Академик - Андрей Земляной

— Именно! — Черный полированный коготь наставительно поднялся вверх. — Не кого, а что. Он чистил миры.

На секунду мне стало нехорошо.

— А как же Защитники миров? Местные боги?

— Да никак. Не тот уровень. Он мог разрушать тонкие связи мира. Энергетика просто равномерно рассеивалась в пространстве. Сам понимаешь, чем это грозит для живых существ сложнее микробов.

— А в чем засада?

Вычищавший кружку специальной щеточкой, магистр даже не обернулся.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ну как? — Я пожал плечами. — Как подсказывает мой опыт, к каждой бочке чего-то вкусного прилагается некоторое количество тухлятины.

— Правильная мысль. — Арсой задумчиво осмотрел внутренности кружки, затем вздохнул и поставил ее на полочку. — Есть Дар и есть Проклятие. Это как две стороны монеты.

— И какое проклятие было у Тарремоны и Лароха?

— Этого никто не знает. Может, зуд в заду, а скорее всего, что-нибудь посерьезнее. Это ведь Дар на виду. Проклятием никто не хвастается. Что? Нет уже желания бежать в укромное местечко и втыкать носители?

— Изначально не было. Даром, что ли, я отдал миллион за денвенский процессор.

— Приятно удивил, — констатировал магистр. — Теперь и я тебя удивлю. Есть подозрение, что когда ты коснулся Тарремоны, то впитал в себя часть ее дара. Крошечную, но все же достаточно для возникновения мысли разделить носитель на две части.

— А дальше? — Я в общем не был шокирован информацией, что за мной тривиальным образом подглядывали. Подгладывали и, скорее всего, прикрывали. Черта с два я справился бы с двумя божественными сущностями, даже учитывая фокус с жемчужинами. Да мне в общем были безразличны хитросплетения тонкой политики. Гораздо интереснее было, чего там надумали светлые головы Академиков.

— А дальше получается, что и так не бездонный носитель, разделенный на две части, становится вдвое меньше. Таким образом он не в состоянии вместить всей информации, и встает вопрос, что именно попадет на носитель, а что останется в первоначальной оболочке.

После консультации с экспертами Совета мы решили, что в первую очередь перетечет именно Дар и все, что связано с конструктивной частью сущности.

— А остальное?

— Как ты говоришь остальное, деструктивные части личностей, ставшие доминантами, остались в телах. — Он ощерил пасть в страшноватом подобии улыбки. — Боюсь, ты приготовил очень плохую судьбу для двух богов этого мира.

— Так я их не убил?

— Конечно, нет. Но лучше бы, наверное, убил. Так как сейчас два осколка божественных сущностей медленно растворяются на нижних уровнях бытия, раздираемые проявившимся в полную силу проклятием.

— Надеюсь, это будет зуд в заду.

Арсой заинтересованно поднял голову.

— Почему?

— Хочу, чтобы пытка, убивающая их, была не только медленной и бесповоротной. Хочу, чтобы она была разрушающей личность и совершенно негеройской.

— Отчего так? — нейтральным тоном осведомился магистр.

— Из корыстных побуждений эти двое показательно убили трех невинных людей. Двух детей и женщину. По моим представлениям — тягчайшее преступление. Вообще иногда думаю уничтожить носители. Чтобы даже духу их не осталось во Вселенной.

— Это лишнее. — Арсой чуть нагнулся, приближаясь ко мне. — Это все же дар Отца-Создателя, и негоже им так распоряжаться.

— Это не мне дар, — возразил я упрямо.

— Теперь тебе. — магистр ощерился своей страшноватой пастью. — И разбираться будешь сам. Невозможно понять логику и мотивы Создателя. Возможно, эти дары изначально предназначались тебе. Возможно, что им надлежит быть разрушенными. Но никто, кроме тебя, не может принять на себя ответственность за решение.

В полном раздрае я покинул кабинет магистра и, прошлявшись по академическому парку почти час, решил для начала хотя бы глянуть, что там внутри.

Но процессор, на который я возлагал столько надежд, оказался бессилен. Плетения на носителях были настолько странными, что не поддавались расшифровке, а когда я вывел фрагмент одного из них на экран, взгляду предстала вполне упорядоченная, но совершенно нечитаемая конструкция.

Тупик. Совать себе в голову невесть что, да и полученное у крайне неприятных типов…

А потом новая мысль посетила мою измученную голову. Получалось так, что я не доверял сам себе? Ведь если я полагал, что в результате могу стать чем-то похожим на этих двух подонков, значит, такую ситуацию я считаю возможной. Пусть даже чисто гипотетически. А ведь это не так. Или все же так?

Так зачем рисковать? Не лучше ли оставить все как есть? Как-то же я справлялся до сих пор?

Но что для меня означает новое знание и новая сила? Все же в первую очередь то, что это шанс спасти кого-то. Наказать очередного подонка. И в конце концов сделать этот мир лучше. Собственно, в этом должна заключаться жизненная миссия любого разумного существа. А кому больше дано, тот и должен сделать больше. Я ведь все равно буду до конца ввязываться в драки. А тут такой инструмент.

Но две штуки мои мозги не потянут. Даже с учетом боевой ауры. Даже с учетом того, что это всего лишь половина от максимума.

С этой мыслью я зацепил пинцетом полыхающую алыми сполохами проволочку и, боясь передумать, резко прижал ее к голове.