Лич. Восхождение - Михаил Михайлов

Явление шоор-каан народу… Возможно, для жителей Шосца они и были чем-то немерено пугающим, сверхъестественным и опасным, но у меня этот их ореол ужаса не вызывал никакого душевного трепета. Зато отношение к ним было довольно серьезное. Надо было как следует понять суть, а уж потом и думать, кто они и как с ними себя вести. Пока же… тайна, закутанная в загадку и прикрытая туманом.

Вот они. Трое. Пятеро, уже десять. Немало для начала, да и вообще неплохой «комитет по встрече». И прав был Волар – некоторая склонность к магии у них есть, хотя и используется слабовато. Обычные иллюзии, этакий отвод глаз, способный обмануть некоторых подмастерьев, но вот вышедшие из ученичества их сразу почуют.

– Как я понимаю, вам было передано мое предложение насчет встречи? – спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь. Пока что нереально было выявить предводителя, до того они все были… одинаковыми по типу ауры. – Рад, что вы откликнулись. Уверен, нам есть о чем поговорить.

– Твой посох, незнакомец! – Повышенная громкость возгласа одного из них не могла скрасить холодный, лишенный эмоций тон. – Где ты его взял?

– Он мой. Я его владелец, он мне полностью покорен, если ты об этом.

– На нем дыхание Предвечной, – говорил все тот же человек, в то время как остальные молчали, успешно изображая из себя статуи. – Мы не можем ошибиться в этом, ЕЕ след чувствуется сразу. Нами.

Вот и доказательство. Само имя – не Смерть, а Предвечная – говорит о многом. Так эту сущность зовут лишь те, кто в курсе и понимает, что все не так просто, как кажется неосведомленным. Предвечная, быть может, сама того не желая, наложила отпечаток своей сути на культ шоор-каан. Вот на этом и сыграем.

– Да, я имел честь видеть Предвечную, хотя посох лишь частично имеет отношение к ней, – сразу признал я, гарантируя себе определенный задел. – Были и общие с ней дела, касающиеся этого мира. Доказательств, сами понимаете, тут не представляют, но и слова моего должно быть достаточно вам, видящим отпечаток того, запретного для многих, пространства.

– Мы видим. Мы знаем. Потому и разговариваем с тобой не как с чужаком, а как с гостем. Зачем ты хотел видеть нас?

Да они словно роботы… Стоят себе посреди не самой уютной в мире пещеры и ничуть этим не терзаются. Говорят, что гость, но никаких признаков гостеприимства. Интересно, какое тогда у них «врагопрогонство» бывает? Ладно, перетерпим, раз уж они такие заторможенные. Да и Сильвии знак подать полезно, а то она на такие штучки порой слишком эмоционально реагировать может. Ага, особенно в случаях, когда ей помстится, что мою честь или ее достоинство каким-либо образом задели.

– Нужна ваша помощь. А если быть более точным, то содействие в борьбе против жрецов и паладинов Камирта. В настоящий момент они все еще слишком сильны, я же только набираю могущество.

– Да, ты силен, – констатировал факт мой собеседник. – Но мы шоор-каан, «убивающие ночью», а не слуги Сушироса или кого-то другого. Мы всегда были вне их войн.

– Вы знаете, что творится вокруг? Да, вы знаете об этом с одной стороны, участвующей в конфликте. Вот только полезно выслушать и других.

– Твои слова разумны. Мы слушаем.

Дубинатором бы тебя по одному месту! Не по филейной части. А по голове, чтоб мозг на место встал и какие-никакие, но эмоции появились. Я, лич, и то вырвал отнятые было эмоции и теперь вновь такой, каким был раньше, пусть и с поправками на случившееся. Эти же…

Моя попытка перенести общение в более комфортабельное место для «удобства сторон» успеха не имела. Дескать, им и так хорошо, я вообще живой мертвец, да и вампиресса без каких-либо проблем может сколько угодно находиться в самых некомфортных условиях. Ну а присесть можно… на каменный пол или там на обездвиженные тела бандитов.

Поняв, что спорить действительно бесполезно, я демонстративно приземлился на того из бандюков, который был… поудобнее, что ли, предложив Сильвии сделать то же самое. Девушка отказалась по вполне понятным причинам: решила изображать из себя телохранительницу во враждебном окружении. Ее глубинная суть никак не могла поверить, что никаких угроз от шоор-каан не поступало, наличествовало покамест исключительно нежелание менять что-либо в привычном ритме… не жизни, но бытия. Да, ведь жизнью назвать их существование можно было лишь с большой натяжкой.