиня.

– Само собой, – кивнула рыжая. – По-твоему выходит, заблудилась просто так и на рысь тоже наткнулась случайно? Ну-ну, душенька, тешь себя, успокаивай. А я пойду, мне еще сероцвета надо набрать, для отговоров. Некоторым, в отличие от тебя, жить хочется, а не угасать.

– Ты ведьма! – взвизгнула Амалия, выходя из себя.

– Само собой, – кивнула незнакомка. – Ведьма Виса. Наследственная, опытная и шибко дорогая. Ко мне ваши часто ездят. Барон Гирит’вач сыну невесту присушивал, маркиз Ранкар’эл от дурной болезни лечился. Только баб я принимаю редко. Сама я изрядная стерва, но таких же рядом – не люблю. Да еще и красивых!

– Вот и проваливай отсюда, – мрачно посоветовала герцогиня, слегка польщенная странным комплиментом. – Увижу еще раз – велю выпороть.

– Точно, стерва, – сообщила себе самой ведьма. – С таких надо брать двойную цену, даже жаль, что я девушка слишком порядочная.