Резервист - Владимир Стрельников

В общем, когда я с группой прибыл, все чеченцы мертвые были. Им сербы на дороге засаду устроили и добили всех. Классная засада, всех кончили. И детей тоже. Самое поганое в этом деле, что среди чеченцев две девки-снайперши были, они вообще пропали. В трофеях у сербов пара эсвэдех, которые никак ни к кому из дохлых чехов не присобачить, лишние они. В одной из машин нашли женскую сумочку, отыскали на дороге куски одежды, лифчик порванный рядом с дорогой. Пойми правильно, мне сами снайперши по фигу, грохнули их, и ладно. Да и с чеченами у меня счета длинные. Но насильников я терпеть ненавижу, и то, что явно живых мальчишек достреливали, меня покоробило. Впрочем, у косовских сербов счета с мусульманами еще длиннее моих. Только здесь насилие над женщиной карается каторгой. И все. Правда, прямых улик нет, только косвенные, и свидетелей тоже нет. Сербы все прикинулись шлангами, никто ничего не видел, да и родственник у них в Ордене оказался, все разрулил.

– И теперь куда сербы двинутся? В Россию?

– Ты что? На кой хрен они там сдались? Да они и сами в Евросоюз хотели, но там как о пропавших девках услышали, так от ворот поворот дали. А здесь, в Порто-Франко, и московский представитель, и офицеры из конвоя РА их послали именно из-за мальчишек и девок. В общем, им за Китаем землю дали. Неплохая земля, кстати. А самое интересное, что бабы из тейпа попросились в Москву. Они правильно сообразили: в Имамате тейп без мужиков – разменная монета. Девок поворуют, затрахают и шахидками сделают. А малых пацанов кровники вырежут. В общем, Коршунов их принял, говорят, возле Бразилии землю выделил. Но он все-таки настоящий мент, сумел обстряпать это дело так, что теперь этим бабам нет хода за Московский протекторат или еще куда-то северней Залива. Грохнут их как предательниц. Так что будут они жить в России, да еще и мужей небось там найдут. У нас татар и башкир хватает.

Коршунов вообще мужик интересный. В том мире натаскал в клювике двести лимонов зелени и сюда с ней рванул. Здесь в первую очередь армию небольшую создал из нашего брата. Купил пару десятков американских бэтээров, М-113, старые пушки – в общем, для начала задел сделал. Гонять банды начал. Попутно занялся сельским хозяйством. Построил три здоровенные свинофермы, заложил большие хозяйства по выращиванию конопли… Ты чего? – с недоумением повернулся ко мне Борис, когда я поперхнулся курицей и закашлялся.

– Конопля? Он что, наркоту разводит?

– Ну ты балбес! Слово «пенька» знаешь? Сейчас большинство веревок и канатов в этом мире из коршуновской пеньки сделано. Ладно, слушай дальше.

Самое главное, что он сделал, – сумел выдернуть из того мира больше тысячи семей русских из Чечни, из-под ножа, считай, и столько же из Таджикистана. Теперь они на него работают и по большому счету молятся.

А в Протекторате РА тоже крестьянствуют в основном русские из Чечни и Таджикистана, плюс грузины из южной Осетии и армяне из южных районов Нагорного Карабаха, кто сбежать успел. Их сюда лет десять назад, в самый разгар конфликтов перевезли.

– Борь, крестьянство – это здорово, но меня больше промышленность интересует. С ней как в России?

– Неплохо. Заводы понастроили, железо добывают, нефть, газ попутный. Патроны делают, кровельные материалы, метизы. Все как горячие пирожки уходит. Я мимо заводов в Демидовске проезжал, здоровенный такой промышленный райончик.

Тут вообще стараются побольше своего делать. Дорого из-за ленточки каждый гвоздь тащить. Вон американцы в Форте-Ли начали парусники строить. Как их… клиперы и шхуны. Дерево-то здесь не проблема, его сколько хочешь, вали давай. А стальной прокат ой-ой сколько стоит. О, а вот и девушки. – Борис радостно приветствовал вошедших девчонок.

Эйприл недовольно посмотрела на пустой графинчик и повернулась к Олесе:

– Элис, почему два русских парня, если останутся без присмотра, сразу напьются водки?

– Ты знаешь, они ее только пригубили, поверь моему опыту, – вздохнула Олеся, покачав пустой графинчик.

– Да мы ее только понюхали, чесслово. И больше сегодня не будем. Ну я, по крайней мере, точно, – вставая и отодвигая стул Олесе, клятвенно заверил ее.

– Ага, и я тоже на сегодня завязал, – утвердительно кивнул Борис. – Девочки, вы кушать хотите?

Как оказалось, девочки есть не хотели, а заказали себе по большой порции апельсинового мороженого и уселись обсуждать Олесины эскизы. Посмотрев на девушек, аппетитно вкушающих (по-другому и не скажешь!) замороженные в сливках апельсиновые дольки, мы тоже заказали себе по порции.

– Борь, так что, сербы целую кучу премиальных получили? За дорожных разбойников? – поинтересовался я, прикончив мороженое, и взялся за остывший кофе.

– Ты чего? Мало ли кто друг в друга пострелять захочет за городом? И что, всем премии давать? Нет, ничего не дали, только трофеи оставили. Хоть чеченки и возражали. Знаешь, в последнее время в Порто-Франко скопилось многовато выходцев из мусульманских республик Северного Кавказа. Боюсь, будут проблемы. Я даже рапорт начальству написал, мол, во избежание и т. д. требуется побыстрее отправить их к месту назначения.

– И что? – заинтересовался я.

– Ничего. Я нетолерантен и не воспитан в духе европейских дерьмократических свобод. После такой отповеди просто своим знакомым парням рассказывал, чего от этой братии стоит ждать. Благо те ребята в основном из армии США и порох нюхали. Они обещали рассказать своим знакомым. Ну а дальше, что выйдет…

– А почему мне тогда премию дали? Это ведь ты решал, дать или не дать, и ситуация похожа. Тоже по большому счету засада.

– А я две ментовские ксивы среди бумаг нашел. Володь, бывших ментов не бывает. А я хоть и боец отдельного отряда, но отряда милиции. Тех парней еще до моего перехода на границе Московской и Тульской областей убили и оружие забрали. Как раз эти самые «ксюхи» и «макарки». А раз так, то они и есть дорожные бандиты. Вообще-то тесными миры оказались.

– Да уж.

Мы немного посидели и вышли из прохладного ресторанчика на улицу.

Борис с девушкой поехали к себе, оставили нам для связи свои визитки, а мы решили прогуляться. Благо с океана подул ветерок, разогнал марево зноя над городом. Вообще к концу дня город настолько прокалился, что оставил позади июльский Ташкент. Хотя я считал, что это маловероятно.

– Олесь, смотри, книжный. Давай зайдем, может, здесь есть что-то интересное по географии здешнего мира? – Я придержал девушку за локоток и повернул лицом к заинтересовавшей меня вывеске.

– Пошли, мне самой интересно. – Олеся пушинкой взлетела по ступенькам.

Книжный магазин был большой. Множество книг и журналов, но в основном на английском. Хотя и русский отдел имелся, и испанский, и немецкий, причем довольно большие.

После довольно продолжительных переговоров мы купили пару дисков с выпусками здешнего журнала «Географ Нового Мира» в русской версии и пару красочных фотоальбомов со здешними животными и растениями.